Вечная вдова - Анна Морион

поведением. Уверен: это все влияние этой распутницы Альеноры… Но я слыхал, что теперь между ней и Уолшем ничего нет… Правда ли это? Должно быть, да: он хмур, как дождевая туча, а вчера она не танцевала с ним ни одного танца… Что ж, сплетни все же ударили по тебе, не так ли, сладострастница? Но моя страсть к тебе прошла… Я убил ее в себе. Ты недостойна того, чтобы я мыслил о тебе. И ты, непослушная жена, тоже недостойна, так смотри же на то, как я дарю свое внимание другим женщинам, и рыдай» – размышлял Вильям, машинально следуя за королем и продолжая обмениваться улыбками с загадочной красавицей.

Дойдя до места состязания, придворные разделились: мужчины-участники вышли вперед, а женщины, задачей которых было одобрительно хлопать им, встали неподалеку. Однако королева Анна не осталась в стороне: она была среди участников. Анна была прекрасным стрелком и никогда не упускала возможности показать свое мастерство. Она знала, что Генриха восхищал этот ее талант, к тому же справедливо считала себя достойной чести состязаться с мужчинами.

Первым стрелял король: натянув тетиву большого крепкого лука, он пустил ее в самый центр набитой соломой цели. Лорды и леди громко захлопали и поспешили осыпать Его Величество комплиментами. Следующей была королева Анна: прицелившись, она также попала в центр своей цели и победно взглянула на своего супруга, словно говоря: «Я ничуть не уступаю вам, Генри!». Генрих громко хмыкнул и приказал стрелять сэру Джорджу Болейну: тот не попал в цель, но ничуть не расстроился. Затем честь стрелять выпала Вильяму, и тот, не желая оконфузиться, но стремясь показать свою ловкость, приложил все усилия, и в этот раз едва-едва не попал в центр, чем вызвал одобрение и овацию дам. Окрыленный успехом, Вильям невольно бросил сияющий взгляд на свою супругу, и та одарила его ангельской улыбкой, ведь, несмотря на холод и отчуждение Вильяма, Бригида продолжала горячо любить его. Но вдруг Вильям вспомнил, что хотел наказать жену, сменил тепло своего взгляда на лед, а затем послал пристальный взгляд своей темноволосой незнакомке.

От Бригиды не укрался заинтересованный взгляд мужа, посланный другой женщине, и она бросила взгляд в сторону: увы, она не могла вспомнить имя девушки, стоящей среди других фрейлин, но то, как смотрели друг на друга эта красивая молодая девушка и Вильям, встревожило ее душу.

- Альенора, ты знаешь ту красавицу, в черном плаще? – тихо спросила Бригида подругу.

- Вон та? Это мисс Эмма Мэлори, дочь одного из советников Генриха. Приехала ко двору на месяц раньше тебя, – с готовностью ответила Альенора. – Но забудь о ней, моя дорогая, и послушай меня: ты же заметила, что наша королева сегодня не в духе?

- Да… Не в духе, – рассеянно пробормотала Бригида, продолжая рассматривать юную красавицу мисс Мэлори и размышлять о том, что связывало ее с Вильямом.

- Она и король опять поссорились! – зашептала Альенора, наклонившись к уху подруги. – Вчера они закрылись в ее покоях, и все мы думали, что они предадутся любви и зачат очередного ребенка, но все пошло не так… Она рассказала мне, что пожелала воспользоваться моментом и попросила Генриха отослать тебя домой, но он вспылил… О, как он рассердился! Он кричал на нее, обвинял Бог знает в каких грехах…

- О? – разбирая слова, но не слушая подругу, бросила Бригида.

- Но это большая тайна! Об этом никому не известно, только мне и Болейнам! – продолжала шептать мисс Нортон. – Королева не плакала, наоборот – она была в ярости! Но этот бесчувственный Генрих…

- Господи, что? – невольно вырвалось у Бригиды, когда она вдруг почувствовала сильный толчок в бок: это соседняя к ней фрейлина больно ударила ее своим локтем.

- Леди Тьюри, сколько еще ваш король должен звать вас? – Услышала Бригида ледяной голос Анны.

Бригида обернулась к королеве: та смотрела на нее таким кусачим, таким пробирающим до костей взглядом, что леди Тьюри почувствовала такой холод, будто ее раздели до гола и бросили в снежный сугроб.

Глава 13

- Прошу прощения, Ваше Величество... Простите мою неловкость... Я что-то глубоко задумалась, – покраснев до корней волос, только и смогла ответить Бригида королеве.

Взгляды всех присутсвующих были устремлены на неловкую леди Тьюри: что взять от провинциалки! Хоть и красивая, но глупышка! Разве ей неизвестно, что размышлять следует лишь ночью, в своей постели, а при свете дня и в обществе Их Величеств требуется только одно: преклонение всему, что они делают, и не важно, делают они это хорошо или плохо.

- Только взгляните на королеву! Она готова удушить эту нахалку своими руками! – насмешливо шепнула одна фрейлина другой, а та ответила ей тихим смешком.

«Она приносит мне только позор!» – со злостью на свою жену, подумал Вильям и устремил на нее пронзительный взгляд, не забыв при этом слегка покачать головой, чтобы показать остальным свое неодобрение.

- Это я отвлекла мысли леди Тьюри, Ваше Величество, – мягко сказала Альенора и широко улыбнулась Анне: – Мы залюбовались Вашим прекрасным луком, моя королева, и рассуждали о том, из какого дерева он сделан.

- Это красный дуб, купленный в Европе, – бросила на это Анна: слова фрейлины даже польстили ее самолюбию, ведь этот самый лук был заказан для нее у лучшего мастер во всей Англии. Но ее взгляд не потеплел. – Леди Тьюри, надеюсь, теперь вы утолили свою любопытство и готовы внимать вашему королю?

- Мне жаль, что я оскорбила вас, Ваше Величество, – не зная, что еще сказать, тихо промолвила Бригида и сделала реверанс.

- Леди Тьюри, владеете ли вы мастерством стрельбы из лука? – задорно спросил Генрих и лукаво прищурил глаза: недовольство Анны лишь веселило его.

- Увы, Ваше Величество, я никогда не держала в руках ни лука, ни стрелы, – растерянно улыбнулась Бригида, взглянув на короля.

- Что это, Вильям! Вы не научили вашу жену стрелять из лука? – насмешливо обернулся Генрих к Вильяму.

- Мое мнение таково, Ваше Величество, что женщинам не должно держать в руках оружие, – с почтением честно признался Вильям, все же страшась того, что скажет на это король.

- Вы слыхали, ангел мой? Мудрые слова! – бросил король своей супруге.

- Мудрые? Я нахожу их неуместными. Разве мы женщины не обладаем руками, способными натянуть тетиву, и глазами, способными видеть цель?