Завтра наступит дважды - Лера Лебедь

А этот будильник они с мамой купили, когда Поля была во втором классе. И поставили на него ту самую мелодию. Под которую некогда кружилась балерина. Теперь он будит её каждое утро этого проклятого дня. Не просто так. Нет. Это отголосок любви. И Полина больше не могла на него злиться.

Она вернула будильник на место. Хватит воспоминаний. От них больно. Только не сейчас. Сейчас нужно думать.

Она посмотрела на календарь. Снова 28 июня. Снова выпускной. Платье висело на месте. Всё то же самое. Четвёртый раз.

Полина потёрла глаза. Потом вспомнила вчерашнее. Вернее, уже не вчерашнее. В прошлой попытке её сбила машина. У дороги, возле дома. Она почти дошла. А потом — удар. Вспышка. Темнота. И вот она снова здесь. Целая. Без царапин. Без боли.

Она пощупала руки. Ноги. Пальцы. Всё на месте. Ничего не болит. Ну вот. Опять. Снова этот жуткий день. Лучше бы всё закончилось.

Полина сидела в растерянности, опустив плечи. Что делать? Она разорвала письмо. Не допустила чтения. Но этого, видимо, мало. Нужно что-то ещё. Что-то более важное. Но что?

Она встала, подошла к зеркалу. Взяла расчёску. Медленно, прядь за прядью, расчесала спутанные волосы. Смотрела на себя внимательно, как на незнакомку. В голове бился один вопрос: что делать теперь? Она изменила события с письмом. Но петля не разорвалась. Значит, дело не только в нём. Или не в нём вовсе.

Полина завязала волосы в хвост. Платье надевать не стала. Вместо него — спортивный костюм и кеды. Сегодня ей не до праздника. Ей нужна информация. Что-то, что поможет понять, почему она здесь. Что-то должно быть. И она это найдёт.

Она спустилась на кухню. Мама, увидев её, шагнула навстречу и обняла.

— Доброе утро, Поленька.

— Доброе, мам.

Полина обняла её в ответ. Крепко. Искренне. Отец, сидевший за столом, удивлённо поднял брови. Он отложил газету и посмотрел на дочь.

— Ты чего в спортивном? — спросил он.

— А когда ты собираться начнёшь? — подхватила мама. — Выпускной же.

— Позже поеду, — сказала Полина.

— Как позже? — мама всплеснула руками. — Поля, ну что значит позже?

— Мам, я разберусь. Не начинай.

Она не дала маме договорить. Взяла со стола мобильник и набрала номер Эдика. Тот ответил после первого гудка.

— Поля, ну наконец-то! Ты где? Я уже выезжаю.

— Не надо, — перебила она. — Я с тобой не поеду.

— В смысле? Мы же договаривались!

— Планы изменились.

— Поля, ты чего? А как же…

Полина не дослушала. Нажала отбой. В трубке тут же снова завибрировало, но она не ответила. Затем набрала Катю.

— Поля! Я уже у твоего дома!

Полина вышла в прихожую, схватила сумку и открыла дверь. Катя стояла на пороге, запыхавшаяся, с косметичкой в руках.

— Ты чего не готова? Мы сейчас всё быстренько сделаем! Я тебе такой макияж…

— Кать, я приеду позже, — перебила Полина.

— Но как же…

— Позже. Всё. Не ждите меня.

Она надела солнцезащитные очки, махнула рукой и быстро пошла к калитке. Катя бежала следом, что-то говорила, но Полина уже не слушала. Ей некогда болтать. У неё четвёртая попытка. И она не собирается тратить её впустую.

Впереди был этот чёртов выпускной. Но сначала — ей нужно понять, что она упустила. Что должна изменить. И как, чёрт возьми, вырваться из этого дня.

Она вышла на дорогу и быстрым шагом направилась в сторону города. В голове уже зрел план. Смутный, рваный, но план. И пусть он пока не ясен, главное — не стоять на месте. Главное — действовать.

Потому что, если она снова просто проживёт этот день, он повторится. Опять. И опять. И опять.

А Полина больше не могла. Не хотела. Не собиралась.

Начиналась четвёртая попытка. И она должна была стать другой. Обязательно. Иначе всё было зря. Иначе эта петля сожрёт её целиком, без остатка. А Полина не для того прошла через всё это, чтобы сдаться. Нет. Только не сейчас. Только не здесь.

Она вдохнула тёплый июньский воздух и прибавила шаг. Впереди был целый день. И, возможно, в нём наконец найдётся ответ. Хоть какой-нибудь. Хоть самый маленький. Но он будет. И она его отыщет. Чего бы это ни стоило.

Глава 16

Полина толкнула тяжёлую дверь городской библиотеки и вошла. Внутри пахло пылью, старой бумагой и чем-то едва уловимым, напоминающим сушёные цветы. В библиотеке было тихо, только где-то в глубине шуршали страницы и скрипел стул. Полина остановилась у стойки регистраторши. За ней сидела худая женщина в огромных очках, придававших её лицу сходство с удивлённой совой. Она подняла голову, молча выслушала вопрос и указала узенькой ручкой на дальний стеллаж.

Полина кивнула и пошла. Ей нужна была одна книга. О временных петлях. Она узнала о ней сегодня утром, как только проснулась. Пока мама хлопотала на кухне, а отец читал газету, Полина сидела с телефоном и листала сайты, пока не наткнулась на название. Теперь она стояла в отделе научной литературы с уклоном в паранормальное. Отдел был тёмный, тесный, и, судя по запаху, сюда редко кто заходил. Книги стояли плотными рядами, покрытые тонким слоем пыли. Некоторые корешки выцвели, у других были потрёпаны уголки.

Полина нашла нужное. Выписала книгу. Регистраторша медленно, чересчур медленно, вписала название и дату возврата, шевеля губами. Полина едва сдерживалась, чтобы не выхватить книгу из её рук. Наконец та соизволила поставить штамп и подтолкнула книгу через стойку.

— Читальный зал налево, — сухо сказала она.

Полина поблагодарила и уселась за длинный стол у окна. Зал был пуст. Совершенно. Только она и свет, падающий из высоких окон. Полина раскрыла книгу.

Читать вдумчиво не было ни сил, ни времени. Она проводила пальцем по страницам, выхватывая основные термины и то, что автор выделил в рамки. В голове оседали обрывки: определение временной петли, теории происхождения, свидетельства людей, переживших подобное. Кто-то видел умерших родственников, кто-то проживал один и тот же день по несколько раз. Но ничто не совпадало с её опытом.

Вот женщина из одной деревни рассказывала, что видела своего мужа дважды. Он вышел на кухню утром, поздоровался с ней, а потом исчез. Она вернулась в комнату — он спал. Разбудила, а муж клялся, что не вставал. Полина перечитала этот отрывок дважды. Мужчина не помнил. А она помнила всё. Значит, у них разные случаи. Или нет. Здесь повторялось якобы будущее, в не прошлое.

Дальше шли истории людей, блуждавших по лесу. Для них проходили часы, а на деле — не больше одного. Потом автор описывал аномальные зоны, где случаются сбои во времени.