Три дня нашей страсти. Во власти Змеиного леса - Лера Виннер

Я потянула его белье вниз, и тут же почти пожалела о том, что затеяла.

Он был уже полностью готов, на самом верху выступила капля влаги, а я понятия не имела, как подступиться к нему.

— Надеюсь, ты не проходила специальные курсы в интернете ради этого придурка? — испуг в голосе Эйдана был мастерски дозирован.

Он лучше, чем мне хотелось бы, понимал, да и наверняка видел, что я всё-таки в пыхнула, когда его член оказался перед моим лицом.

Мы засмеялись одновременно, и я на секунду уткнулась в его колено, чтобы остудить пылающие щеки.

— Ты меня сбиваешь.

— А ты боишься.

Он не спрашивал, а утверждал, и мне захотелось улыбнуться ему снова.

— Но ты же будешь рядом.

Абсурдно, но это и правда было аргументом для меня. С Эйданом было здоровое смущение, следствие неопытности, но не стыд.

Вдохнув, я склонилась над ним, осторожно, на пробу, быстро лизнула у основания, потом чуть выше.

Он втянул воздух сквозь зубы, но промолчал.

Оказалось не страшно. Не противно и не унизительно.

Но действительно интересно.

Кожа под моими губами была тонкой и нежной, и я медленно повела языком выше, проследила кончиком обозначившуюся вену.

Вспомнив всё, что успела прочитать по этому вопросу, я отстранилась, чтобы провести языком по своей ладони, и только после обхватить член Эйдана.

Он застыл, будто окаменел. А потом его ладонь снова легла мне на затылок.

— Не торопись. И не старайся. Делай, как получается.

Это было не то напутствие, не то совет, не то попытка подбодрить… В любом случае, получилось у него как надо — я почувствовала себя свободнее, а его враз ставший хриплым голос до неприличия вдохновил.

Обхватив головку губами, я замерла ненадолго, привыкая к ощущению, позволяя себе распробовать его, и только потом попробовала опуститься ниже.

Вот это уже было по-настоящему неловко. Подбородок быстро стал влажным от моей собственной слюны, и наверняка это выглядело некрасиво для него…

А потом горячая упругая плоть уперлась мне в щеку.

Эйдан снова выдохнул сквозь зубы, а у меня закружилась голова и стало… благословенно неважно.

В самом деле никуда не торопясь, я вернулась обратно, но только для того, чтобы сразу пропустить его глубже снова. А потом еще раз, и еще.

Дышать очень быстро стало нечем, и змей слегка потянул меня за волосы, не давая увлечься.

Давая себе отдышаться, я уже смелее провела по всей длине языком, как будто пытаясь ответить ему на то, что он делал для меня.

А потом и вовсе забыла обо всем на свете.

Следя только за тем, чтобы не взять его глубже, чем могла бы, я начала двигаться на нем, лаская языком и губами.

Выбрав момент, Эйдан сделал почти неуловимое движение и перехватил мою руку. Снял ее со своего колена и переложил на член, предлагая придержать у основания, и так правда стало удобнее. Теперь я полностью контролировала, как глубоко он во мне окажется, и могла дать себе передышку, лаская его ладонями.

Это тоже было приятно — сжать его крепко, но не слишком сильно, растереть по нежной коже влагу ребром большого пальца, обвести подушечкой головку, и только потом снова взять в рот.

Змей оказался поразительно тихим. Он будто даже дышал через раз, и окажись на его месте кто-нибудь другой, я заподозрила бы, что он едва терпит происходящее.

Но Эйдан не терпел.

От нехватки воздуха, от того, как горячо было в груди и от ощущения того, как непристойно растянуты мои губы, на глазах выступили слезы, но даже сквозь них я видела, что ему хорошо, и я все делаю правильно.

Поразительно быстро это стало привычным — насаживаться на него ртом, двигаться вверх-вниз в одном ритме. Не слишком быстром. Почти мучительно медленном, но пьяняще удобном. Так естественно, словно это было всего лишь частью, малой составляющей того, что имело место между нами.

Ничего постыдного. Ничего унизительного.

Так же естественно, как поцелуй.

В порыве этой странной неописуемой нежности я погладила раскрытой ладонью его бедро и попробовала двигаться быстрее. Совсем чуть-чуть, но дыхание Короля сорвалось куда сильнее.

Я почувствовала, как дрогнула его плоть у меня во рту, и нужно было срочно решать, отстраниться от него и позволить безнадежно испортить это платье, или…

Продолжая двигаться, я как будто не могла остановиться, но именно для этого Эйдан и был рядом.

Он снова потянул меня за волосы, заставил задохнуться и выпрямиться, и мгновение спустя я оказалась сидящей у него на коленях.

Щеки снова обожгло от смущения, потому что теперь он смотрел прямо мне в глаза, а его влажный после моей ласки член прижимался к внутренней стороне моего бедра.

Всего одного движения было бы достаточно. Просто притянуть меня еще ближе, заставить немного приподняться, и…

Эйдан впился в мои губы то ли поцелуем, то ли укусом.

Отчаянно хватаясь за его плечи, я даже не смогла понять.

Вот теперь в его движениях было что-то бешеное, откровенно животное, и дышать мне стало нечем.

Только и хватило храбрости на то, чтобы переложить левую ладонь ему на затылок.

До сих пор он ведь держал свое слово…

— Хочу, чтобы твой член был во мне. Сейчас.

Я сама почти не поверила в то, что сказала это вот так прямо, глядя ему в глаза.

Это ведь должно было остаться просто мыслью, потому что для одного вечера было уже чересчур.

Но взгляд змея словно заволокло туманом, а потом его глаза начали стремительно желтеть.

Глава 13

Должно быть, все его змеиные боги были милостивы, потому что он не заставил меня опускаться на член самой.

И не заставил просить дважды, хотя уже мог бы — неожиданно и незаметно для себя я оказалась согласна почти на что угодно.

Пальцы мелко подрагивали, сердце колотилось в затылке, а дышать было нечем, потому что он вдруг оказался безумно близко. Почти под кожей.

И все же вместо того, чтобы отыграться за собственное ожидание, Эйдан просто подался вперед, чтобы, придержав под спину, уложить меня на ковер.

Волна жара стремительно поднялась по позвоночнику, и я сама потянула с него футболку, раздевая безо всякого страха, и с готовностью обхватила ногами его бедра.

Не с готовностью, нет. С отчаянным и жадным нетерпением.

Почувствовать его в себе полностью мне и правда хотелось до дрожи — настоящей, неконтролируемой, необъяснимой.

У нас обоих больше