Услуга Дьяволу - Валерия Михайловна Воронцова

Меня не охватил огонь, не ударила молния и ни во что не превратило. Я облегченно улыбнулась Дану, выдыхая, и его ответная улыбка вернула мне решительность.

Я до сих пор не знаю, улыбался ли Дьявол тому, что магия посчитала меня достойной или же моей наивности, не позволившей поверить в его вмешательство. Пропустила ли меня сама магия или воля Дана, но ступеньки казавшейся опасной лестницы словно сами стелились под ноги, будто опасаясь, что я сорвусь вниз, оступившись, а порывы горячего ветра скорее направляли, мягко подталкивая в спину, чем пытались смахнуть прочь.

— Их на самом деле больше, чем можно увидеть сначала, — заметила я, подозревая, что лестница каким-то образом скрывает настоящую протяженность спуска. Напоминало попытку дойти до горизонта.

— Как думаешь, почему? — спросил Дан.

— Проверка? — предположила я. — Иногда мастер Варейн засчитывает мне пять подходов к упражнению на равновесие за один, чтобы укрепить выдержку и терпение.

— Верно, Хату. Дорога дарит искомое лишь тому, кто готов дойти до конца, — благосклонно кивнул Каратель. — Даже достойные могут сдаться, разувериться и поддаться слабости.

— Неужели лестница проверяет даже тебя? — не поверила я.

— Нет, — усмехнулся Каратель. — Для меня от утеса до берега всего одно желание. Для них несколько шагов, — я обернулась, только сейчас поняв, что свита больше не следует за нами, остановившись где-то на середине.

— Получается… мы идем так долго из-за меня? — нахмурилась я, видя впереди множество ступеней.

— Подумай, — ласково посоветовал Дан.

Я остановилась, и Дьявол замер на ступеньке рядом со мной. Пальцы сжали его ладонь сами собой. Мало шагать по лестнице и надеяться, что ступеньки когда-нибудь все равно закончатся. Нужно точно знать, куда и зачем идешь. Нет, нужно большее. Уверенность, что дойдешь и заберешь то, зачем вообще вышел на дорогу. Несмотря ни на что. Вопреки всему. Даже собственным сомнениям и боязни ошибиться или проявить слабость.

Я обещала Ксене, что пройду омовение в Гург. Я говорила самой себе, что хочу стать сильной, оправдать доверие и оказанную Карателем честь. Что буду достойной владения магическим искусством, собственного кахе и дебюта в кругу знати Подземья, чтобы нести волю моего прекрасного господина и быть способной выполнить любое его повеление.

Десятки ступеней впереди исчезли, слившись в одну единственную, касающуюся черных вод Гург. Отсутствие сомнений и понимание необходимости конечной цели сокращали выбранный путь вдвое или, по крайней мере, делали его легче. Я запомню этот урок навсегда, именно он однажды поможет мне выбрать единственно верное решение.

— Умница, — улыбнулся Дан, погладив мои костяшки, но я, переполняемая решительностью, продолжала смотреть на черную воду, пытаясь понять, что с ней не так, помимо очевидного.

— Нет отражений, — в конце концов, нашла я ответ, задирая голову к Карателю.

— Гург отражает суть, а не обличие, — Дан плавно опустился на корточки, протянул свободную руку и зачерпнул воды. — Однако чтобы увидеть отражение сути, нужно позволить ей смыть обличие.

Дьявол перевернул ладонь над ступенью, позволяя воде стечь на серо-желтую поверхность, черная змейка ручейка проползла от центра к краю, и мокрая борозда за ней растворила цвет, обнажив кости и частицу чьего-то раскрытого в крике рта. Втянув носом воздух, я стиснула пальцы Дана, оставшись стоять на месте. Наглядный ответ на заданный ранее вопрос не был приятным зрелищем, но далеко не самым жутким из того, что я уже успела увидеть к своим десяти.

— Когда ты опустишь меня в воду, я увижу в ней отражение своей сути?

— Есть ли смысл в чужом ответе, если можешь получить его сама?

— В твоем всегда есть смысл, — высказала я, чуть подумав. — И его там точно будет больше, чем в моем.

Дан тихо засмеялся, но ничего не сказал, обратив лицо к небу. Увлеченная рекой и берегами, я не сразу поняла, что и оно в Подземье совершенно другое, отличается не только от палитры земного царства, но и от насыщенных оттенков Междумирья.

Смертные сочиняли о нем много небылиц. Одни говорили, что его в Подземье нет, а само царство Карателя — нижний мир в огненных реках с потолком из земли. Другие придумывали про облака из пепла и ревущее пламя от горизонта до горизонта. Третьи про вечную темноту, сверкающую молниями, когда Каратель смеется, и проливающую огненный дождь, когда он гневается.

Каждая страна смертного царства по-своему изображала владения Третьего Сына Создателя, как и его самого, и Дан находил это весьма ироничным. Настолько, что иногда разрешал своим подданным подливать масла в огонь, на котором готовились все эти нелепицы. Карателя забавляла готовность людей поверить в самое худшее, но при этом не получить никакой пользы. И Верхнее, и Нижнее Подземья были полны грешных душ, чьи кровавые деяния не остановили ни мифы про огонь в бездне тьмы, ни легенды о всепожирающих огненных реках и подземельях.

Правда же заключалась в том, что Междумирье с Подземьем и Небеса были петлями, объединенными в бесконечность «узелком» земного царства, согласно воле Создателя. Бесконечность символизировала путь трансформаций душ, но на каком бы отрезке своего пути они ни находились, над ними всегда простиралось небо.

В тот день над рекой, на подушке из золотых облаков лежала слепящая корона солнца, озаряющая алые берега и черные воды. Неподалеку от нас из глубин Гург вырвался очередной столп пламени, и поднятые им брызги вблизи показались мне крупицами звездной ночи.

— Пора, Хату, — проговорил Дан, и я сама это почувствовала.

Не конкретное время, не определенный рубеж или понимание, продиктованное близостью реки. Скорее внутреннее ощущение, настигнувшее с очередным вдохом. Тот самый миг, упраздняющий все переживания и ожидания веским «сейчас или никогда».

Подняв меня на руки, Дан шагнул в воду, и на мгновение, на один удар сердца где-то в горле я зажмурилась. Страхи последних дней вырвались на свободу, будто дикие псы из клеток, растерзывая прежние заверения в правильности происходящего и благополучном исходе. В темноте опущенных век было слишком страшно и одиноко, и я потянулась за спасением к его непосредственному воплощению в моей жизни.

Ослепительному как солнце и непобедимому как небо.

Распахнув глаза, я встретилась взглядом с Карателем.

Повелитель смотрел на меня с легкой ободряющей улыбкой, как иные взрослые на детей, собирающихся с духом для первых шагов. Вот только шаги делал он, продолжая плавно заходить в воду.

Не было всплесков или брызг, я смирно лежала у него на руках, сложив собственные на груди и рассматривая его прекрасное лицо, возможно, в последний раз.

— Пора, Хату, — повторил Дан, остановившись.

Я кивнула. Некоторые вещи просто обязательны, независимо от того, как к ним относишься, или чем