Гори ярко - Патриция Бриггз

и засунул ее в задний карман джинсов. Они договорились, что лучше никому, кроме Анны, не рассказывать о ней. Если среди них был предатель, то чем меньше они будут об этом говорить, тем лучше.

Чарльз был почти уверен, что Асил не способен предать Брана. К тому же Асил поклялся в верности марроку и Брану (как будто это были два разных человека), как только прочитал записку.

Асил закрыл крышку сундука и повернул защёлку, чтобы та не открылась, когда они будут выносить сундук.

— Ты же знаешь, что мы нашли не всё.

— Знаю, — согласился Чарльз. — Но мы нашли всё, что искали.

— Я не скучаю по роли альфы, — признался Асил с улыбкой. — Особенно в такие моменты, как сейчас, я не против того, что ты доминируешь в этой стае больше, чем я. Это значит, что я не несу ответственности за эти находки. И что ещё важнее, за то, что мы не нашли.

Братцу волку слова Асила не показались забавными.

— Рад за тебя, — сказал Чарльз.

Улыбка Асила стала шире, хотя он и не обнажил зубы.

— Джонси был барахольщиком из тех, что снимаются в реалити-шоу. Кто знает, как долго он собирал эти вещи? Мы с тобой придем сюда, как только огонь догорит, если, конечно, Бран не вернётся. Но даже если и вернётся, то вряд ли найдём всё. Джонси, кем бы он ни был в те времена, когда мир был молод, мог заставить землю подчиниться его желаниям. Если бы у меня была такая сила, я бы спрятал сокровища из своей коллекции глубоко под землёй. Нужно быть очень осторожными, иначе на гору нагрянет толпа фейри и они начнут копать в поисках сокровищ.

Чарльз подумал, что ему не стоило так радоваться.

Глава 5

Ровная площадка в долине напоминала парковку, но сейчас она заполнена множеством пикапов и внедорожников, даже в Монтане было необычно видеть столько машин. Три трактора и экскаватор довершали картину.

Анна приблизилась к пикапу Чарльза (хотя они уже давно были женаты, для нее это все равно оставался пикап Чарльза) и подумала, что столько тяжелых машин возможно встретить у магазина кормов для скота.

Ее попросили подогнать пикап как можно ближе к входной двери хижины, чтобы Асил и Чарльз могли загрузить в него все находки. Либо найденных вещей было очень много, либо они слишком тяжелые, потому что на обыск потрачено много времени.

Пикап подогнали поближе к тропе, чтобы не пришлось далеко носить тела. Анна чуть было не запрыгнула в кабину, чтобы сесть за руль, но ступив на подножку, заметила, что брезент, которым накрыты тела, чуть приподнялся с края. Хотя волки потратили уйму сил, чтобы закрепить брезент. Но толку от него было мало, ведь из-под него торчала нога.

Анне пришлось частично отстегнуть тент, чтобы добраться до жуткого груза и передвинуть тела так, чтобы закрыть борт.

Развязывая шнуры, она мысленно начала составлять письмо отцу. «Дорогой папа. Жизнь в Монтане довольно интересная. Сегодня я убила человека, но это было оправданное убийство. Но на всякий случай тебе стоит поговорить со своими приятелями и узнать, нет ли в Миссуле или Калиспелле хорошего адвоката по уголовным делам, который не отказался бы представлять интересы оборотня».

Анна задумалась, стоит ли объяснять отцу, даже в воображаемом письме, чем именно она сейчас занимается — передвигает трупы, чтобы поправить борт. Она решила, что кое-что отцу лучше не знать.

Она отодвинула брезент и чуть не задохнулась от ужасно знакомого запаха. Анна замерла на месте и сделала глубокий вдох, возможно, ей показалось. Но мгновение спустя у нее и вовсе перехватило дыхание. А когда она смогла сделать вдох, то отстегнула брезент ещё немного, чтобы получше разглядеть лица мёртвых.

— Привет, привет, — сказала Сейдж, и Анна вздрогнула.

Анна была в таком шоке, что даже не заметила приближения Сейдж.

— Что ты сделала с рукой? — голос Сейдж стал куда более серьёзным, прежде чем Анна успела что-то ответить на приветствие.

Анна озадаченно посмотрела на ярко-фиолетовую повязку, которой была обмотана ее правая рука. Чарльз воспользовался телефоном Джонси, чтобы вызвать помощь, и пока они ждали помощь, он перевязал ей руку. Прошло около пятнадцати минут, пока члены стаи смогли добраться до жилища одичалых.

— Эстер убили серебряной пулей, — Анна старалась говорить спокойно. — Я слишком долго держала её в руке, когда достала пулю. Со мной всё в порядке.

— Меня послали посмотреть, почему тебя так долго нет, — бодро сказала Сейдж, заметив в каком потрясении Анна, хотя Анна предпочла бы не распространяться на эту тему. Сейдж очень хорошо понимала, что именно нужно сказать, а когда лучше промолчать. — Её королевское величество начинает нервничать. — Хотя Сейдж прекрасно ладила с Лией, та все равно могло сострить в ее адрес. — Думаю, что ей, как и всем нам, просто не терпится узнать, что нашли Чарльз и Асил.

У Сейдж был красивый голос. Она родилась на Юге, и ее речь лилась, словно мёд по больному горлу, успокаивая и смягчая. И Сейдж была красива. Она не такая высокая, как Лия, но стройная, как модель с подиума. А еще остроумная, язвительная и в то же время душевная, и благодаря такой смеси в характере она могла говорить то, о чём многие лишь думали, и за это ее не наказывали.

Прежде чем Анна решила признаться, что узнала одного из убитых, Сейдж обогнула грузовик и увидела, в чем проблема.

— Ха, — сказала она. — Идиоты, что грузили тела, забыли, что тебе нужно будет закрыть борт пикапа, чтобы не растерять всех мертвецов по дороге до дома? — Без лишних слов она забралась в кузов и начала двигать тела. — У некоторых вообще нем мозгов, — продолжала Сейдж. — И Чарльз в этом числе, потому что послал тебя разбираться с кучей трупов.

Анна потеряла дар речи. Она все еще была в шоке от пережитого и до неё не сразу дошло, что Сейдж, судя по всему, посчитала ее заторможенность из-за мертвецов в кузове пикапа. Ну в чем-то она права, хотя и не совсем по той причине. Сейдж спрыгнула на землю и захлопнула борт. Анна встрепенулась и принялась снова натягивать веревки, игнорируя боль в обожжённой руке.

— О, не надо этого делать, милая, — предупредила Сейдж. — Всё равно придётся откинуть тент, когда будут загружать то, что нашли в хижине Эстер.

Анна опустила руки, а Сейдж проворчала себе под нос:

— Оставь, как есть. Оставь… — она фыркнула, покачала головой и спросила: — Ты в порядке, Анна? Я