Кавказский предатель. (Не) Единственная - Элен Блио

Поэтому, может быть, и молчали оба.

И я, и он.

Сами виноваты, конечно. Кого еще винить?

Только себя.

Но случилось так, как случилось.

Мысли эти перебираю, собирая вещи, свои, малыша, старших детей.

Дамир мне рассказал, как все получилось с этой свадьбой.

И почему согласился в итоге.

— Потому что уверен был, что помогаю. А еще… был уверен, что тебе я особо не нужен, а Фарида…

— Что Фарида? Готова была сразу ноги раздвинуть?

— Причём тут ноги? Я не собирался с ней спать, просто…

— Всё у тебя просто, Дамир.

— Просто думал, может это тебя расшевелит? Может, поймёшь, что я тебе всё-таки нужен? Ведь тебе же не плохо со мной было?

— А если я скажу, что плохо, Дамир?

— Плохо? — он таким растерянным был, переспрашивая.

— Очень плохо. Потому что я была нелюбимой. И не единственной.

— Единственной. — это он сказал твёрдо, прижимая меня к себе. — Единственной была и будешь. Только ты в моём сердце. Всегда.

А потом поцеловал. Нежно, ласково, сладко.

Неужели, всё это правда?

Неужели Дамир меня любит?

И как я могла столько лет быть слепой?

Как мы оба могли быть такими слепыми?

Ох, нет, не совсем слепой, конечно, я была.

Я видела его взгляды. Да и в страсти он был таким… необузданным порой. Я ведь думала — ну, разве можно вот так с женщиной, к которой ты ничего не испытываешь?

Эх, если бы я додумалась как-то раньше с ним поговорить!

Но я была отравлена ядом ревности.

Ядом, который сцеживала в меня эта подлая змея — Фарида!

Ненавижу!

И… нет, мне, конечно, её жалко…

Было жалко. Но жалость быстро проходит, когда я вижу и читаю то, что это гадюка развернула против меня.

Я отказывалась говорить с журналистами, а вот Фарида совсем не отказалась!

Пока я переезжала, перевозила детей, пока я пыталась как-то обустроить свой новый дом, новый мир, Фарида запустила целую кампанию против меня!

Оказалось, что я меркантильная дрянь, которая заработала на её счастье, превратив его в горе. Что я сама дала согласие на свадьбу, что я прекрасно знала о том, что Дамир женится. И решила вот так подло ей отомстить за то, что мой муж выбрал её.

Оказывается, я еще и мужа держу, угрожая ему, что развалю его бизнес и увезу детей в Дубай, где у меня, оказывается, живёт любовник!

Ну всё, Фарида!

Моё терпение лопнуло!

Листаю ленту сообщений. Пишу сразу нескольким известным у нас блогерам. Еще пишу журналистке с федерального канала — с местными связываться точно не буду, они уже взяли интервью у Фариды!

Потом сажусь перед зеркалом, привожу себя в порядок — чуть румян, губы прозрачным блеском, ресницы крашу.

Надеваю тот самый алый платок — он теперь всегда со мной.

Достаю телефон.

Сначала нахожу самое крутое видео — не знаю, кто из гостей снимал и выложил. Но я его скачиваю.

И выставляю на свой канал, где у меня, за эти несколько дней уже больше миллиона подписчиков.

Я и не знала, что так бывает. Но, видимо, моя боль, моя беда не оставила равнодушными многих людей. Не только в наше республике, но и за её пределами.

Мне шлют трогательные подарки, деньги, комментарии, письма.

Женщины встают на мою сторону.

И я хочу ответить.

Выбираю удачное место для съемки, хороший свет.

Включаю кнопку запись:

— Мои дорогие подписчики, сегодня, я хочу рассказать вам свою историю, рассказать от первого лица. Объяснить, что произошло и происходит в моей жизни. Про мою боль. Про мою семью. Про мою любовь…

Глава 24

Слушаю то, что записала моя девочка, смотрю на неё, такая красивая, такая… настоящая. Живая! Не пытающаяся спрятать эмоции, хотя, конечно, её рассказ причиняет ей много боли. При этом моя Малика как-то умудрилась, рассказывая о всей этой нелепой ситуации не опорочить меня и мою семью.

Да она, если честно, и Фариду пощадила.

Зато выглядела достойно.

Не показала себя ни склочницей, ни хабалкой.

Мудрая моя маленькая женщина.

Моя любимая.

Ругаю себя за то, что столько лет чувства к ней прятал, даже от себя самого. Бороться с ними пытался.

Нет, не потому, что считал Малику недостойной моих чувств.

Она была более чем достойна.

Скорее, я себя считал недостойным.

И весь этот наш договорной брак.

Только сейчас начинаю осознавать, что происходило с этой девочкой десять лет назад.

Когда ей не дали выбора. Поставили перед фактом.

А она… она любила меня, оказывается! И вот, казалось бы — удача. Брак с любимым!

Но не тут-то было.

Договорной брак есть договорной брак.

Могла она отказаться? Наверное, могла.

Да и я мог.

Только вот… оба не отказались.

Она — потому что любила, наверное.

Я… Я не отказался, потому что надеялся обрести с ней счастье.

И ведь обрёл!

И счастье.

И детей.

И…

Мне бы, дураку, чуть-чуть бы глаза раскрыть пошире.

Или, чтобы кто-то, кто был рядом раскрыл.

Только вот никого не оказалось. Ни у меня, ни у Малики.

Хорошо, что хоть сейчас договорились.

Выяснили.

Ну, почти…

Собираю вещи в старом доме. Договорился продать его. Сначала хотел брату отдать. Но его поведение…

Нет, не заслуживает он таких подарков. Да и с какой стати?

Я сам пахал и зарабатывал. Вот пусть и он.

Поработает!

А не только деньгами направо и налево. Это же его мошенники подцепили. Да и не просто мошенники, я думаю.

По хорошей наводке наших уважаемых Фаттаховых. Будь они не ладны.

А еще, я уверен, не так всё плохо.

Подозреваю я, что моё семейство было с Фаттаховыми в сговоре.

Намутили, накрутили…

Потому что, если бы реально всё было потеряно отец бы так спокойно не сидел.

И мать тоже.

Волосы бы на себе рвала!

Мысли мои прерывает звонок матери.

Глаза закатываю.

Этого мне вот прям не хватало!

— Слушаю!

— Что она творит? Что творит твоя жена? Что за демоны её разум отняли, Дамир? Она же нас всех опозорила! Твою мать! Твоего отца! Твою семью!

И что это за слова про развод? Вы разводитесь?

Развод?

Хм, моя Малышка упёртая. Это я её выступление не до конца дослушал. Что ж…

— Бедная Фарида! Ты видел, что с ней сделали по приказу этой, твоей, безумной жёнушки? Нам теперь сто лет не отмыться!

Ну, хватит. Это перебор.

— Мама, замолчи. Ты сама виновата. И Фарида. И я запрещаю тебе говорить о моей жене