Любовь в облаках - Байлу Чэншуан

Атмосфера в зале была натянута до предела. Стоило Цзи Боцзаю одиноко войти через боковую дверь, как десятки взглядов одновременно устремились на него — тяжёлые, колющие, будто пытались разглядеть сквозь кожу до самого сердца.

Он остановился, чуть нахмурился, непонимающе перевёл взгляд на Мин И — но та, как будто обожглась, поспешно отвела глаза. Что это она так? Совесть замучила?

Он поднял голову выше — и тут же натолкнулся на внимательный, пронзительный взгляд Да сы. Тот смотрел на него долго, сдержанно, словно пытался что-то рассмотреть… И в этом взгляде было странное смешение — радость, изумление, и…. боль. Глубокая, безысходная боль.

— Что, опять я не вовремя? — голос Цзи Боцзая был ленивым и холодным, как всегда.

Рядом Луо Цзяоян незаметно потянул его за рукав и кивнул в сторону.

Цзи Боцзай повернул голову — и встретился глазами с Сы-хоу Янь.

Её лицо… её лицо сияло. Лик, на котором сквозь слёзы проступала странная, почти безумная радость, словно она наконец дождалась того, что долгое время считала потерянным. Теперь, на близком расстоянии, он ясно видел: её черты лица удивительно перекликались с его — чёткие брови, тонкие губы, прямой нос.

Если раньше у кого-то и оставались сомнения — то теперь, при его появлении, весь зал будто взорвался: недоверие, потрясение, догадки, которые внезапно слились в одно пугающее, правдоподобное предположение.

— Точь-в-точь, словно выточены из одного дерева! — кто-то в зале ахнул.

— Неужели Цзи Боцзай — наш, из Чаояна?! Это же…

— Кровь рода Янь поистине выдающаяся! Он ведь совсем недавно в Фэйхуачэне одолел даже Чжуюэ!

— Вот это поворот… Поистине, нет худа без добра!

Гул голосов нарастал, как прибой перед бурей. Но больше всех была взбудоражена Сы-хоу Янь. Она уже не могла скрывать своё волнение — как только Цзи Боцзай подошёл ближе, она метнулась к нему и, словно забыв обо всём, вцепилась в его запястье:

— Ты… Ты мой сын? Но… твои меридианы?

Слова сбивались в горле, а пальцы дрожали, когда она приподняла его рукав — и её взгляду предстали извивающиеся алые прожилки, как будто пульсирующее пламя прокладывало путь под кожей.

— Мои меридианы проявились лишь в десять лет, — спокойно произнёс Цзи Боцзай, глядя на неё с холодной отчуждённостью. — Я не был рождён с красной кровью. И развивался не благодаря Чаояну.

— Что ты несёшь! — Сы-хоу Янь выдохнула в порыве. — Ты мой сын! Ты — моя кровь!

Но тут же словно спохватилась, осознав, что стоит перед почти чужим человеком. Голос её стал мягче, даже заискивающим:

— Точно… Когда я тебя родила, меридианы ещё не проявились. Оказалось, ты просто раскрылся позже. Но всё это — моя кровь, наше наследие…

Она будто вновь обрела надежду, тогда как Цзи Боцзай не сделал и шага навстречу. В его глазах не было ни благодарности, ни волнения. Только ровное, тяжёлое молчание.

Она развернулась и опустилась на колени перед Да сы:

— Это уже достаточное доказательство — кровь рода Янь способна помочь вам, ваше величество, исполнить заветное!

Прежняя ярость в глазах Мин Ли сменилась ликующим изумлением. Он рассмеялся и отмахнулся:

— Сколько шуму из-за одной путаницы с подменой ребёнка. Мин Сянь хоть и оказалась девушкой, но семь лет подряд приносила победу нашему Чаоян — её заслуги вполне искупают обман.

— Ваше величество! — супруга Мэн всполошилась. — Вы ведь только что были готовы казнить весь род Янь, а теперь…

Но Да сы не стал её слушать. Лишь отмахнулся раздражённо:

— Успокойся.

А затем с добродушной улыбкой обернулся к Цзи Боцзаю:

— Давно слышал о доблести этого бойца. И не думал, что он окажется нашей кровью. Раз так…

— Ваше величество, погодите! — Супруга Мэн вскочила с места. — Неужели на основании пары фраз Мин Сянь и схожих черт лица вы намерены признать чужого бойца, пусть и выдающегося, кровью нашей династии? Разве это не слишком поспешно?

Все присутствующие прекрасно видели, Сы-хоу Янь попросту пыталась вывернуться, найти лазейку, когда уже прижата к стене. И что, вот так совпало — брошенный ею младенец не просто выжил, а ещё и стал первоклассным боевым мастером?

— То, что делает род Янь, — это обман правителя, попрание закона. Их алчность до славы и власти довела до подмены родословной нашей династии! Прошу ваше величество — накажите их по всей строгости! — Супруга Мэн метнула гневный взгляд в сторону Сы-хоу Янь, затем обернулась к Мин И. — А ты… ты тоже хороша. Увидела, что среди рабов появился кто-то способный — и тут же объявила его сыном Сы-хоу Янь? Ты хоть понимаешь, какую чушь несёшь?

Глава 135. Истина. Акт 5

Мин И вскинула брови, в голосе сквозило недоумение:

— Я ведь сказала всего пару слов. Как только вы увидели лицо господина Цзи, сразу закричали, зашумели — и что же в этом моего? Разве я хоть раз чётко сказала, что он имеет к Сы-хоу Янь какое-либо отношение?

— Но ты же…

— В тот год, когда меня изгнали из Чаоян, — продолжила Мин И с холодной усмешкой, — один человек сообщил мне, что я вовсе не родилась у Сы-хоу Янь.

Голоса в зале притихли.

— Этот человек также сказал, что мне стоит найти Цзи Боцзая, — и он спасёт меня. Более того, он сможет вернуть меня в Чаоян.

Она мягко усмехнулась:

— Эти две фразы, поставленные рядом, трудно не связать. А когда я впервые увидела господина Цзи и его лицо… всё, что раньше казалось лишь смутным подозрением, тут же обрело ясные очертания. Но и тогда это оставалось всего лишь догадкой — до сегодняшнего дня. Всё, чего я хотела, — услышать объяснение от самой Сы-хоу Янь.

— Что я должна объяснять?! — Сы-хоу Янь вспыхнула. — Я сама была в неведении! Где оказался мой родной ребёнок после рождения — я не знала и не знаю!

— Как же вы смеете утверждать, будто не знали? — раздался голос с другого конца зала.

Из бокового прохода вошёл человек, шаг за шагом приближаясь к центру. Его голос звучал спокойно, но в нём слышался упрёк, словно весенний гром среди затяжного дождя.

Все взгляды обратились к нему — Мин Ань, весь в порезах и синяках, хромая и придерживая раненую руку, вошёл в главный зал.

— Поклон моему господину, — он медленно опустился на колени и приложил кулак к ладони в знак уважения.

Мин И резко расширила глаза, шагнула ближе, тревожно спросив вполголоса:

— Тебя пытали?

Мин Ань слабо усмехнулся:

— Раз попал в руки Сы-хоу Янь, как же мог выбраться невредимым. Пустяки, не