Как профукать праздник. Служебная записка на чувства - Екатерина Мордвинцева

— Спасибо, — я кивнула. — Вы тоже. Если вам нужно будет поговорить.

Он улыбнулся — первый раз за всё время, первый раз в моей памяти. Не широко, не радостно, а как-то по-доброму, по-человечески.

— Я не умею разговаривать, — сказал он. — Но я умею слушать.

Он ушёл, а я осталась стоять у окна. Смотрела, как он выходит из здания, как садится в машину, как уезжает. И думала о том, что этот человек, которого я считала монстром, оказался просто одиноким. Таким же одиноким, как я.

Я не знала, что делать с этим знанием. Не знала, что оно значит для меня. Не знала, что будет дальше.

Но я знала одно: когда он рядом, мне спокойнее. И этого, пока, достаточно.

Я вернулась к столу, собрала вещи, выключила компьютер. На прощание посмотрела на ёлку, которая всё ещё горела огнями, и пожелала ей — себе, подругам, всем нам — чтобы этот кошмар когда-нибудь закончился.

Потому что он не мог длиться вечно.

Просто не мог.

Глава 7

Объявление о корпоративе появилось во внутренней рассылке в понедельник утром.

Я открыла письмо машинально, даже не глядя на отправителя, и пробежала глазами стандартный текст: «Уважаемые сотрудники! Приглашаем вас на традиционный корпоративный вечер, посвящённый наступающему празднику. Мероприятие состоится 25 января в ресторане "Астория". Начало в 19:00. Дресс-код: вечерний».

Я смотрела на экран и чувствовала, как внутри поднимается глухое раздражение. Корпоратив. Праздник. Вечерний дресс-код. Люди, которые будут улыбаться, пить шампанское, танцевать и делать вид, что жизнь прекрасна. Люди, которые будут говорить о планах на будущее, о новых проектах, о повышениях и премиях. Люди, которые не будут знать, что я делаю вид, будто живу, хотя на самом деле просто существую, день за днём, час за часом, минута за минутой.

Я закрыла письмо и попыталась забыть о нём. Но забыть не получилось.

В обеденный перерыв в отделе только и говорили, что о корпоративе. Света из бухгалтерии уже заказала платье в интернет-магазине и теперь показывала фотографии всем, кто готов был смотреть. Лена из секретариата обсуждала с Оксаной, какой ресторан лучше — в прошлом году было в «Плазе», и всем не понравилось, а в этом выбрали «Асторию», и это, говорят, очень престижно. Даже Антон, который обычно не участвовал в таких разговорах, спросил, можно ли прийти без галстука, и получил дружный ответ, что нельзя.

Я сидела за своим столом, делала вид, что работаю, и слушала этот гул голосов, который казался мне чужим, далёким, ненастоящим. Как будто я смотрела фильм о чужой жизни, в котором не было места мне.

— Инга, а ты пойдёшь? — голос Оксаны выдернул меня из размышлений.

Я подняла голову. Она стояла передо мной, в руках — телефон с фотографией какого-то платья, и смотрела на меня с тем выражением, которое я уже научилась распознавать: смесь любопытства и жалости.

— Не знаю, — ответила я. — Ещё не решила.

— Как это не решила? — она удивилась. — Все пойдут. Это же корпоратив, обязательное мероприятие. Тем более ты — старший сотрудник, твоё присутствие...

— Я знаю, — перебила я, потому что не хотела слушать о том, какая у меня должность и какие у меня обязанности. — Я подумаю.

Оксана открыла рот, чтобы сказать ещё что-то, но, видимо, передумала. Кивнула и отошла к остальным.

Я вернулась к работе, но мысли о корпоративе не отпускали. Я не хотела идти. Не хотела надевать платье, краситься, улыбаться, делать вид, что я в порядке. Не хотела смотреть на счастливые лица людей, которые не потеряли ничего, у которых всё было хорошо. Не хотела отвечать на вопросы о том, как прошёл Новый год, что я делала, где отдыхала.

Что я могла сказать? «Я работала, пока мои подруги летели на самолёте, который пропал над океаном»? «Я сидела в аэропорту с другими родственниками и ждала новостей, которые не приходили»? «Я каждый день звоню на телефоны, которые молчат, и пишу сообщения, которые никто не прочитает»?

Нет. Я не могла этого сказать. И не хотела слышать дежурные «держитесь» и «всё будет хорошо».

После обеда меня вызвал Кирилл.

Я зашла в его кабинет, села на привычное место. Он сидел за столом, листал какие-то бумаги, но, когда я вошла, отложил их в сторону.

— Вы видели рассылку? — спросил он без предисловий.

— О корпоративе? — я кивнула. — Да.

— Я хотел сказать, что ваше присутствие обязательно, — он говорил ровно, деловито, но я заметила, как он избегает смотреть мне в глаза. — Как старшего сотрудника.

Я смотрела на него и чувствовала, что это не главная причина. За эти дни я научилась понимать его интонации, замечать то, что скрывалось за словами. Он не хотел, чтобы я оставалась одна. Не в этот вечер, когда весь офис будет праздновать, а я буду сидеть дома или, что ещё хуже, в аэропорту, где тишина и ожидание становятся невыносимыми.

— Я не хочу идти, — сказала я, и голос мой прозвучал твёрже, чем я чувствовала.

Он наконец поднял глаза. В его серых глазах я увидела то, что уже видела раньше: не жалость, а понимание.

— Я знаю, — сказал он. — Но иногда нужно делать то, что не хочется. Чтобы не застрять в одном месте.

— Вы думаете, что корпоратив меня вытащит? — спросила я, и в голосе моём прозвучала горечь. — Что я надену красивое платье, выпью шампанского и забуду?

— Нет, — он покачал головой. — Я думаю, что иногда нужно менять картинку перед глазами. Не для того, чтобы забыть, а для того, чтобы не сойти с ума.

Я молчала. Потому что он был прав. Я сидела в этом офисе, в своей квартире, в аэропорту, и везде меня преследовало одно и то же — тишина, ожидание, отсутствие новостей. Может быть, один вечер в другом месте, среди других людей, действительно поможет. Не забыть — это было невозможно. Но просто сделать паузу. Просто перестать на несколько часов быть той, кто ждёт.

— Я подумаю, — сказала я, и это было честнее, чем «да» или «нет».

Он кивнул, и я вышла из кабинета.

Домой я ехала в метро, глядя на своё отражение в тёмном окне вагона. Бледное лицо, круги под глазами, волосы, которые давно не красила. Я выглядела так, будто не спала месяц, хотя спала, насколько могла. Но сон не приносил отдыха. Он приносил сны — тяжёлые, липкие,