Печать Безумных. Белое и Чёрное - Екатерина Ивановна Гичко

на него из-за этого. Я плохо себя тогда контролировал, мне казалось, что любое повеление моего гнева необходимо тут же исполнить. По-детски, конечно, но я только учился чувствовать, — дух немного виновато улыбнулся, но особо раскаявшимся не выглядел.

В траве прошмыгнула ящерица. Лирка малоосмысленным взглядом проследила за её светящейся спинкой и погладила бога по волосам. Просто по привычке, как если бы гладила Ханёна.

— Тогда мир уже погряз в войнах. Даже я не могу сказать, с чего именно всё началось, а я мог беспристрастно за всем наблюдать и всё запоминать, чувства не затуманивали моё восприятие и не искажали память. Сперва это были мелкие стычки, потом противоречия обострялись, втягивалось всё больше смертных и бессмертных. В какой-то момент между богами Айвасаритой и Чанвашаром возникло серьёзное разногласие, и, собственно, их ссору чаще всего упоминают, когда говорят о начале Древних войн. Но на самом деле эти войны начались раньше. Просто самый их пик пришёлся на их ссору. Боги и духи тогда были очень юны, чрезвычайно эмоциональны и совершенно не понимали, к чему могут привести их поступки. Им казалось, что мир выдержит всё. Среди духов начали появляться первые сумасшедшие. Бессмертных тогда это сильно напугало, и даже начали наконец говорить о том, что стоит прекратить усобицы. Но обида всегда кричит громче разума. Были и те, кто не ввязывался в эти воины и держался подальше. Истаридан вот сражался, защищал свой народ. Ирресашау стоял в стороне, он не мог заставить себя отнимать чужие жизни и очень много лечил. Их друг Ояннодер тоже не участвовал во всеобщей вражде, его народ и так с трудом выживал. И Доадар тоже не участвовал в этих войнах. Ты знаешь, что Доадар — это нынешняя Идоара?

Лирка поморщилась и неопределённо пожала плечами.

— У Доадара было много дел. Он восстанавливал то, что разрушали другие. Злился на всех и больше всего на Родителей, потому что те ушли и некому было остановить разбушевавшихся деток. Как-то он приводил в порядок один остров. Тот был сильно разрушен. Ни одной живой души. По нему огнём прошли драконы, потом было землетрясение и наконец извержение вулкана. Раздражённый Доадар вызвал огромную волну, чтобы смыть всю эту гарь и грязь. Морская вода хорошо очищает, соль съедает всякую скверну. Но законы мира ещё были плохо известны. Волна сдвинула морскую плиту, опять пошли землетрясения, проснулись вулканы и разразилось цунами. Знаешь, что такое цунами? Это страшная буря, когда огромные как дом волны обрушиваются на берег и утягивают всё, что можно. Жизнь смыло с пяти островов в округе. Как тебе?

Сочувствовать давней беде Лирка всё ещё не могла, но то, что рассказывал господин Исхедиар, конечно же, поражало.

— Всех? — уточнила она.

— Всех.

Получается, даже горевать было некому?

— На одном из этих островов жил народ Ояннодера, — продолжил господин Исхедиар.

— Подождите, — Лирка нахмурилась, заметив первую нестыковку с тем, что знала она сама. — Разве его народ погиб не из-за атаки бога, создавшего детей мира?

— Доадар был другом Зоэрада, — господин Исхедиар подобрал сухую веточку и бросил её в воду.

— Он взял вину на себя⁈ — женщина потрясённо посмотрела на духа, и тот кивнул.

— Зоэрад знал, что Истаридан будет мстить. А Доадар слишком слаб, чтобы сражаться с богом. На тот момент самым могучим богом Хоётора. И Зоэрад сказал, что это он случайно зацепил остров Ояннодера, когда отрабатывал атаку. Но главная беда была даже не в этом. Один морской дух, Аллилье, видел, как Ирресашау незадолго до бури направлялся в сторону острова Ояннодера. С кем он спутал Ирреса, теперь уже не узнать. Он сказал об этом потрясённому Истаридану. Тот бросился искать Ирреса, но не нашёл. И решил, что потерял двух друзей разом. А Зоэрад действительно отрабатывал атаку не так далеко от тех мест. И эту атаку он отрабатывал вместе со своим народом, они готовились к битве.

Пояснять не нужно было. Теперь понятно, почему Истаридан не считал детей мира достойными защиты Ирреса. Ведь, по его мнению, это они были причастны в возможной смерти Ирреса.

— А Ирресашау был далеко от тех мест. Услышав о случившемся, он сразу бросился разыскивать Ояннодера. А вернувшись, узнал, что его горячо любимый друг проклял его братьев и сестёр из мести Зоэраду. Истаридан и Иррес всё же очень похожи. Скоры в решениях. Иррес пошёл и отместку убил правящую семью Хоётора. А затем принялся вместе со своими проклятыми братьями и сёстрами готовить месть всем причастным в проклятии. Мне в том числе. Но я не в обиде на Ирреса. Это было отчасти справедливо.

— А Доадар?

— А Доадар… — господин Исхедиар умолк и задумчиво искривил губы. — Бежал. Спрятался. Последствия были так ужасны, что он не хотел верить, что причастен к этому. Только Истаридан всё равно докопался до истины. Не знаю как, но он узнал правду. И опять возжелал мести, уже и за порушенную дружбу. Доадар тогда прятался в Гава-Лиимских садах. Лавридая и Куадар ничего не знали и не захотели выдать его, и взбешённый Истаридан проклял их сады. А дальше уже всё более-менее сходится. Обезумевший Иррес развязал войну в Хоёторе, и здесь наступила эра Сражающихся Солнц. Простая история, да? Один страшный случай, одно недопонимание и далее уже череда осмысленных действий, которые разрушили всю жизнь и целую страну.

Лирка потерянно смотрела на воду, пытаясь осознать, за что же тогда сражались Иррес и Истаридан. Получается, они сражались из-за иллюзий?

Стало так жутко, что она даже чуть-чуть порадовалась, что Иррес так и не узнал правду.

Но почему он её не узнал?

— Он, — она посмотрела на бога, — не рассказал Ирресу?

— Конечно, нет, — для господина Исхедиара это словно было само собой разумеющимся. — Когда я вновь стал духом и отправился сюда, Истаридан уже вышел из круга мести.

Лирка непонимающе посмотрела на него.

— Обида цепляет обиду, а она цепляет новую обиду и месть становится бесконечной, — объяснил Исхедиар. — В какой-то момент кому-то нужно выйти из этого круга, чтобы остановить его. Истаридан хотел, чтобы Иррес опять обрёл разум. И он видел, что месть и новая боль вводят Ирреса во всё большее сумасшествие. А что бы он сделал, если бы узнал, кто истинный виновник?

— Пошёл мстить, — женщина сглотнула.

— Он, — дух кивнул на бога, — не хотел этого. Как раз вернулись Родители, и они начали наводить порядок и наказывать виновных. Пытались лечить сумасшедших, но повреждения разума сложно исправить. Они так и не нашли способа вернуть им разум. Среди них было много злобных безумцев, сошедших