Дочь его врага - Виктория Богачева

Он вообще ничего мне не обязан, только не дать умереть, чтобы не умереть самому.

Следовательно, причин обижаться не было никаких. Тем более что обижаться можно только на близких. На тех, кому доверяешь; на кого рассчитываешь.

Эшворт определённо не относился к таким людям!

Из кабинета я направилась в библиотеку. До практического занятия ещё оставалось время, и я решила провести его с пользой. Вместо газет я взяла несколько учебников по боевой магии и пролистала разделы о защитных техниках. Если Гронер собирался меня проверять, лучше быть готовой.

В защитной магии я была очень хороша. Но в той, которой учили нас в женской академии. Не в драконьей. Конечно, наши техники отличались и отличались значительно. И это было огромной проблемой.

Из библиотеки я направилась в тренировочную аудиторию Гронера. Внутри уже собрались курсанты. Человек пятнадцать, все старшекурсники, и среди них трое адъютантов. Увидев меня, они едва заметно усмехнулись.

Гронер вошёл через боковую дверь и заговорил короткими, рублеными фразами.

— Сегодня — парная работа. Атака и защита, — он обвёл аудиторию тяжёлым взглядом и остановился на мне. — Один атакует, второй держит щит. Потом меняетесь. Цель проста: либо пробить щит, либо выстоять три минуты.

Курсанты разбились на пары. Я стояла и ждала, понимая, что останусь последней. Так и вышло.

— Фальк, — Гронер подошёл ко мне. — С кем работаете?

— Готов работать с любым, кого вы назначите, преподаватель Гронер.

Он окинул меня оценивающим взглядом.

— Курсант Мерц, — позвал Гронер, не отрывая от меня взгляда. — Сюда.

Из группы вышел тот самый крепкий юноша, который на лекции Эшворта отвечал про волевой контроль огня. Кажется, он был одним из лучших на курсе, это чувствовалось по тому, как другие расступились, пропуская его вперёд.

Мерц встал напротив меня и коротко кивнул.

— Фальк защищается, — скомандовал Гронер. — Мерц атакует. Начали.

Курсант не стал ждать и мгновенно нанёс первый удар. Я выставила щит за мгновение до столкновения, и мощный огненный поток врезался в него. Отдача была настолько сильной, что заныли кости, но мой щит выдержал.

Уже в тот миг мне показалось, что в глазах Мерца вспыхнул сдержанный интерес. И азарт. Он продолжил атаковать и наносить удары. Мне понравилась его спокойная, сосредоточенная манера поведения. Он действовал чётко и быстро, полностью контролируя собственные эмоции и не позволяя им взять вверх. Оттого почти каждый его удар достигал цели. Моего щита... У меня получалось сопротивляться. Я вновь обратилась к знаниям, полученным в женской академии, и не пыталась одолеть Мерца своей жестокостью или силой.

Силы как раз были неравны, и если я начну давить, как делал он, непременно проиграю. Потому я старалась уловить структуру его магических ударов и подстроить щит под неё. Он не был стеной. Напротив, был гибким и чутким. Каждая атака Мерца чуть прогибала его, но не ломала. Сила уходила в стороны и рассеивалась. Я тратила втрое меньше энергии, чем он.

К концу второй минуты Мерц начал потеть. Да и я сама выдохлась, поскольку постоянная сосредоточенность высасывала немало сил.

Я чувствовала чужие взгляды. Курсанты перестали следить за своими парами и повернулись к нам. Гронер молчал. Наблюдал за нами, скрестив руки на груди, и хищно усмехался.

Три минуты истекли, и Мерц опустил руки, тяжело дыша. Мой щит погас, и я сама согнулась, упёрлась ладонями в колени, пытаясь отдышаться.

— Меняйтесь, — безжалостно велел Гронер. — Фальк атакует.

Этой части практического занятия я боялась, потому что атаки никогда мне не поддавались. У меня была своя специализация — защита — и я годами её оттачивала.

Мерц поставил плотный щит. Идеальный, прямо как по учебнику, который я успела пролистать в библиотеке. Мысленно вздохнув, я ударила, понимая, что получится слабо.

Щит даже не дрогнул. Кто-то из курсантов хмыкнул.

— Ещё, — бросил Гронер.

Я ударила снова. Чуть сильнее, но результат был тем же.

— Слабо, — констатировал Гронер, и удовольствие от моего провала он даже не пытался скрыть. — Вот и вся правда об адъютанте ректора. Защита сносная. Атака никуда не годится.

Сносная?!

— Продолжим, — вдруг сказал он. — Мерц, атакуйте снова. Посмотрим, как долго наш адъютант продержится, если увеличить нагрузку. Бейте в полную силу.

Мерц бросил на Гронера быстрый взгляд, но промолчал и встал в стойку. Я стиснула зубы и подняла щит.

На этот раз Мерц бил иначе. Не методично, а рвано, меняя ритм и направление. Удар слева, два справа, потом сверху. Он был так умён, как я о нём подумала изначально. Заметив, что я подстраиваюсь под его ритм, начал его ломать.

Мой щит прогибался и трещал всё сильнее. Я чувствовала костьми отдачу уже после каждого удара. Даже затылок гудел от неприятных ощущений. Вскоре заныли ноги, а пот начал заливать глаза.

Мерц усилил натиск. Удары посыпались один за другим, и я уже не успевала перестраивать щит, только держала его, вливая в плетение всё, что имела. Но вскоре щит затрещал. Я почувствовала, что по нему побежали трещины. Ещё два-три удара, и он лопнет.

— Добивайте, — велел Гронер.

Мерц замахнулся, и я инстинктивно зажмурилась, приготовившись к тому, что щит разлетится, и удар пройдёт насквозь, и вслед за щитом может пострадать и амулет...

Но удара не последовало.

Я открыла глаза. Мерц стоял с опущенными руками и смотрел не на меня, а на Гронера.

— Адъютант Фальк продержался три минуты, преподаватель Гронер, — сказал он ровным голосом. — Задание выполнено. Добивать нет необходимости.

В аудитории стало очень тихо. Гронер медленно повернулся к Мерцу, но тот не отвёл взгляда. Стоял прямо, держа руки опущенными, но в его позе не было ни вызова, ни страха. Только спокойная уверенность.

— Я не отдал приказ прекратить, — процедил Гронер. — Здесь я решаю, когда достаточно. Взыскание, курсант Мерц.

Тот лишь пожал плечами с прежним спокойствием и отвернулся. Я испытала укол стыда, ведь, по сути, наказание он заработал из-за меня. Почувствовал, что щит вот-вот лопнет, и пожалел. Не стал добивать и даже осмелился противоречить старшему преподавателю. На такое не были способны даже адъютанты.

— Спасибо, — я подошла к Мерцу, который с равнодушным видом наблюдал за остальными парами, вернувшимися к занятию.

Он покосился на меня и качнул головой.

— Не стоит благодарности. Я поступил так не ради тебя.

— А почему же? — заинтересовалась я.

— Странно, что этого не знает адъютант ректора, — курсант посмотрел на меня серьёзно. — Но ректор Эшворт учит нас, что даже в бою чрезмерного насилия и жестокости следует избегать.

— Жаль, что Гронер у