Развод. Гори все огнем - Иден Хол

– Разговор вам был очень неприятен, – его скупое объяснение.

– Подслушивать неприлично.

– Сложно этого не делать, – пожимает одним плечом, – не только мне, но и половине отделения.

И только сейчас я замечаю, что немногие пациенты и их посетители в коридоре между палатами с интересом наблюдают за нами.

– Ой, – вспышка стыда заливает меня с ног до головы как кипятком, я отворачиваюсь к окну и слепо смотрю куда-то вниз.

– Это не ваш собеседник там? – вздрагиваю от того же хриплого голоса, но фокусируюсь. Окно выходит на стоянку сбоку здания, и там действительно стоит машина Гены, помощника моего мужа.

А рядом Костя, и он смотрит вверх, прямо на меня.

Узнал, где мои окна?

Третий этаж – это не так уж и высоко, поэтому я вижу выражение его лица. И оно не виноватое, не наполненное страданием от разлуки, которое Костя пытался изобразить по телефону. Он в ярости. И то и дело переводит взгляд в сторону.

Я понимаю, что этот мужчина стоит рядом.

Ну вот что ему нужно?

– Он вас достает? – спрашивает первым. – Я могу выйти поговорить с ним, чтобы он понял.

– Это вас не касается, что вам нужно? – меня воспламеняет возмущением.

– Я просто хочу помочь.

– Мне не нужна помощь, – я резко разворачиваюсь и пытаюсь уйти на костылях, неудачно берусь за ручки и роняю телефон. Ой! Сердце останавливается от стука, с которым он грохнулся об пол. Он же чужой!

Мужчина быстро приседает, поднимает его, пока я сражаюсь со средством передвижения.

– А мне, кажется, очень нужна, – протягивает мобильный.

– Подкат не засчитан, – сжимаю губы. Неужели не понятно, что я не горю желанием ни с кем общаться. – Пропустите.

Пытаюсь обойти его, неуклюже ставлю костыль и чуть не падаю, потому что на что-то «наступила».

– Ай, – вздрагивает он и ловит меня за плечи, выравнивает мое вертикальное положение, смотрит вниз. Я тоже.

До меня доходит, что я отдавила ему забинтованную ногу в тонком больничном тапке. Мне и совестно сразу, и в то же время, раздражаюсь на свою скованность этими пыточными устройствами. И снова делаю шаг назад, чтобы не касался меня.

И опять запинаюсь о костыль, теперь уже ногой.

Вскрикиваю и роняю костыли с грохотом на весь коридор, но вместо того, чтобы оказаться на полу, вишу. Растерянно моргаю и понимаю, опять поймал.

– Так, хватит, – подхватывает как куклу, относит на пару шагов в сторону и внезапно для меня усаживает на коридорную банкетку. – отбираю у тебя права по управлению костылями, за повышенную аварийность. Так и расшибиться недолго.

– Вы что себе позволяете? – обнимаю себя, поджимаю ногу в лангете.

– Ты не оставляешь мне выбора, я не могу стоять в стороне, когда есть угроза жизни, – поднимает костыли, ставит у стены и садится рядом. Не пойму, шутит он или серьезно. – Придется смириться, это моя работа. Хотел бы сказать бывшая, но бывших спасателей не бывает.

– Спасатель?

– Пожарный, – протягивает руку в бинтах, – Руслан Волков, бывший сотрудник МЧС. Вытащил тебя и твоего мужа из горящего дома.

Я выпрямляюсь, распахиваю глаза от удивления, приоткрываю рот, потому что это… невозможно! Вот так встретить того, кто среди ночи разбил наше окно и спас от неизбежной страшной смерти в огне.

И это… правда он! Память вдруг обрисовывает его силуэт на фоне огня, сопоставляет голос, движения, образ.

– Как вы… – от шока вбираю воздух как рыба без воды, – откуда?

Молча поднимает руки в бинтах. Он тоже пострадал на пожаре!

И мое отношение к нему резко меняется, если минуту назад я хотела уже прогнать назойливого мужчину, который решил подкатить к беспомощной женщине под видом помощи. А теперь я вижу, что повод был совсем другой!

Но это он!

Он нас… меня спас! И не только от пожара! Если вдуматься, благодаря ему я узнала, что у мужа вторая семья и дети, что он использует меня как содержанку для удовольствий и вообще считает собственностью без прав и желаний.

И я не знаю, как выразит ему всю мою благодарность. Ведь альтернативой даже того кошмара, что сейчас со мной происходит, была бы смерть. Поэтому резким порывом я просто обнимаю его за шею.

– Спасибо, – шепчу в широкое плечо, а он замирает.

И снова дежавю словно вихрем подхватывает меня. Это тепло, этот запах, ощущение силы и надежности, уюта от теплого мягкого свитера и одновременно защита толстой глянцевой кожи куртки на плечах.

Я будто бы…

Его руки внезапно ложатся на мою спину и затылок, так бережно, что практически нежно… трепетно. Застываю. И внезапно от этого ощущения невероятной близости меня будто бьет током и заставляет резко в страхе отстраниться.

Руслан отдергивает от меня руки, поднимая их ладонями вверх. Меня окатывает жаром…

– Кхм, – раздается громкое рядом, и мы оба вздрагиваем. Поворачиваемся. – Пройдемте со мной, Ковалева, – говорит доктор, что приходил ко мне несколько раз. Невролог.

– Куда? – спрашивает Руслан раньше, чем я рот открываю.

– Ко мне в кабинет, пришли результаты анализов, нам нужно это обсудить приватно, – протягивает руку, чтобы помочь встать.

– Хорошо, – вкладываю свою ладонь.

– Я провожу, – Руслан уже на ногах, помогает мне встать быстрей доктора. Я ловлю чуть недовольный взгляд врача.

– Хорошо, – тянусь к костылям. Врач смотрит на это неуклюжее действо, – после приема сменим вам лангету на гибкий ортез, ваш травматолог сказал, что можно уже потихоньку ходить.

– Ох, лучшая новость за сегодня, – я реально рада, потому что еще немного и погибла бы с этими костылями.

Но до кабинета все же приходится идти с «орудиями пыток». Я кидаю взгляд на своего спасителя, что идет рядом с таким видом, будто сейчас подхватит на руки и понесет.

И ведь странное дело, приятно это его внимание. Ощущается словно хоть кому-то не все равно, что со мной случится, и не только потому, что это его работа, как у врачей и медсестер, к примеру.

На мгновение ловлю взгляд и вижу, как горят его глаза, когда он смотрит на меня. Так… как на меня смотрит только Костя.

– Руслан! – раздается на весь коридор, и мы все оборачиваемся к лифтам.

Оттуда бежит женщина с совершенно перепуганным видом, темные волосы развеваются, куртка распахнута.

– Руслан! Боже! – врезается в него с разбегу и повисает на шее, вжимается, – слава богу, живой! Слава богу! – стискивает его, всхлипывая. – Почему? – эмоционально, чуть не плача, – почему о том, что ты пострадал на пожаре, последней узнает жена?!

Глава 15

Руслан

Я теряюсь и от неожиданности останавливаюсь посреди коридора, Ленка на