Провидица. Наперекор судьбе - Янина Наперсток

— Разве такие меры не убедят народ, что в их словах была какая-то правда? — с сомнением переспросила Джанин.

— Вот и я о том же попытался сказать его величеству! — воодушевленно закивал Эрози, решив, что они с Даром Богов понимают друг друга и на одной волне. — Но он сейчас в ярости и вряд ли в состоянии кого-то слушать. Его величеству, знаете ли, попасть под горячую руку — это самому на плахе оказаться. Однако раз слухи уже пошли, то их не остановить. Это как волны — одна откатится, следом придет вторая. Население начнет нервничать. Беспорядки, нехватка мест на судах... А ведь у церкви, насколько мне известно, нет собственных кораблей. Вы меня понимаете?

— Не совсем, — несколько обескураженная такими откровениями, ответила Джанин.

Во всем, что сказал канцлер, определенно была логика. Но Дар Богов-то как может это остановить?! Или зачем граф пришел?

— Поклянитесь перед ликами всевышних, что сказанное мною дальше останется в тайне!

— Хорошо, клянусь.

— У меня есть корабли. Их уже готовят, чтобы в случае кризиса все мои близкие и домочадцы могли отправиться на материк. И, нравится вам это или нет, теперь вы моя супруга, и я за вас несу ответственность. Переезжайте в поместье? Можете взять с собой мьеру Арете и необходимо количество служанок. Даже обещаю не препятствовать вашим визитам в храм.

— Это щедрое предложение, граф Эрози, но нет. Место верховной жрицы в храме. Тем более в кризис.

— Вам не терпится погибнуть в расцвете лет?! — глядя на нее как на полную идиотку, прикрикнул канцлер. — Не хотел напоминать... Скорее всего, вы носите моего ребенка! Подумайте о нем!

— Я ношу Дар Богов, а это большая разница. И нет, я не горю желанием покинуть этот мир, впрочем, все в руках всевышних. Прощайте, — Джанин развернулась и пошла к внутреннему входу, доступному лишь для жриц.

Надо срочно попросить мать-настоятельницу наведаться во дворец. В конце концов, если король и правда не поверил в пророчество и решил бездействовать, надо убедить его спасти хотя бы женщин и детей. Хотя бы тех, для кого на торговых судах хватит места.

***

Когда Тео пришел в себя, первое, что почувствовал, был едкий запах жареного мяса. То, что это его плоть, он понял лишь во второй момент, когда распахнул глаза и, дернувшись от яркого света, чуть опять не выпал из реальности от приступа боли в плече.

— Тише, тише, — пробормотал седой моряк, держащий фонарь у принца чуть ли не над лицом. — Уже все сделали: стрелу вытащили, рану обработали. Сейчас Мирч перевяжет, и все путем будет. Он у нас тут заместо лекаря. Коровок раньше лечил.

Да уж, его высочество с коровкой еще не сравнивали! Но второй матрос рану перевязывал умело и, надо отдать должное, чистыми руками. Ничего, главное — добраться до Сольяди. Там королевская целительница быстро поставит его на ноги.

— Ну все, я закончил, — пробасил Мирч, собирая вокруг куски окровавленной ткани. — Сорочку пришлось рвать, чтобы рану не тревожить лишний раз, ты уж звиняй. Капитан велел его позвать, как ты оклемаешься. Зову? — зачем-то уточнил коровий доктор.

Как будто не был уверен, в сознании ли пациент или чисто рефлекторно хлопает глазами.

— Зови, — прошептал Тео, с трудом разлепляя губы.

Капитан появился быстро. А может, просто между этими моментами принц успел снова потерять сознание. Ведь после перевязки боль никуда не пропала, а энергии в магию он вложил с лихвой…

— Через пару часов мы подойдем к Сольяди. Вам придется выйти к патрулю, иначе «Кракен» не пропустят в гавань. Я хотел бы получить вторую часть оплаты до этого момента.

— Передам ее вам, как только патрульный корабль появится в поле зрения.

Тео понимал: капитан опасается быть обманутым, ведь под прикрытием военного судна принц мог запросто сделать вид, что они уже в расчете. Но и сам рисковать не хотел. Можно же и его деньги взять, а потом развернуть корабль и продать пассажира. Хотя, конечно, капитану при желании ничего не стоило раньше обыскать и самого принца, и каюту. К тому же с учетом, сколько Тео провалялся без сознания.

Однако мужчина согласно кивнул и оставил принца отдыхать. В следующее пробуждение Тео услышал топот ног на палубе и громкие голоса. Он, скрипя зубами, сел, вправил раненую руку в висящую на шее перевязь и открыл дверь. Рядом с «Кракеном» качался на волнах трехмачтовый красавец «Смелый». Вот это ему повезло!

Разговаривающий с капитаном гвартийцев офицер развернулся и, увидев своего принца, чуть не потерял дар речи. Глаза его потрясенно округлились.

— В-ваше высочество, — запинаясь от неожиданности, пробормотал он и низко поклонился.

— Шернье, передайте графу Сальваторе, что я распорядился пропустить этот корабль в порт без досмотра. Завтра на него погрузят зерно, и «Кракен» отбудет. Вас же устраивает такой расклад? — уточнил Тео, протягивая капитану оставшуюся сумму.

— Конечно, ваше высочество, — мужчина тоже поклонился.

Он выглядел удивленным, но постарался это скрыть. А вот среди команды глаза некоторых полыхнули нездоровым блеском. В нем явно читалось: «Эх, как же продешевили!» «Хлебнет с ними еще капитан», — подумал Тео. Он успел проникнуться уважением к этому человеку, но… дорогу каждый выбирает по себе.

При поддержке Шернье принц перешел по трапу на свой корабль. Не хотелось так явно демонстрировать слабость, но глупо свалится с доски в море не хотелось куда больше. Через секунду рядом стоял Дешаль, которому уже успели доложить.

— Боги мои! Ваше высочество!

Тео отстранил помогающего ему офицера и дальше пошел по палубе сам. Запах древесины, из которой был построен «Смелый», и осознание, что принц почти дома, добавляли ему сил. Он смог! Добрался! Сегодня, должно быть, вечер пятницы, а это значит, что он успел — воскресная служба послезавтра.

Когда они наконец остались с другом вдвоем в капитанской каюте, Тео с облегчением сел на постель и, прикрыв глаза, проговорил:

— Плесни граппы, мне сейчас не помешает.

Было слышно, как Дешаль наполняет бокал.

— Позвать доктора?

— Не надо. Меня нормально подлатали, потерплю уже до целителя. Балуют они, конечно, нашего брата. Привыкаешь, что от боли и ран за минуты не остается и следа. Это расхолаживает.

— Может, расскажешь, что случилось?

— Непременно. Но позже, — принц почувствовал, как к его здоровой руке прикоснулся прохладный бокал, открыл