Развод с драконом-тираном. Хозяйка проклятого поместья - Диана Фурсова

Корвин посмотрел на Рэйгара с почтением, в котором было слишком много понимания.

— Тогда, герцог, — мягко сказал он, — вы не станете мешать Совету исполнять закон.

Вера усмехнулась.

— Закон, — повторила она. — Интересно. Тогда покажите документ.

Корвин протянул тубус.

Вера не взяла. Посмотрела на печать, на подпись, на витиеватую формулировку, от которой пахло дворцом и ловушкой.

— Читайте вслух, — сказала она.

Корвин чуть наклонил голову.

— Вы сомневаетесь в подлинности?

— Я сомневаюсь в смысле, — ответила Вера. — Читайте.

Корвин распечатал и зачитал, ровно, с удовольствием человека, который любит текст больше людей:

— “Ввиду признаков колдовского вмешательства, по жалобам на воровство силы и подрыв устоев, предписывается произвести очищение имущества и территории поместья Чернокамень, с удалением источника заражения…”

— “Источника заражения”, — повторила Вера. — То есть меня.

— Если вы — источник, — спокойно сказал Корвин, — вы будете удалены.

Марта выдохнула через зубы:

— Попробуй.

Рэйгар даже не посмотрел на Марту, но сказал громко, так, чтобы слышали серые плащи:

— Без самоуправства. Всё — по процедуре.

Вера повернулась к нему резко.

— Процедура включает мою смерть? — спросила она тихо, почти шёпотом.

Рэйгар не отвёл глаз.

— Процедура включает их попытку, — ответил он так же тихо. — И нашу остановку.

Корвин сделал вид, что не слышал. Но Вера видела: слышал. И наслаждался.

— Есть требование к свидетелям очищения? — спросила Вера вслух.

Корвин моргнул — чуть.

— Свидетели… могут быть.

— Отлично, — сказала Вера. — Тогда я хочу свидетелей из деревни. Людей, которые покупали у меня хлеб и настои. Чтобы они подтвердили: я лечу и торгую, а не “ворую силу”.

Корвин усмехнулся.

— Это не суд, Вера Арден.

— Это огонь, — ответила Вера. — И огонь любит ошибаться. Я хочу, чтобы за вашу ошибку отвечали не мои люди, а вы.

Рэйгар поднял руку — жест короткий, властный.

— В деревню, — сказал он Дорну. — Приведи двух свидетелей. Быстро.

Дорн замер на секунду, будто не ожидал, что герцог даст приказ в пользу “ссыльной” при посторонних.

— Да, герцог, — выдавил он и ушёл.

Корвин улыбнулся шире.

— Вы тянете время.

— Я покупаю время, — сказала Вера. — Это разные вещи.

Брат Тален поставил ящик на землю. Щёлкнули защёлки.

Изнутри ударило тепло — сухое, жёсткое. Вера почувствовала это кожей, будто кто-то поднёс ладонь к раскалённому камню.

— Не открывать, — сказал Рэйгар ровно.

Тален поднял на него глаза.

— По документу — можно, — произнёс он.

Вера почувствовала, как Рэйгар рядом напрягся, будто его позвоночник стал сталью.

— По документу, — повторил Рэйгар. — Только после того, как я удостоверюсь в безопасности людей и имущества. Это моя территория.

Корвин открыл рот, чтобы возразить.

Вера перебила:

— И ещё одно, Корвин Сарр.

— Да? — улыбка Корвина была липкой.

— Вы говорите “воровство силы”, — сказала Вера. — Тогда покажите следы. Где “кража”? Где “источник”? Или вы пришли с огнём просто потому, что кто-то в столице захотел меня стереть?

Корвин прищурился.

— Вы слишком дерзки.

— Я слишком жива, — ответила Вера.

Брат Тален снова положил ладонь на ящик, и марево усилилось. Вера увидела: на его коже проступают руны — как ожоги, только светлые.

Дом шевельнулся внутри себя — не звук, не шаг. Как будто стены сдвинулись на волосок, чтобы лучше слышать.

Рэйгар тихо сказал Вере, почти не шевеля губами:

— Не провоцируй огонь.

— Тогда скажи им остановиться, — так же тихо ответила Вера.

— Я связан, — прошептал Рэйгар.

— Я тоже, — сказала Вера и подняла запястье с браслетом. — Но я учусь дергать цепь в ответ.

Корвин, словно почувствовав их шёпот, сделал шаг ближе.

— Герцог, — мягко сказал он, — вы слишком близко к ссыльной.

Рэйгар повернул голову. В его взгляде не было ничего человеческого.

— Я близко к проблеме, — сказал он. — Чтобы она не расползлась.

Корвин поклонился — формально.

— Тогда начнём процедуру, — сказал он.

И кивнул Талену.

Тален открыл ящик.

Внутри лежал диск — металлический, с вырезанными рунами, в центре — красный камень. Почти такой же цвет, как “сердце” под домом. И от этого совпадения у Веры сжалось горло.

— Это… — прошептал Саймон где-то за спиной. — Это печать огня…

Тален поднял диск двумя руками, как святыню. Руны на нём загорелись.

Вера почувствовала, как у неё под браслетом “трещина” шевельнулась. Как будто кто-то внутри её кожи ответил на зов.

— Рэйгар… — выдохнула она.

Он уже понял. Она увидела по его лицу: он понял раньше.

— Назад, — приказал он.

— Поздно, — сказал Корвин с тихим удовольствием. — Печать уже видит источник.

Диск дрогнул — и вдруг направил луч света не на Веру.

На Рэйгара.

Вера не успела подумать. Просто резко шагнула, встала между ними.

Луч прошёл по её плечу, обжёг кожу — и метнулся обратно к Рэйгару, будто его притягивало сильнее.

У Рэйгара на шее, под воротником, вспыхнула тонкая линия — как раскалённая нитка.

Он резко вдохнул. На секунду его лицо стало чужим.

— Отойти, — выдавил он.

— Нет, — сказала Вера. — Это ловушка.

Корвин удивлённо моргнул.

— Интересно… — произнёс он. — Герцог, а вы у нас… тоже заражены?

Рэйгар шагнул вперёд — и вдруг пошатнулся.

Под его кожей, по рукам, по шее, побежали красноватые прожилки — как огонь в венах.

Пламя под кожей.

Вера увидела это и почувствовала, как внутри всё падает в холод.

— Рэйгар! — её голос сорвался, но она тут же сжала зубы. — Дорн! Лис! В дом!

— Не вмешиваться… — начал Корвин.

Рэйгар поднял руку, и в этом жесте была власть, которая не спрашивает у документа.

— Закрыть ящик, — прорычал он Талену.

Тален замер.

— По предписанию…

— Закрыть, — повторил Рэйгар — и его голос стал ниже, опаснее. Двор вокруг словно нагрелся, воздух задрожал.

Тален вздрогнул и попытался опустить диск обратно. Но диск как будто прилип к его ладоням.

Корвин улыбнулся.

— О, герцог, — сказал он мягко. — Похоже, вы не можете приказать огню.

Рэйгар согнулся, и Вера увидела: ему больно так, что он на грани.

Она схватила его за руку.

— Смотри на меня, — сказала Вера резко. — Дыши. Не в ярость.

Рэйгар попытался выдернуть руку.

— Уйди…

— Если ты сорвёшься — ты станешь их поводом, — прошипела Вера. — И они сожгут нас “законно”.

Корвин шагнул ближе, как акула к крови.

— Герцог, — произнёс он почти ласково, — если вы препятствуете очищению, Совет сочтёт…

— Совет может считать что угодно, — выдохнула Вера. — Но если вы сейчас не закроете эту печать, вы убьёте герцога. И тогда вам придётся объяснять, почему ваша бумага сожгла не “ведьму”, а власть.

Корвин на секунду перестал улыбаться.

Рэйгар вдруг рванулся, схватил диск голой рукой.

Тален вскрикнул — от боли или от страха.

Диск обжёг