Практика для двоих, или Поцелуй по ошибке - Ольга Ярошинская

Эрика не поверила ему на слово и вскоре забралась на стену, где, поглядев вниз, поцокала языком.

— А я думал, ты заставил нас копать чисто от нечего делать, — подал голос Альфи, появившийся невесть откуда.

Взявшись за парапет, он тоже посмотрел вниз, но, поморщившись, отпрянул.

— Доброе утро, Эрика, — сказал он. — Прекрасно выглядишь. Словно цветок в утренней росе.

Ее волосы были слегка влажными, будто она недавно приняла душ, и Роско мысленно укорил себя за то, что не придумал какой-нибудь изысканный комплимент.

— А вот у меня после лопаты все тело ломит, — пожаловался Альфи. — У тебя есть какая-нибудь мазь или лечебный крем?

На все тело? И кто этот крем будет, интересно, мазать?

— Это у тебя мышцы забились, — торопливо сказал Роско. — Лучшее лекарство — тренировка. Давай, спускайся и позови остальных. Сделаем разминку на плацу.

Альфи выразительно закатил глаза, но спорить не стал и пошел прочь, кряхтя и подволакивая ноги. Переигрывает, актер!

— Так что скажешь? — спросил Роско, повернувшись к Эрике. — Насчет ритуала.

— Ты командир, — пожала она плечами. — Хотя Джинджер вот тоже черенковая.

— Она вчера выложилась, — напомнил Роско. — Нужен полный резерв.

Он взял ее за руку и, развернув ладонь, провел пальцем по линии жизни, которая тут же отозвалась и вспыхнула золотом. А ногти у Эрики аккуратные, подстриженные — еще одно подтверждение, хотя он и так уже знает…

— А ты сам вчера не потратился? — поинтересовалась Эрика. — Ты же артефакты заполнял до краев и потом плел атакующие заклинания в ров. Ну-ка…

Она взяла его за руку, и линия на ладони загорелась только до середины.

— Я быстро восстановлюсь, — пообещал Роско. — Поем, сделаю зарядку…

— Альфи! — крикнула Эрика со стены, и кудрявый тут же обернулся. — Не против сделать со мной ритуал по защите от скверны? Может, попону, или огненный дождь?

— Конечно, — охотно согласился он.

— Тебе же везде ломит! — сердито напомнил Роско.

— А резерв полный? — громко спросила Эрика.

— Под завязку! — подтвердил Альфи. — Роско вчера запретил пользоваться магией. Я полностью в твоем распоряжении, Эрика. Сделаем это прямо сейчас?

— Немного позже. Я еще не завтракала. Отличная идея с ритуалом, — похвалила она, повернувшись к Роско. — Ну, я пошла.

И оставила его на стене одного. Роско постоял там немного, а потом швырнул стрелой магии в очередную скверную тварь, ползущую к посту.

Ладно он не видел настоящего лица незнакомки, но Эрика-то прекрасно знает, что Роско — ее судьба! Тот поцелуй, невозможно прекрасный, словно ритуал недостижимо высокого уровня, навеки связал их души. Но вот она, мило улыбнувшись, идет проводить ритуал с другим. Как так-то?!

Парапет раскрошился под пальцами, и Роско разжал руки, глубоко вздохнул, заставляя себя успокоиться. Не могла же Эрика не понять, что произошло нечто особенное? Или могла?

Она девушка скромная, в связях ни с кем не замечена. Может, она вообще девственница, или даже не целовалась ни с кем. Мысль эта отчего-то показалась Роско дико волнующей. Очень хорошо, если его предположения верные, но тогда Эрике попросту не с чем сравнивать! Она могла подумать, что при поцелуе так происходит всегда.

Роско побарабанил пальцами по камням, раздумывая.

Но знак, знак-то она должна была заметить! Символ сплетенного союза, благословленного богами. Драгоценный, уникальный подарок судьбы, от которого нельзя просто так отмахнуться. Что там ему обещали? Вечную любовь, здоровых детей, счастье… Эрика — девушка здравомыслящая, неужели это все ничего для нее не значит?

Роско похолодел от внезапной мысли — а вдруг она правда не увидела знак? Раз уж на запястье его нет — а Роско проверил, — то вдруг листик появился где-нибудь на спине или ягодице, или еще каком укромном местечке, и Эрика его не заметила?

Но тогда в ее глазах он просто болван, который шел на свидание к другой.

Эрика остановилась перед входом в башню и обернулась. Встретившись взглядом с Роско, быстро ушла внутрь. А он улыбнулся. Потому что был еще один вариант — Эрика его дразнит. Все она поняла, и листик тоже увидела. В экипаже она заметила такой же знак у него и сразу заинтересовалась, но отчего-то решила, что это охранная метка. Очевидно, она решила, что листик появился из-за проникновения в оранжерею, но теперь догадалась, что все куда интереснее.

Вскоре Альфи собрал парней на площадке перед башней, и Роско спустился со стены.

— Зарядка — отличное начало дня, — объявил он. — Три круга для разминки по периметру.

И сам побежал первым.

Хочет Эрика провести ритуал с Альфи — пусть проводит. Вряд ли у них с кудряшом получится что-то толковое. Роско подождет. А потом покажет Эрике, что такое настоящий синхрон.

* * *

Роско догадался, теперь я была в этом уверена. Он знает, что его сплетенная незнакомка — я, поэтому и предложил провести ритуал. Соединение энергий — тонкий процесс, в котором нет места лжи и притворству.

И ведь вынюхал! Рассмотрел! Но Роско не спешил раскрывать карты. А я тем более не собираюсь. Ведь он-то не знает, что я знаю, что он знает…

— Ты такая загадочная сегодня, — заметила Габриэлла, сев напротив.

— Правда? — переспросила я, помешивая ложкой кашу.

На мой вкус овсянка получилась слегка водянистой, но есть можно. А вот ветчину и сыр бытовички порезали хорошо, тоненько. Растрясли кладовую Михаля, но он вроде уехал пополнить запасы.

— Ты что, влюбилась? — в лоб спросила Габриэлла.

— Нет, — быстро ответила я.

Или да? Я могу уговаривать себя сколько угодно: что у меня сейчас другая цель в жизни, что главное — найти сердечник для папы, но я слишком часто вспоминаю волшебный поцелуй под мостом. И Роско, что таить, оказался не таким уж болваном.

— Зря, — вздохнула Габриэлла, подперев рукой щеку. — Выбор отличный — глаза разбегаются. Ты, как целитель, кого порекомендуешь?

— В плане здоровья все хороши, — ответила я. — У магов жизненные силы на порядок выше, чем у обычных людей. Особенно у черенковых. И у корневых, разумеется, но таких в отряде нет.

— Плох тот черенковый маг, который не мечтает стать корневым, — рассудительно произнесла Габриэлла. — Значит, Альфи собирается посадить свою башню?

— Почему ты так решила? — спросила я, сооружая бутерброд — одной кашей сыт не будешь.

— Ну, ты возишься с ним постоянно, — пожала она плечами, и бретелька ее платья медленно соскользнула по золотистой коже, приковав внимание парней, которые появились в столовке. — Я подумала, неспроста.

— Не знаю, — промычала я, откусив бутерброд. — Альфи не говорил.

— А ты спроси, — сказала Габриэлла, уставившись на меня бархатными карими очами.

Она лениво поправила сползшую