Мистер Май - Николь С. Гудин

Это невероятное ощущение. Теперь я понимаю, почему Зик так любит океан. Мне кажется, я показываю своему страху средний палец — будто говорю ему громкое «пошёл ты». Он забрал у меня родителей, но меня ему не сломать.

Я смотрю в сторону, где был Джейк, ожидая увидеть его там, но его нет. Он уже рядом со мной, и в его взгляде читается чистое восхищение.

— Ты нырнула, — говорит он.

Я восторженно киваю.

Чувствую себя маленьким ребёнком на первом уроке по плаванию, но мне всё равно. Для меня это огромное достижение — и всё благодаря ему.

Я бросаюсь к нему, обвивая его мокрое тело своими руками.

Он ловит меня без труда и крепко обнимает.

— Без тебя я никогда бы не смогла это сделать, — говорю я, пока он опускает нас в более глубокую воду.

— Это всё ты, крошка, поверь мне.

— Я верю тебе, Джейк. Именно поэтому я сейчас в воде.

Он опускает голову, явно смущённый моей похвалой.

— Не вздумай сейчас включать скромность, золотой мальчик, — дразню я.

— Я? Скромный? — ухмыляется он.

Я с трудом сдерживаю желание закатить глаза.

— Мне кажется, твоя бесстрашность передалась мне, — довольно вздыхаю я.

— А с чего ты решила, что я бесстрашный? — спрашивает он, вглядываясь в мои глаза, пока держит меня близко к себе.

— Зейн считает, что ты ничего не боишься, и я с ним согласна. Я видела, как ты живёшь, Джейк — тебя ничего не останавливает... Ты не боишься ничего.

— Я боюсь потерять тебя, — шепчет он, и в его голосе слышится уязвимость.

Моё сердце замирает, а внутри всё словно тает. Я — слабость этого сильного, дерзкого мужчины, и это вызывает во мне невероятные чувства.

Теперь я точно знаю, что для него это тоже важно.

— Я не хочу возвращаться, крошка.

Я понимаю, что он имеет в виду.

Завтра мы сядем на самолёт и оставим этот кусочек рая позади.

Когда мы окажемся на финальном этапе тура, на нас будут смотреть со всех сторон. И я не сомневаюсь, что Джейк станет чемпионом мира.

Я понятия не имею, что мы будем делать.

Мы едва ли говорим об этом, словно оба пытаемся сделать вид, что этого не происходит.

Но время почти вышло — от этого больше не уйти.

— Мы что-нибудь придумаем, — говорю я, и это звучит как обещание. — Если ты хочешь?

Я даже не знаю, что между нами — и есть ли что-то вообще. Всё становится таким запутанным. Это совсем не история в стиле «мальчик встретил девочку».

— Ты — моя, Иден. Это единственное, в чём я уверен.

Моё сердце бешено колотится. Быть чьей-то никогда не ощущалось так хорошо.

— Что будем делать с Зиком? — тихо спрашивает он.

Я целую его в щёку.

— Пока что, думаю, нам стоит оставить это между нами, а о Зике мы подумаем, когда будем готовы. Может, в реальном мире ты покажешься мне самодовольным придурком, — смеюсь я.

Я чувствую, как его пальцы нежно касаются моей кожи под водой.

— О, крошка, в этом можешь не сомневаться, — ухмыляется он своей любимой наглой ухмылкой, которую я одновременно обожаю и ненавижу, и смеётся.

Я обвиваю его шею руками, прижимаясь ближе. На глаза наворачиваются слёзы.

Я не хочу терять его, теперь, когда знаю, каково это — быть рядом с ним.

— Мы всё решим, Иден. Обещаю, — говорит он, крепко прижимая меня к себе.

ГЛАВА 21

Джейк

Я никогда в жизни так не ненавидел съёмочные локации. Чёрт, я никогда не ненавидел пляжи с разбивающимися о берег волнами... но сейчас всё это — просто сущий ад.

Я не могу коснуться её.

Не могу поцеловать.

Да я едва могу взглянуть на неё, не привлекая к нам лишнего внимания.

Завтра начинается соревнования, а я уже считаю часы до его окончания.

Это, возможно, самый главный момент в моей карьере, но мне плевать. Абсолютно.

Я обречён. Полностью и безнадёжно. Я влюблен в упрямую, вредную, но такую драгоценную принцессу — и счастлив, как никогда.

Я люблю её. Я люблю её до чертиков.

Она совсем не такая, какой я представлял идеальную женщину, но это лишь делает её ещё более притягательной. Запретный плод, и всё такое.

По крайней мере, есть один плюс — по пляжу уже гуляют слухи, что Ривер закрутила роман с Лукой, пока они были в отъезде. Все обсуждают это, а не то, что мы с Иден оставались вдвоём.

Алекси, скорее всего, уже готовит кулаки, чтобы надавать Луке по шее, и, когда слухи дойдут до него (а они дойдут), он будет слишком занят своей сестрой, чтобы помочь Зику выбить из меня всё дерьмо.

Но это меньшее из того, что меня беспокоит.

Моя главная проблема — и весьма, если честно, серьёзная — это найти минутку, чтобы прижать к себе свою девушку.

Пара флиртующих улыбок и украденный поцелуй — этого явно недостаточно.

Сегодня вечером на пляже будет костёр в честь завершения тура. Если я не найду способа украсть её на пару мгновений, то не найду уже никогда.

— Ты снова на неё уставился, — говорит Макс, толкая меня плечом.

— И что? — усмехаюсь я. — Мне нравится вид.

Его взгляд скользит по мне, а затем следует за моим — прямо к Иден.

— Я слышал, вы с ней остались вдвоём на каникулах…

Я хмыкаю, но молчу. Иден ясно дает понять, что пока хочет держать всё это в тайне, и я не собираюсь быть тем уродом, который разрушит её доверие.

— Когда тебе сломают нос, я с удовольствием скажу: «Я же предупреждал», — ухмыляется он и отвешивает мне дружеский подзатыльник.

— Мы просто работали, делали фотографии, и всё.

— Да уж, «работали», — насмешливо парирует он, подмигивая мне, прежде чем развернуться и отойти назад.

Я качаю головой, пытаясь сделать вид, что всё отрицаю, но улыбка на моём лице, вероятно, говорит о другом.

Макс — хороший парень. Если бы дело касалось его сестры, я бы уже давно валялся где-нибудь с проломленным черепом, но, похоже, с чужими сёстрами он более снисходителен.

Я вновь бросаю взгляд на Иден. Она одаривает меня хитрой, до невозможности соблазнительной улыбкой. И всё, чёрт возьми, решено — этой ночью я к ней прорвусь, чего бы это ни стоило.

* * *

— Ты вообще меня слушаешь? — громко хлопает в ладони Брэд, пытаясь привлечь моё внимание.

— Не особо, — протягиваю я, не отводя взгляда от Иден