Любовь(ница) - Ария Тес

Кажется, я его совсем не знаю, чтобы прогнозировать…

— Нет, малыш, давай не будем ему мешать сегодня, хорошо? — вешаю ее курточку в шкаф, а потом смотрю на свою моську.

Вся нахмурилась, сжалась и смотрит на меня исподлобья. Господи, как же она на него похожа…

— Ава…

— Но я хочу к папе и…

— А я тебе уже не компания? — притворяюсь обиженной и отворачиваюсь, — Ну, ясно-ясно…

— Нет, мамуль! Ты чего!

Ава тут же обнимает меня сзади, и это одновременно тепло и гадко. За ее душевность — первое, за мою мерзость и манипуляцию — второе. Ты снова можешь говорить, что делаешь это ради нее, или затирать про благие намерения, но все мы знаем, куда ими выстлана дорога. Да, я защищаю своего ребенка от злости ее бешеного отца, ну и что? Я ей манипулирую, прекрасно осознавая, что она сдастся первая. Она у меня добрая и душевная, такие люди всегда сдаются, если ими манипулировать. Мне ли не знать…

— Давай мы сейчас помоем ручки, а потом разберем ужин, который нам с собой положили бабушка и дедушка. Давай?

Ава соглашается сразу. Она любит мне помогать, и я тоже это знаю. Мы с ней часто готовим что-то вместе, и даже если сегодня готовить будет не нужно, ну и что? У меня получается отвлечь ребенка сначала этим, потом мультиками, которые мы смотрим в нашей с Анваром спальне.

Я не хочу с ним спать.

Я не хочу его даже видеть! Не то что спать, поэтому пока Ава смотрит мультик, со страхом смотрю на дверь каждый раз, когда мне чудятся шаги за ней. Когда она закрывает глазки и засыпает, немного отпускает. Пусть остается в гостиной, он не станет трогать ребенка.

Но и тут я попадаю впросак.

Глубокой ночью чувствую, как мою девочку у меня забирают, и как только вскакиваю, сразу к ней тянусь. Анвар отрубает мои попытки одним жестким взглядом, уносит ее. Сна уже ни в одном глазу. Я сижу на постели и смотрю на свои коленки. Точнее, на синяки на бедрах, и холод окатывает с головой.

Он возвращается и приносит еще льда.

Поднимаю глаза, Анвар стягивает футболку через голову. У него много татуировок, и я позволяю себе полюбоваться ими напоследок, пока он стоит ко мне спиной и быстро что-то печатает, но как только поворачивается, я резко отвожу глаза.

Хмыкает.

Телефон с тихим стуком ложится на прикованную тумбу с его стороны, а он берется за одеяло и тянет на себя.

— Ты издеваешься, да?! — шепчу и злюсь.

Боже, как я злюсь! В момент вспыхиваю, как головка спички, которую чиркнули по боковой стороне коробка.

Анвар устало вздыхает.

— Давай не сейчас. Я дико заебался.

Он ставит одно колено на кровать, пока я немею от такой наглости, но как только кровать чуть прогибается под его весом — выхожу из себя и подскакиваю, пихая его в грудь.

— Ты не будешь здесь спать!

Его брови резко падают на глаза. Мне страшно? Вообще нет. Я раздражена и зла, и если все-таки страх в этом уравнении присутствует, то он где-то очень глубоко спрятан. По крайней мере, сейчас.

Тишина длится пару мгновений, пока мы пробиваем оборону друг друга глазами, но потом его взгляд падает на мои бедра. И леденеет…

— Господи, Надя. Ты сумасшедшая, да?

— Ну, конечно. Я сумасшедшая, а не твоя породистая лошадь, которая наняла убийцу! Чтобы я не испортила вашу репутацию!

Выплевываю и вскакиваю на ноги. Анвар шумно выдыхает, глядя в потолок. Он пару мгновений шепчет что-то, отчего я как-то окончательно теряюсь. И нет, не из-за страха. Меня так бесит! Что он ведет себя так, будто я действительно психопатка какая-то!

Потом он падает на кровать. Я вздрагиваю, когда матрас издает больной скрип, но по-прежнему не могу сказать ни одного слова. Как раньше я не замечала, насколько несерьезно он относится… ко мне?! Будто не слышит… конечно! Зачем меня слушать?.. я же так. С боку припеку.

— Я хочу…

— Ты реально не можешь потерпеть до утра, да?

Сжимаю кулаки.

— А ты как думаешь?!

Анвар вздыхает еще раз, трет лицо крупными ладонями в извилистых дорогах вен, потом кивает и садится.

— Окей. Хочешь услышать это сейчас?! Слушай. Завтра я со всем разберусь, сегодня, извини, не получилось. И также завтра у тебя будет охрана, поэтому больше тебе нечего бояться, — он поднимает глаза и дергает головой, — Все? Полегчало? Ложись в постель и…

— Ты думаешь, это единственное, что меня волнует? — перебиваю шепотом.

Его взгляд становится опасным.

— Мы поговорим обо всем завтра.

— Ты не будешь здесь спать.

Он издает смешок.

Мне до слез обидно… он ведь действительно… господи, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО не воспринимает меня всерьез…

Как я раньше этого не видела?..

— Ты не будешь здесь спать!

— И как ты мне помешаешь?

Резонный вопрос, больная насмешка. Конечно, я не смогу ничего сделать против него, не стоит даже пытаться. Максимально беззащитная и беспомощная позиция… она загоняет меня в угол. От возмущения и злости, я теряю остатки способности к диалогу, разворачиваюсь и вылетаю из комнаты.

На кухне легче не становится. Я не могу посмотреть на стул, где сидел незнакомец и угрожал мне, будто бы его грозная тень до сих пор маячит на заднем плане…

Упираюсь руками в подоконник и стараюсь не разрыдаться. Слезами делу не поможешь, как говорится, и…

Шаги перебивают все мои попытки привести мысли в порядок и начать наконец-то использовать голову по назначению, а не только для того, чтобы широко улыбаться и кивать на весь тот бред, который мне вливают в уши. Анвар заходит на кухню. Я чувствую его взгляд, но не поворачиваюсь. Мне больно. Снова больно и обидно, что он не слышит! И не понимает! И не любит, как оказалось, и как казалось так много лет…

Он подходит ближе. Его тепло я чувствую и на расстоянии, но оно уже не греет, а тлеет мою кожу и внутренности. Вот так все меняется резко, когда розовые стекла бьются…

Еще пару шагов ближе. Анвар останавливается за моей спиной, его руки ложатся на мои предплечья.

— Я знаю, что ты испугалась, — шепчет он, толкнув меня носом в щеку, — И мне жаль, что я отреагировал неадекватно. Еще больше жаль, что ты в принципе через все прошла…

— Тебе на меня настолько насрать?

— Надя…

Я скидываю его руки и