(Не) разведись со мной! - Настя Любимка

class="p1">Я вложила в эти слова всю свою злость, весь свой страх, все то отчаянное упрямство, что еще теплилось под кожей. Я еще не сдалась! Я буду бороться! Если я останусь в постели — меня вновь опоят и снова уложат в кровать. А завтра утром, когда карета эрцгерцога покинет ворота поместья Диэйт, моя судьба схлопнется, как крышка гроба!

Рози всхлипнула, но решительно кивнула. Подхватила меня под плечи, и мир тут же качнулся, поплыл, рассыпался на пятна света и тени. Желудок скрутило, а в ушах зашумело. Я стиснула зубы так крепко, что почувствовала привкус крови во рту.

Мы сделали первый шаг. С меня ручьем лился пот. Дыхание было рваным, тяжелым, я даже когда болела так паршиво себя не ощущала!

Колени подогнулись мгновенно. Рози едва удержала меня, прижимая к себе, как ребенка. Мне захотелось завыть: от унижения, от слабости, от ярости. Почти две недели. Две украденные недели моей жизни и времени, что дедушка провел здесь в ожидании, что его единственная внучка все-таки захочет с ним встретиться!

— Кто приказал? — хрипло спросила я. — Мачеха?

— Леди Эмилия говорила вашему отцу, что так будет лучше для вас… что вы слишком расстроены случившимся на озере, что ваше потрясение неимоверно велико, и вы путаете фантазии с явью, а еще, что слишком опасны для себя… — Рози наконец перестала всхлипывать, и более уверенно подхватила меня. — Но вчера я слышала, как она с леди Милисой обсуждали, что после отъезда эрцгерцога Ардора, состоится ваша свадьба с бароном… Что вы уже никуда не денетесь.

Из груди вырвался воздух со свистом.

— Не денусь?

Я подняла голову. В зеркале напротив мелькнуло чужое лицо: бледное, исхудавшее, с пылающими следами от ладони Рози.

— Они… Леди Каро, они должны будут провести барона в вашу комнату и потом приведут вашего отца.

Хотелось закричать громко с надрывом, так, чтобы стекла полопались от моего крика! Хотелось придушить мачеху собственными руками, хотелось собственноручно выдрать гадючий язык Милисы. Как многое мне хотелось сделать сейчас в этот момент! И как мало я могла!

— Помоги мне, Рози. Собери меня на ужин. Я встречусь с дедушкой. Чего бы мне это не стоило!

Рози замерла на месте, будто решала сложную задачку. А потом уверенно потянула меня обратно на кровать.

— Я… не уверена предлагать ли вам… Но… где же оно?

Горничная захлопала по карманам своего передника, а потом и вовсе хлопнула себя по лбу.

— Что ты ищешь?

Но Рози уже нашла и радостно протянула мне платок, развернув его на ладони, давая мне рассмотреть нечто зеленоватое, похожее на кусочек засохшего раскатанного теста:

— Вот оно! Только, леди Каролина, у него могут быть побочные действия. Правда, я не знаю какие. Все реагируют по-разному…

Я медлила, ничего не понимая и не спеша брать.

— Что это? — ничего подобного мне раньше видеть не доводилось.

Ни в этой жизни, ни в прошлой.

— Пастилка для бодрости и придания сил. Изготовлена с помощью магии. Моя прежняя госпожа ела такие же на официальных приёмах во дворце, когда нужно было много стоять, а она себя плохо чувствовала. Однако часто принимать ее нельзя, только в крайних случаях, такой как сегодня. Но завтра вам точно будет обеспечена ещё большая слабость, и, возможно, что-то еще… Мою госпожу то рвало, то была сильнейшая мигрень. Как отреагируете именно вы, я не знаю. Только это средство точно поможет вам двигаться сегодня без посторонней помощи.

— Они у тебя ещё с тех времён остались? — спросила я, все же взяв пастилку в руки, но пока не отправляя ее в рот. — Нужно прожевать и проглотить?

— Нет, ее нужно рассасывать.

Я принюхалась, вроде не противная, пахнет каким-то травами и, кажется, мятой.

— А с тех времен… у меня не осталось ничего, леди. Эту пастилку я выкрала у помощника лекаря.

— Выкрала? — я пусть и удивилась, но почему-то начала улыбаться.

Хотя во время рассасывания пастилки ощущения по всему телу были невероятно странными. Складывалось впечатление, что на меня нацелились тысячи маленьких иголочек, которые пусть и не больно, но достаточно ощутимо меня закололи. Однако на этом не остановились, и те места, где особенно сильно кололо вдруг будто обожгло чем-то тягуче-горчим и полилось дальше по всему телу, придавая мне бодрость, которую до сего момента я не чувствовала.

— Простите, — Рози виновато опустила глаза. Ведь для слуг нет худшего обвинения, чем в воровстве. Не просто увольнение без рекомендаций, все могло дойти до тюрьмы и даже долговой ямы[1], потому что господин мог запросить вернуть ему стоимость украденной вещи в двукратном, а то и троекратном размере.

— Я не выдам твоего секрета. И я… благодарна тебе за старания. Только почему ты не дала мне это средство раньше?

— Вы были без сознания длительное время, я не была уверена в эффекте пастилки: сработает ли она так как должна, при условии, что вы не принимаете ее добровольно. Это же магия…

В её словах был резон. Магия крайне непредсказуемая. Даже если речь идет о лечебном магическом зелье, нюансов может быть слишком много. Поэтому её опасения были вполне обоснованны.

[1]Долговая яма — тюрьма для заключения должников по требованию ростовщика или лица, имеющего высокий статус до тех пор, пока должник не отработает свой долг.

— А взяла я только одну. Больше брать побоялась, помощник лекаря мог заметить. Они очень дорогие и наперечёт.

Еще бы… если они созданы с помощью магии!

— Вам какое платье подготовить? — поспешила переменить тему Рози.

— Давай из новых, синее с кружевом. Его доставили?

— Да, но нужно посмотреть, чтобы не помялось, — засуетилась Рози. — Леди Милиса приказала, чтобы я не торопилась распаковывать ваши доставленные покупки. После отъезда эрцгерцога она собиралась забрать весь ваш заказ от портнихи себе.

Я прикрыла глаза, мысленно ещё раз обозвав Милису тварью. Завистливой, жадной тварью! Она не могла смириться с тем, чтобы у меня было что-то лучше, чем у неё и желала отобрать все.

— И ты послушалась? Я же говорила, что ты подчиняешься только мне!

Сказала и прикусила язык. А я в это время бревном лежала! И если бы не усилия Рози, то как миленькую бы отправили под венец с Друдом!

— Простите, леди Каролина! Не хотела никого злить. Могли доложить, начни я отпаривать ваши новые платья и ухаживать за вами назначили бы другую служанку…

— Это ты прости, — выдохнула я. — Я все еще не могу поверить в то, что прошло столько времени. Казалось, только вчера ко мне приходил Оуэн, а сегодня, оказывается, почти две недели