Тот, кто меня защитит - Даша Черничная

Нет, вероятность того, что Босс узнал о нашей связи с Бемби, мала, она практически равна нулю, потому что узнай Стас о нас, мой хладный труп уже закапывали бы в землю.

— Марат, а ты давно живешь в этом городе? — с интересом спрашивает Алехандро.

С силой сжимаю зубы, потому что какой там интеллигентный разговор, когда мне хочется врезать ему?

— Всю жизнь, — лаконично отвечаю я и замечаю, как Оля с интересом наблюдает за мной.

Глаза Алекса загораются, он подходит ближе ко мне и приглушенно спрашивает:

— Куда здесь можно поехать за приключениями?

— Съезди в «Атланту» — это бар на юге города. Можешь сказать, что на выборах будешь голосовать за Станислава Северова, — хмыкаю и еле сдерживаю улыбку.

Алехандро, хоть и выглядит придурком, все же понимает, что тут что-то не так.

— А кому принадлежит этот бар?

— Конкуренту Севера.

Олененок недовольно кривит губы и складывает руки на груди:

— Тебе же задали нормальный вопрос. Так сложно на него ответить по-человечески? Язык отсохнет?

Вот она! Мать Тереза, бросается на амбразуру, защищает сирых и убогих. Интересно, я когда-нибудь заслужу такого же снисхождения? Нет, наверняка нет.

Я оборачиваюсь к этим двоим, которые стоят плечом к плечу, как долбаные Биба и Боба.

— По-человечески, говоришь? В тебя несколько дней назад стреляли, но жизнь, походу, тебя ничему не учит. Вместо того, чтобы спокойно сидеть дома, ты на пару со своим дружком выбрала другой путь — нервировать отца, меня и еще хренову кучу людей, которые сейчас следят за нами. Дома вам не сидится? Жопа в поисках новых приключений горит? — тыкаю пальцем в ошалевшего Алехандро. — Дам я тебе адресок, где подпольные бои ведутся. Поедешь туда за острыми ощущениями или кишка тонка? Да при одном виде твоих узких джинс тебя там размотают. Кто за тебя тогда впрягаться будет? Север? Я? Или эта принцесса? — перевожу палец и утыкаюсь им в лоб Оли.

— Я же просто спросил, чтобы поболтать с тобой, — бормочет Алехандро.

— Я не умею болтать, Алекс, — холодно говорю ему. — Моя работа — прикрывать ваши жопы, а не трещать, как телка, о погоде и летних каникулах. Ясно?

— Спокойно, muchacho, мы уже едем домой. Да, Хельга? — толкает ее локтем.

— Мучачо в трусах у тебя, cretino, — холодо кидаю ему последнее слово на его родном языке.

Алекс, как девка, хватается за сердце и закатывает глаза, оборачивается к Оле и, я клянусь, со слезами на глазах говорит:

— Хельга, это что же выходит? Он назвал меня кретином?

И, не дожидаясь ответа, проносится мимо, в сторону машины, а мне только и остается что в шоке смотреть ему вслед.

— Откуда ты его откопала? Что же будет, если я его обматерю? Он сознание потеряет или сразу копыта откинет? — криво улыбаясь, спрашиваю у Бемби.

— Да что с тобой такое?! — неожиданно Ольга толкает меня обеими руками в грудь. — Он ведь просто спросил! Алекс подружиться с тобой хотел, а ты повел себя как неандерталец!

Хватаю ее за предплечье и притягиваю к себе максимально близко. Порыв ветра поднимает волосы Бемби и обволакивает меня ее сладким запахом. От этого я моментально дурею. Как там она меня обозвала? Неандерталец? Вот именно так мне хочется сграбастать ее и утащить в кусты. Прислонить к дереву и по-звериному вытрахать, чтобы все мысли о другом стереть, чтобы только мое имя выкрикивала.

— Я тебе не девочка в детском саду, чтобы дружить, — тихо говорю сквозь зубы.

Грудная клетка Оли поднимается и опускается, дыхание неровное, глаза бегают по моему лицу. Она облизывает губы и замирает взглядом на моих губах. Знаю, чего она хочет, — считываю это моментально, но поцелую случиться не даю.

Здесь неспокойное место, все как на ладони, и даже то, что мы стоим друг к другу близко, — плохо, очень плохо.

Опускаю руку, перехватывая ее за запястье, и тяну за собой. Достаточно на сегодня, нагулялись.

Глава 23. Мир непоправимо меняется

Заходим с Алехандро в дом. Настроение конкретно испорчено. Где вчерашний Марат? Где элегантный джентльмен, который, как истинный мужчина, ухаживал за своей дамой? Обходительный, вежливый?

— Алекс, прости, пожалуйста, за все, — говорю другу прямо в коридоре.

Он расстроился. По нему было это отчетливо видно. У Алекса тонкая душевная организация, что уж тут. А художника, как говорится, обидеть может каждый. Хорошо, что Алехандро отходчив, поэтому по приезде домой он даже махнул рукой на прощание Яду, правда, боясь подойти ближе.

— Брось, Хельга, — отмахивается он беспечно. — Понимаешь, в Европе я привык к тому, что все дружелюбны. Улыбаются тебе, даже если ты у них вызываешь приступ рвоты. Твой охранник из тех людей, которые не приемлют этих расшаркиваний. И да, он прав, ведь он на работе, страхует наши жизни, а мы так бездумно ищем опасность. Твой отец не прост, и у него сейчас сложное время. Нам стоило быть более разумными. Так что я вовсе не зол не него, хотя, не спорю, все мое нутро сжалось от этого темного, пронизывающего взгляда.

— Я поговорю с ним и попрошу извиниться перед тобой, — говорю так уверенно, как будто Марат послушает меня.

Пф-ф, да он просто пошлет меня куда подальше вместе с просьбами.

— Нет-нет, mi amor, вот только заставлять извиняться мужчину не нужно. Да и я не в обиде, честно.

Алехандро говорит искренне, но выглядит усталым, поэтому я решаю не держать его. Мы быстро перекусываем, и я отправляю его наверх, чтобы он отдохнул.

Сама поднимаюсь к себе в спальню и выглядываю в окно: машина Яда стоит на подъездной дорожке, но в дом он не входил. Вероятно, или курит на улице, или отправился в спортзал, который находится в подвале.

Я сбрасываю с себя уличные вещи, принимаю душ и переодеваюсь в штаны и футболку. На часах девять вечера. Спать еще рано. Не зная, чем занять себя, открываю книгу и принимаюсь читать.

Буквы скачут передо мной, слова сплетаются друг с другом, как змеиный клубок, а хаос мыслей вытесняет все прочитанное.

Мне на дает покоя многое, в частности, я совершенно не понимаю, откуда в моем охраннике две совершенно разные личности: изысканный Марат и безжалостный Яд.

Ведь это две абсолютные противоположности в одном человеке.

Что произошло в его жизни, что заставило задвинуть Марата на задворки и явить миру ядовитого Яда?

Помучив бесцельно книгу, поднимаюсь и иду вниз. По пути я не встречаю никого, а увидев полоску света из-под двери, ведущей в отцовский кабинет, приостанавливаюсь.

Вероятность того, что отец возьмет и