Академия Боли. Я умру вместо принца - Кристина Юрьевна Юраш

Слуга бесшумно материализовался рядом, протягивая меч. Я невольно задержала дыхание. Оружие не выглядело угрожающе-грубым. Напротив, оно было пугающе изящным: узкое, гибкое лезвие, холодно мерцающее под светом магических сфер, черная рукоять, инкрустированная тусклым серебром. Гарда напоминала раскрытые крылья хищной птицы.

Виерис принял клинок с такой бережностью, с какой коллекционер берет в руки бесценную вазу.

Он медленно провел большим пальцем по гарде, проверяя баланс, чуть наклонил лезвие, ловя на стали блики. Затем в его руках появился белоснежный, накрахмаленный платок. Принц неторопливо, с маниакальной тщательностью протер металл. До звона чистый. Без единой пылинки. Без единого отпечатка.

Я смотрела на него, и внутри все смешалось в тошнотворный коктейль из ужаса, бессильной злости и какой-то липкой, гипнотической завороженности.

Он был слишком красив для грязной драки. Слишком спокоен. С таким лицом подходят к холсту, чтобы найти досадную асимметрию в мазке художника. Так поправляют криво висящую картину.

Арден, напротив, сорвал свой меч со стойки с громким, вызывающим лязгом. Широкое лезвие рассекло воздух. Герцог самодовольно усмехнулся, крутанул оружие в запястье, и в ответ из задних рядов донеслись восторженные вздохи нескольких девиц. Он слышал их. И его улыбка стала еще шире, еще наглее.

— Постарайся не повалить его слишком быстро, Вальмор! — крикнул кто-то, и зал взорвался коротким, нервным смешком.

Глава 40

Глава 40

В этот момент у меня в груди что-то неприятно дернулось. Холодное, склизкое предчувствие, похожее на прикосновение мокрой лягушки к позвоночнику.

— Ну что ж, ваше высочество, — заметил Вальмор. — Я предлагаю вам сражаться не на интерес.

— О-о-о! — прокатилось по залу. Дисциплина в Академии касалась в основном фамильяров, редко распространяясь на аристократов. Им делали послабления во многих вещах. В опозданиях на пары, в смене живого фамильяра, но не чаще раза в год, или в ставках. Ставки они очень любили. Иногда со стороны казалось, что им деньги родительские некуда девать. Академия вынуждена была закрывать на это глаза.

Виерис поднял глаза.

— А на что же? — спросил Виерис.

— На желание, — загадочно заметил Вальмор. — Я озвучу его после урока.

— Хорошо. Давай на желание, — пожал плечами Виерис.

Смех оборвался мгновенно. Не стих, а именно оборвался, будто невидимая рука сдавила горло всему залу. Волной тишина накрыла ближайшие ряды, затем следующие, пока гулкое эхо не поглотили каменные стены, и не стало слышно только треск защитных рун под потолком.

Виерис смотрел на Ардена. И я увидела, как самодовольная гримаса герцога на долю секунды дрогнула, застыв в неестественной маске.

— Встали, — скомандовал преподаватель, и в его голосе прозвучала тень неуверенности.

Арден шагнул в круг первым. Широко, демонстративно, уже принимая воображаемые овации.

Виерис вошел следом. Легко. Бесшумно. Его движения были лишены даже намека на суету. На верхней перекладине стойки сидел Белит, и даже он, казалось, перестал перебирать перья, уставившись на площадку своим немигающим черным глазом.

— Начали!

Арден атаковал первым. Быстро, яростно.

Клинок описал в воздухе серебряную дугу, и вдоль лезвия вспыхнула синяя, резкая магия, пахнущая озоном и жженым сахаром.

Удар шел в плечо — чисто, расчетливо, с целью обездвижить, а не убить.

Я инстинктивно сжалась, ожидая вспышки боли в собственном теле.

Но Виериса под мечом уже не было.

Он сместился в сторону с такой плавностью, что глаз не успевал зафиксировать движение. Клинку нечего было рассекать, кроме пустого воздуха. Принц даже не попытался контратаковать. Он лишь чуть повернул запястье, и его лезвие с тихим, почти мелодичным звоном скользнуло по клинку Ардена, направляя его мимо.

Герцог усмехнулся и нанес второй удар. Затем третий. Связка летела одна за другой: выпад в бедро, ложный замах на корпус, резкий разворот с ударом снизу вверх.

Я мало что понимала в высокой боевой магии. Фамильяров учили не побеждать. Нас учили падать так, чтобы не сломать шею. Нас учили закрывать собой амбразуру и молча глотать слезы, пока хозяин блистает. Но даже мой неопытный взгляд видел: Арден был великолепен. Мощен, резок, неутомим. Каждый его выпад нес в себе сокрушительную силу.

Глава 41

Глава 41

Но ни один не достиг цели.

Виерис уходил от ударов, словно заранее знал траекторию полета чужой стали. Шаг. Поворот. Легкий наклон головы. Короткое, звонкое соприкосновение клинков.

Еще шаг. Он не спешил. Не отступал. Он вел Ардена по невидимому, только ему понятному лабиринту, заставляя наносить удары туда, где сам хотел их видеть, заставляя открывать шею, бок, ногу.

И не пользовался этим.

От этого бездействия становилось страшнее, чем от самой яростной атаки.

— Что он делает? — прошептал кто-то в толпе.

— Принц играет, — ответил другой голос, и это слово легло на душу тяжелым камнем.

Да. Играл. Только это была не игра на победу. Виерис играл во что-то другое. Во что-то, что заставляло мою кожу покрываться мурашками.

Арден тоже это понял. Его улыбка сползла с лица, как маска из воска.

На лбу выступила испарина. Удары стали жестче, злее, теряя былую красоту.

Он вложил в клинок больше магии, и защитные руны на стенах вспыхнули ослепительно-белым светом.

Фамильяр Ардена дернулся и глухо стиснул зубы. По его виску скатилась крупная капля пота. Значит, часть магической нагрузки и зарождающейся боли уже перетекла к нему.

Меня затошнило от привычной, горькой несправедливости. Они танцуют, меряются силой, а расплачиваются те, кто стоит за их спинами, без права голоса.

Арден сделал отчаянный выпад, почти достав Виериса по ребрам, но принц подставил клинок под таким неестественным углом, что меч герцога с визгом соскользнул вниз. Арден на мгновение потерял равновесие, полностью открывшись.

Я затаила дыхание. Сейчас. Сейчас принц нанесет ответный удар.

Но Виерис не ударил. Он лишь посмотрел на противника. Почти скучающе. И отступил на полшага, молчаливо предлагая тому восстановить стойку.

По залу пробежал нервный шепоток. Арден покраснел. Не от физического напряжения. От жгучего, унижающего осознания собственной ничтожности.

— Ты издеваешься? — процедил он, и слюна брызнула с его губ.

— Ни капельки, — спокойно, почти лениво заметил Виерис.

Кто-то нервно хихикнул и тут же подавился звуком.

Арден взревел и бросился вперед. Это уже не была демонстрация техники. Это была грязная, отчаянная атака.

Магический импульс сорвался не с лезвия, а с его свободной руки, короткий и коварный. Он ударил в каменный пол у ног Виериса, вспарывая плитку и поднимая густое облако серой, едкой пыли.

Я ахнула. Преподаватель резко шагнул вперед, готовый вмешаться.

Глава 42

Глава 42

Но Виерис уже вышел из пылевого облака. Без единой царапины.