(Не) разведись со мной! - Настя Любимка

— Веди, — хрипло приказала ей.

Дважды повторять не пришлось. Но прежде, Рози усадила меня в кровати, взбив мне подушки, а затем укутала меня в домашний халат, завязав его впопыхах несколько туго, и чуть ли не до самого подбородка натянула мне одеяло. Приличия-с… вроде как соблюдены.

— Я покараулю за дверью, чтобы вам никто не помешал, — сказала она, оставляя нас одних.

Я понимала, что сказано это из чувства такта, чтобы не мешать нашему разговору. Под моей дверью не дежурили беспокоящиеся о моём здоровье. За всё это время ко мне приходил лишь помощник лекаря, и вот сегодня Мили.

Но сестрица вряд ли ещё раз сунется. Если у нас и возникали разногласия, то я всегда первая старалась умаслить Мили, шла к ней мириться и просить прощения, не выдерживая её игнорирования. И в этот раз сестра вряд ли изменит себе: забудет обо мне на несколько дней, чтобы я уже дошла до нужной кондиции и ради примирения сделала всё, что она просит. Пусть хоть запросится!

Наверняка решит ещё меня промариновать, чтобы я взвыла от скуки, лежа в одиночестве у себя в комнате. Никому не нужная, всеми забытая. Чтобы прочувствовала это и вновь начала дорожить обществом сестры.

Мне же это будет только на руку! Невыносимо видеть её лживое лицо. Однажды увидев её истинное отношение ко мне без масок и притворства, сложно делать вид, что я ничего не знаю и поддерживать образ прежней Каро. На пикнике я не сдержалась и показала характер. Это приближающийся визит дедушки меня воодушевил. А как жить без него, его силы и поддержки, я просто не видела. Отец слушал лишь мачеху с сестрицей.

Оуэн Фиц стоял передо мной бледный словно только что отштукатуренная стена. Казалось, из него разом вытянули душу, лишив буквально всех красок и эмоций. Подойдя ближе, он низко поклонился, и дождавшись моего позволения, втянулся по струнке.

— Моё почтение, леди Каролина, — голос его дрогнул. — Прошу простить меня за то, что я посмел побеспокоить вас в такой час… и когда вы ещё не оправились от болезни…

Остановила его движением руки.

— Я только сегодня узнала про Лероя. Дело в нём?

— Да, — с облегчением выдохнул воин, словно долгое время нёс груз и сейчас его скинул.

— Всё, в чём его обвиняют — ложь! — резко произнесла я, не в силах сдержать вспыхнувший гнев.

Оуэн на мгновение прикрыл глаза, и по его лицу прошла такая явная волна облегчения, что я даже поежилась. Значит, он боялся того, что я не встану на сторону своих охранников, что предпочту закрыть глаза на ту несправедливость, что совершил мой отец в отношении Лероя.

— Мне очень жаль, что он пострадал безвинно, — добавила я уже мягче, хотя ярость все еще клокотала в моей груди. — Как он сейчас? Где он? Вы его видели?

— Морально раздавлен, леди Каролина, — тихо ответил он. — Но не сломлен. Он всё так же намерен служить своей госпоже. Лерой ждёт вашего распоряжения.

Всего три предложения. Три, но каких!

Я задрала голову, глядя на потолок, желая побороть вдруг нахлынувшие чувства и чуть не выступившие слезы.

В этом весь Лерой. Благородный, хоть еще и очень юный рыцарь. Он видел все, он прекрасно понимал происходящее, но я, в его глазах была девой в беде. Леди, которую чуть не убили. Леди, которую стараются изолировать от любых людей, которые хоть как-то желают помочь или в будущем могут составить крепкую дружественную связь.

И даже после той вопиющей несправедливости, он все еще считал себя моим воином. Обязанным меня защищать. Даже если придётся делать это издалека и вопреки воле герцога! Вейстерские боги, да за что ж вы столь чуткому, столь благородному юноше отмерили столько страданий?!

— Как его матушка? — тихо спросила я, все еще сдерживая эмоции.

— Ждет очереди в храме, к сожалению, пока она движется очень медленно. А уж после увольнения Лероя…

Я закусила губу. Да, его статус изменился. Из подчинённого герцога в негодного мальчишку, который не удостоился даже рекомендаций! А значит, совершенно бесполезный сильным мира сего. Следовательно, очередь его матушки на помощь жреца из храма, одарённого целительской магией, опустится на много позиций.

Магия в Вейстере — привилегия. Когда-то она была доступна всем и каждому, свободно лилась по миру, одаряя собой всех и позволяя людям творить волшебство.

Согласно легенде, очень давно случилась война богов, которую прозвали Расколом Престола, и свободная магия (так ее стали называть после этого события) практически исчезла из мира, являя редкие, единичные случаи чудес в храмах.

Основная же магическая сила, когда-то щедро дарованная богами, теперь заключена в кровных линиях нескольких избранных семейств. Простые люди могут поклоняться ей, бояться её, служить ей, но не владеть. Но только те, в чьих жилах текла древняя кровь, способны пробуждать истинные магические дары.

Магия больше не принадлежала всему миру, а исключительно избранным — четырем великим родам, носящим титул эрцгерцогов: Ардор, Аллоди, Дегарди и Эльдиэйт. Каждый такой род хранил свою магию, свои тайны, свои проклятия, что непременно следуют расплатой за силу. Все они владели обширными землями, собственной армией, вассалами, школами, храмами и тайными архивами.

Род императора не входил в их число, несмотря на то что императорская семья также обладала магическим даром.

«Над простыми людьми стоит император, над императором — великие рода», — поговорка, что давно гуляла по миру и как нельзя лучше отражала политическую ситуацию.

Формально миром правила императорская семья, но на деле власть разделена между эрцгерцогствами и их побочными ветвями-вассалами. Как, например, род моего отца — побочная ветвь рода Эльдиэйт, имеющая свой алтарь и определённую силу, но при этом, подчиняющаяся более сильной крови, самому главному алтарю всего рода. И, если честно, решение моей матери войти в этот род было самым настоящим мезальянсом! Она — единственная дочь эрцгерцога, и какой-то герцог, да еще, позарившийся только на ее приданное. Неужели она так сильно полюбила Перолака?

В целом, чем чище родовая линия, тем сильнее магия, тем больший спектр может использовать человек. Мой отец имел только одну способность, в то время как главная линия — эрцгерцог Эльдиэйт и его дети обладали полным спектром магии теней.

Сила передавалась только по крови! Усыновление, клятвы и браки могли приблизить человека к роду, но не давали ему полной власти над магией, если он не был связан с родовой линией особым древним ритуалом. В прошлом я и отец проводили такой ритуал для Милисы…

Я качнула головой, прогоняя эти мысли и сосредотачиваясь на Оуэне.

— Передай