Школа. Никому не говори. Том 4 - Руфия Липа

спине, позволяя мальчишке как следует почесать ей живот да жёсткие шерстяные бока, прыгала ему на грудь, желая облизать лицо. Крупные взбухшие обвисшие соски болтались в воздухе – собака недавно родила и кормила щенят.

Повеса вытащил из-за пазухи плотный целлофановый свёрток и высыпал перед животным целый ворох костей. Собака обрадовалась ещё пуще и жадно налетела на еду. Учуяв запах съестного, к подросткам выпрыгнули из-за куч ещё несколько псов. Люба было испугалась, но беспризорники, оказалось, тоже знали брюнета. Сэро обернулся к ровеснице.

– Пошли щенят посмотрим!

Щенки тёплыми мягкими комочками скулили, ползая в гнезде из ватного одеяла в пещерке внутри горки из деревянных досок и обломков бетона, накрытых брезентом.

– Одеяло я притащил. Оно валялось негодное у нас в сарае. Я его приватизировал и перенёс суку с помётом из во-о-он той холодной железяки сюда. Куча, вроде, не протекает, но я, на всякий случай, её обрывками брезента накрыл.

– Не знала, что ты любишь собак…

– Не то чтобы люблю. На территорию эту с Деном часто лазил за ломом, всех пёселей выучил. Они бегают голодные, жалко. Вот я хавку им и таскаю напару с Коробкиным.

– Прикормил их, короче. Я всё же больше кошек люблю.

– Почему?

– От них мороки меньше.

– Ну это как посмотреть! Собаки – охранники. Если их выдрессировать, то становятся незаменимыми компаньонами. А кошки – пушистое приложение к человеческому жилью. Хотя против мохнатых мурчалок ничего не имею. Тоже глаз радуют.

– Я собак боюсь. Они укусить могут. Порвать сильно, изуродовать. У соседей, когда я в садик ходила, жила одна такая тварь. Маленькая, чёрная. Злая до жути! Мерзкая, не поверишь! Могла исподтишка из-под забора выскочить, облаять, укусить, и снова спрятаться, пока её пнуть в отместку не успели. Мымра гавкучая мне в кошмарах снилась! Во сне вылазила из адской печки, дышащей огнём…

– Ах-ха-ха-ха!

– А ещё был неприятный случай пару лет назад: я пришла к знакомым по маминому поручению, стояла под забором, ждала, а на моих глазах их огромная овчарка-водолаз, что сидела на цепи, пожирала, хрустя и причмакивая, маленькую…

– Мерзость! – скривился от отвращения Ибрагимов. – Не повезло тебе, конечно! Зрелище не из приятных. Водолаз на цепи сидеть не должен. Умный зверь, мощный! Наверно, чего-то не хватало в еде, или крыша съехала. Да, Люба, собаки тоже с ума сходят! А ещё какашки свои едят, если надо.

– Фу, гадость! Это я тоже видела!

– Вот как! Да ты у нас дама бывалая, смотрю, ничем тебя не удивишь!

Глава 8

Старшеклассники обошли несколько пустых ангаров с дырявыми крышами, покачались на цепях, свисавших с балок. Люба залезла на убитый, не работавший уже с десяток лет узкий конвейер для банок и походила по нему, стараясь соблюдать баланс. Потом они взобрались на высокий выступ под крышей одного из зданий, поглазели на территорию снизу да поплевались подсолнечной шелухой. В завершение школьники попинали поеденные коррозией консервные банки на полуразрушенном складе готовой продукции.

– Со временем и эту территорию выкупят. Она находится рядом с большим населённым пунктом, так что нехватки рабочей силы не будет. Через город проходят трассы в Краснодар и в сторону портов Чёрного моря. Выгодное место, как ни крути…

Они повернули за угол, и Сэро резко замолчал. На небольшой асфальтированной площадке за поворотом стояли пятеро парней лет двадцати пяти – тридцати. Ссутуленные плечи, выпяченные вперёд шеи, руки в карманах затёртых спортивных штанов, угрюмый взгляд исподлобья – криминальные элементы. У ног их валялись туго набитые мешки.

Братва, явившаяся на глухую пустынную территорию по своим теневым делишкам, не ожидала увидеть подростков – это незапланированное столкновение ей глубоко не понравилось. Подростки не ожидали наткнуться на гопоту, понимая, что такая встреча ничем приятным им не грозит. С минуту повисло напряжённое молчание.

Сэро, не мешкая, схватил замершую Поспелову за руку, и решительным шагом пошёл мимо. Один из гопарей перегородил им путь.

– Куда собрались, голубки?!.. Здороваться со старшими кто будет?!

Вся пятёрка глумливо оскалилась.

– Дай пройти, – напрягся брюнет, спрятав Любу за спину.

– Зачем? – развязно продолжил молодчик, смачно харкнув в сторону. – Может, я пообщаться желаю с птенчиками! Что вы тут забыли?

– Не твоё дело, – обрезал его Ибрагимов. – Как и не моё, что потеряли тут вы. Ты освобождаешь проход, мы сваливаем и забываем, что видели здесь друг друга. Идёт?

– Не идёт, – подал сиплый, прокуренный голос второй босяк. – Зона заброшенная, людей нет, а нам навстречу школота вылезает, как чиряк на жопе. Вот это встреча так встреча! Это не парк аттракционов, сопляки! Вам тут делать нечего. Слышишь, а, цыпа? К тебе обращаюсь!

Люба высунула миловидное испуганное личико из-за спины ровесника.

– Что, куколка, пришла покайфовать или сделать с пацаном кой-чаво поприятнее, а?! Так мы подсобим! Нас пятеро, чай прожарить покрепче его можем!

Мужик оскалился, обнажив чёрно-жёлтые пеньки передних зубов. Похабное ржание подельников, сальные выражения быдловатых рож – всё давало Любе понять, что ничего хорошего не произойдёт и произойти не может. И не было никакого смысла разыгрывать комедию. Шантрапа не поведётся ни на историю несчастной девочки, потерявшей пёсика, ни на байку про дурака-брата и поиски хавки по помойкам, ни на что другое. Не те люди. Люба с опустившимся сбродом не сталкивалась никогда и совершенно не имела понятия, как себя вести.

Хулиганы, уверенные в своём превосходстве, постепенно приближались к подросткам, чтобы сомкнуть круг. Один достал из штанов цепь и начал ею брякать.

«Попали мы так попали! Взять нас в кольцо у них не получится: позади меня какая-то подсобка. Когда начнётся заварушка, нельзя дать им зайти мне за спину. Придётся драться. Но их пятеро, а я один. И я не знаю, есть ли при них ножи и кастеты, – живо анализировал ситуацию старшеклассник, развязав за спиной узел браслета да намотав цепь на ударные фаланги пальцев правой руки. – Огнестрела не имеют, иначе б уже вытащили… У них руки развязаны. У меня – нет. На мне – Люба. Если она попадёт в лапы уродам, то кирдык наступит нам обоим».

Аккуратно оглядывая территорию, Сэро приметил несколько железных брусков, торчащих из кучи бесхозного материала на краю площадки. Их, если получится выдернуть из общей массы хлама, можно использовать как оружие. Подсобка и кирпичные стены по периметру давали возможность прикрыть тыл, если не проворонить проходы: при передвижении именно на дорожках между зданиями противник мог зайти за спину. Финка чуть шевельнулась в заднем кармане джинс, среагировав на лёгкое прикосновение пальцев. Оставалась только Поспелова, и с ней надо