Любовь в облаках - Байлу Чэншуан

Она подняла руку и изящно, будто на белом шёлке кистью, начала выводить иероглифы — каждое движение выверено, каждый штрих наполнен немым вызовом. Так она, слово за словом, написала официальную вызовную грамоту.

Тан Чжуньюэ напрягся. На тренировочном плацу такие формальности были редкостью. Обычно бой начинался без бумажных церемоний — по обстановке. Она что, собралась драться всерьёз?

Но потом он хмыкнул. Перед ним — всего лишь красивая женщина, пусть и немного странная. Ну подумаешь — бумажка. Что она сделает? Разве может такая, как она, по-настоящему ранить его?

…Может.

Мин И плавно подняла руку — и над полем опустилась Область миньюй, её личная, подавляющая пространство техника. Первые десять ударов она лишь уклонялась, мягко, будто под напором ветра. Она выглядела хрупкой, почти беззащитной. Тан начал терять бдительность — слишком уж легко всё шло.

Но на одиннадцатом шаге её пальцы вспыхнули — белое, чистое пламя юань, светлое и ледяное одновременно, заструилось по её ладони.

Никто даже не понял, как она это сделала.

Тело Тан Чжуньюэ отлетело с силой, словно ударом молота, защитный щит на нём треснул и разлетелся, как хрупкое стекло. Его швырнуло в сторону, он врезался в стену Области и рухнул на землю лицом в песок, не шевелясь.

Несколько молодых людей из рода Тан, что до этого с усмешкой наблюдали за поединком, теперь замерли в ужасе. Лишь спустя несколько долгих мгновений они бросились вперёд, крича, с перекошенными от страха лицами, и кинулись поднимать его.

Мин И отозвала свою юань, опустила руку, будто завершила лишь лёгкое упражнение. Вздохнула тихо, почти с сожалением:

— Я всего лишь слабая женщина… Откуда мне знать, как правильно рассчитывать силу удара? Нечаянно вышло. Если кто захочет жаловаться — увы, ничем не могу помочь.

Луо Цзяоян не сдержался — расхохотался, громко, от души. Он хлопнул по деревянной стойке с оружием так, что та заскрипела:

— Вот это — по-настоящему отрадно!

Он всё ещё чувствовал вкус той подлой атаки. Тан Чжуньюэ бил исподтишка, пользуясь тем, что Луо не смел ответить в полную силу. Он бы сам с радостью размазал его по арене, но не мог — слишком многим рисковал, даже судьбой отца, что жил в глухом селении, вне всякой защиты.

А вот Мин И… она была из другой породы.

В Му Сине не было ни одного человека, кто бы посмел коснуться её отца. Ни ван, ни генерал, ни тайные старейшины.

— Тот приём был потрясающий, — воскликнул Чу Хэ, подбежав к ней с сияющими глазами. — Как ты добилась такого выброса силы, не повредив меридианы? У меня каждый раз после мощного удара жилы ноют, будто огнём опалены.

— Надо просто предварительно выстелить меридианы тонким слоем юань, — ответила Мин И спокойно, будто речь шла о самом обычном приёме. — Это занимает время и требует сосредоточенности. Вот почему я десять ударов только уклонялась — если бы хоть один его приём задел меня до того, как я закончила подготовку, сейчас на земле лежала бы я.

Чу Хэ нахмурился. Он сразу понял, что техника эта слишком сложна. Заполнить меридианы юань? Это ж сколько энергии уйдёт… да и времени! Против более серьёзного противника — подобное промедление обернётся гибелью.

Глава 158. Выйти на бой с чистыми руками

Но, обернувшись, Чу Хэ вдруг вспомнил: меридианы у Мин И ведь давно повреждены. Для неё это не изысканная техника — это единственный способ хоть как-то выстроить течение юань. У неё попросту нет выбора.

Это как пытаться черпать воду: у одних — добротное деревянное ведро, у неё же — расщеплённый бамбуковый корзин. Чтобы наполнить тот же объём, ей приходится вдвое сильнее сосредоточиться, вдвое дольше ждать. И лишь после десяти оборонительных приёмов она может позволить себе атаковать.

Глядя на неё, Чу Хэ не мог не проникнуться уважением.

Мин И же, как ни в чём не бывало, стояла, совершенно не считая себя героиней. Лицо её оставалось спокойным, взгляд — ясным. Она не жаловалась, не кичилась, — наоборот, в уме уже прокручивала собственный бой, отмечая, где в технике была недостаточно точна, где движение могло быть более плавное.

В это время в одном из передних флигелей медленно распахнулась дверь.

В проёме появился Цзи Боцзай. Он опёрся на косяк, и лёгкий стон сорвался с его губ.

Лицо Мин И сразу потеплело. Все прежние расчёты и мысли растворились, как утренний пар. Она поспешила к нему и поддержала за плечо, губы плотно сжались:

— Я же говорила — приду за тобой. Зачем спешить?

Он бросил быстрый взгляд на тренировочный плац. Губы побелели от сдержанной боли, голос прозвучал приглушённо:

— Этот человек… непростой. Если он серьёзно пострадает — вану Гуну будет непросто всё объяснить.

— Я сама всё объясню, — спокойно произнесла Мин И. — Если ты его покалечил — это оскорбление для вана Гуна. А вот если я его покалечила — это просто его собственный позор.

Всем в Му Сине известно: она — женщина, хоть и признанная лично его величеством женщиной бойцом Цзиньчай-дучжэ среди боевых культиваторов. А при здешнем отношении к женщинам как к существам «второго рода», проигрыш ей — это не дело, о котором можно идти жаловаться. Скорее позор, с которым и говорить не хочется. Ни роду Тан, ни самому вану Гуну.

Цзи Боцзай невольно усмехнулся. Но тут же его снова пронзила боль — он закашлялся, глухо, с усилием, и Мин И в испуге поспешно прижала его к себе, помогая сделать шаг, затем ещё один:

— Осторожно. Тихо. Не напрягайся.

Она вела его под руку, чуть ли не на каждом шагу повторяя осторожные наставления.

Сзади шёл Янь Сяо, и его, как лекаря, грызло чувство долга. Всё это казалось ему фарсом. Цзи Боцзай не горячий, не лихорадит, не простужен, и его лёгкие в полном порядке. Откуда же тогда этот жалобный кашель, если не от желания выдавить из ситуации максимум сочувствия?

И всё же он промолчал.

Мин И смотрела на Боцзая так, будто в её взгляде не было места для сомнений. Что бы он ни делал, как бы притворно ни стонал — она видела только его и верила ему. Даже если бы он сейчас начал хромать на здоровую ногу — она, скорее всего, принесла бы ему трость и подала чай.

Янь Сяо тяжело вздохнул, провёл рукой по лицу и…. смирился.

Мин И довела Цзи Боцзая до покоев, усадила, дала лекарство от раны,