Бывшие. Любовь с осложнениями - Саяна Горская

Нехотя отрываюсь от Богдана и плетусь в ванную. Включаю душ, встаю под горячие струи воды, позволяя им смыть остатки сна.

Мысли путаются.

Я все еще не до конца осознаю, что произошло вчера. Что Богдан здесь. Что он снова целует меня, прижимает к себе и с уязвимой открытостью говорит, что не мог меня забыть.

Это кажется нереальным.

Однако, он здесь.

Закрываю глаза и замираю, позволяя себе просто почувствовать этот момент. Запомнить его.

Быстро моюсь, вытираюсь полотенцем и возвращаюсь на кухню.

Стол уже накрыт.

Омлет с зеленью и творогом, тосты с авокадо и лососем, нарезка из свежих овощей, орехи, свежевыжатый яблочный сок.

— Богдан, не обязательно было так стараться…

Он пожимает плечами.

— О чем ты? Обязательно, конечно. Протеины, белки, углеводы, клетчатка, витамины — все это нужно твоему телу.

— Моё тело справляется.

Богдан наклоняется ко мне, заправляет бережно прядь волос за ухо.

— Ты лишила меня возможности заботиться о тебе тогда, — тихо говорит он. — Теперь тебе придётся терпеть мои посягательства на твое здоровье.

Уплетаем завтрак. Очень вкусно. Я уже и забыла, как прекрасно он готовит.

Богдан тоже ест с аппетитом, что не удивительно, ведь он много сил оставил ночью в моей спальне.

Или, нашей спальне?..

— Да, Жень, не забывай, что нам нужно пройти проверку. Записаться на УЗИ, сдать анализы и…

Раздраженно перебиваю его.

— Богдан, я в порядке.

— Женя… Я просто волнуюсь.

— Но я в порядке, правда.

Внутри снова всё дрожит и покрывается коркой льда.

Я не люблю говорить об этом. О своей болезни. О том, что было. О том, что может быть. Потому что как только я начинаю об этом думать, страх возвращается. Он всегда рядом, прячется в темных углах моего сознания и ждет момента, чтобы напомнить о себе.

И вот сейчас он снова здесь.

Я чувствую его в каждой клетке своего тела.

Страх, что однажды это правда вернется.

И тогда…

Я не смогу.

Не смогу справиться.

Медленно отодвигаю от себя тарелку и встаю.

Богдан хмурится.

— Ты куда?

— Одеваться.

— А завтрак?

— Аппетит что-то пропал.

И ухожу в спальню, чувствуя, как внутри поднимается волна паники, которую я так старательно пыталась заглушить.

Топчемся с Богданом в тесном коридоре.

Застёгиваю пуговицы на пальто, собираю волосы в хвост. В голове пустота. Кажется, мне нужно что-то сказать, что-то сделать, но я просто собираю вещи, натягиваю ботинки и автоматически проверяю, взяла ли пропуск.

Богдан стоит в дверях, наблюдая за мной с едва заметной улыбкой.

— Готова?

Я киваю, хотя на самом деле — нет.

Он пропускает меня вперёд, и мы выходим на улицу.

Сырой утренний воздух пробирает до костей. Зарываюсь носом в шарф и направляюсь к своей машине, но едва успеваю сделать пару шагов, как Богдан мягко, но уверенно, цепляет меня за локоть.

— Нет. Поедем вместе.

Вздыхаю, но не сопротивляюсь.

Подходим к его машине. Он открывает передо мной пассажирскую дверь, помогая забраться внутрь. Поправляет заботливо моё пальто и занимает своё место за рулём. Клацает ремень безопасности. Потом Богдан наклоняется ко мне и берётся за мой ремень.

Я вздёргиваю бровь.

— Богдан, я не ребёнок.

— Я знаю. Знаю. Но позволь мне немного поухаживать за тобой.

Я вздыхаю и качаю головой, но ничего не говорю.

Двигатель заводится, машина мягко трогается с места, и мы медленно выезжаем на дорогу.

Я смотрю в окно.

Мы так много потеряли за эти три года. Пропустили столько всего в жизни друг друга. Как теперь это наверстать? Стоит ли спрашивать его о его жизни? Или лучше не лезть туда?

А вдруг он не хочет это обсуждать?

Рассказать ли ему о том, как жила я?

Может он и этого не хочет знать? Не спрашивает ведь…

Мы проезжаем перекрёсток.

Богдан, разминая шею, хрустит позвонками. На мгновение отрывает взгляд от дороги.

— Ну, родная, расскажи мне, как ты жила тут без меня? Я ужасно хочу знать все подробности.

Смущённо поджимаю губы.

— Нормально. Я просто… Сосредоточилась на работе. Ничего необычного. Всё как у всех.

Богдан усмехается.

— Да уж, стандартная ситуация. Только ты упустила из виду маленькую деталь о том, как боролась с раком в одиночестве.

— Богдан, перестань, — напрягаюсь снова.

— Что, правда режет слух?

— Миллионы людей по всей планете ежедневно борются с раком.

— Да, я в курсе. Но знаешь, в чём разница?

Я не отвечаю. Молчу упрямо.

— А разница в том, Женя, что тысячи от рака ежедневно умирают. Но мало кто из них осознанно лишает себя поддержки, чтобы остаться с болезнью один на один.

Мои пальцы впиваются в ремень безопасности.

— Всё обошлось.

— Женя…

— И давай мы не будем больше говорить об этом?

В машине повисает тишина.

Богдан крепче сжимает руль.

— Ладно. Извини. Я просто… Я всё ещё не могу уложить это в голове.

— Это было давно, — тихо говорю я.

— Для тебя — может быть. А для меня — вчера.

С раскаянием опускаю взгляд.

— Я не хотела, чтобы ты переживал.

— Прекрасно. Ты не хотела, а я всё равно переживаю. Так что твой план не сработал.

Кусаю губу, не зная, что сказать.

Мы останавливаемся на красный.

Богдан поворачивает голову ко мне и изучает меня взглядом.

— Ты так и не сказала, как жила всё это время.

— Я сказала. Работала.

— Это не ответ.

— Я просто пыталась не думать.

Он кивает, словно понимает.

— Ну а если не работа? Что ты делала, когда оставалась одна?

— Пыталась спать.

— Я тоже. Пытался спать. Но у меня не очень-то получалось. А ещё, я искал тебя.

В груди моей с отчётливым хрустом что-то надламывается.

— Искал?

— Везде. — Он криво улыбается. — В других городах, в других людях, в улицах. В чужих улыбках, чужих прикосновениях. Искал твой запах, твой цвет волос, глаз. Твою привычку морщить нос.

— И что?

Богдан качает головой.

— И ничего. В мире нет никого, кто был бы хоть немного на тебя похож. Никого я не нашёл.

Я вдыхаю.

Мы подъезжаем к больнице.

— Ладно, — тихо говорит он, убирая руку с рычага коробки передач перекладывая её на моё колено. — Хватит об этом. Я рад, что ты снова рядом.

Я накрываю его руку своей.

— Я тоже.

В салоне становится тихо, только слышно, как на улице шумят машины.

Я тянусь к ремню, но Богдан опережает — его пальцы быстро ловят пряжку и отстёгивают меня, словно я сама не в силах справиться.

Закатываю глаза.

— Ты же понимаешь, что я взрослый человек, да?

— Смутно догадываюсь. — Усмехается и