Владелец и собственность - Аннеке Джейкоб

— И как ему твоя джиди? — спросил Терин.

— Как ни странно, он нашел её довольно милой. Он воспринимает это на удивление спокойно.

— Не то чтобы у него были другие сыновья, ради которых он мог бы от тебя отречься.

— Верно. — Лиаске воспитывал Гарида один по собственному выбору, в то время как большинство мальчиков росли в больших семьях с отцами, дядями и братьями.

— Мой отец даже не знает, что женщины существуют, — невнятно произнес Терин с набитым ртом. — И я не собираюсь ему говорить.

— Мой отец был тем, кто рассказал мне о женщинах, еще когда я был ребенком. Это было частью его обширных образовательных методов; я знал о вселенной вокруг гораздо больше, чем большинство детей.

Терин проглотил кусок.

— И большинство взрослых, тоже, вероятно. Я услышал о женщинах в университете и чуть не лишился стипендии, только думая о них. Ты был всего лишь ребенком? Каково это было?

Гарид на минуту задумался, глядя вдаль.

— Я всегда знал, что меня не будут интересовать мужские тела. Но я не особо беспокоился об этом — был слишком мал, — когда он рассказал мне о женщинах. Как ты думаешь, сексуальность — это идентичность? — внезапно спросил он.

Терин выглядел озадаченным.

— Не знаю… да… большая её часть, я полагаю.

— Что ж, тогда я понял, кто я. Я решил, что я — атавизм из древних времен. Очень древних; еще до того, как мы покинули Старую Землю. Какая-то примитивная рабовладельческая цивилизация. — Он начал ровно нарезать мясо.

— Я раньше играл в такие игры со своими братьями и кузенами, — сказал Терин, ухмыляясь. — Всегда пытался их связать.

— Я бы не пошел на такой риск. Я никогда даже не намекал на это. Даже когда я узнал, что на этой планете есть женщины, которые являются собственностью, это казалось слишком личным, чтобы об этом говорить. Я видел одну однажды в детстве, я тебе рассказывал?

Терин подался вперед, его лицо выражало крайний интерес.

— Нет! Серьёзно? Насколько ты был мал?

— Подросток. Мы навещали друзей в Гаведже. Я выходил из магазина на Тасит-стрит, и они прошли прямо мимо меня. Маленькая женщина на поводке. Я никогда даже фотографий не видел, почти не знал, как они выглядят, но я сразу понял, кто она такая.

— Ты пошел за ними?

У Гарида дрогнул уголок рта.

— Мне хотелось, но у меня был такой стояк, что я думал — кончу, если хоть шевельнусь. Так что я остался на месте и старался быть незаметным. Я надеялся, что они вернутся, но нет. — Он мысленно вернулся в прошлое, вспоминая вид женщины сзади, когда её уводили прочь от него, то, насколько он был потрясен и возбужден. Он не мог описать свои чувства даже Терину, который всё понимал. Он поднял взгляд и слегка улыбнулся. — Мне пришлось солгать отцу о том, почему я опоздал к ужину.

— Ты знаешь, чья это была рабыня? Как она выглядела?

— Понятия не имею. Полагаю, это могла быть рабыня Беренеффа, хотя, конечно, я на него не смотрел; я вычисляю это уже задним числом. Он владеет своей рабыней долгое время и живет в том районе. У неё были очень светлые волосы, высокая, маленькая круглая грудь; это всё, что я могу сказать.

— Если это была рабыня Беренеффа, то сейчас грудь уже не такая высокая, — сказал Терин. — Но она всё еще довольно милая.

— Она годами являлась мне во снах.

— Могу себе представить. Мне удавалось взламывать систему аукциона Орис и смотреть голограммы рабынь весь первый курс университета. Чуть не потерял стипендию. Я был так возбужден, когда они проводили один из своих аукционов достаточно близко, чтобы я мог туда добраться, но, конечно, там были только обычные экзотические животные. Разочарование чуть не убило меня. Только когда я познакомился с парой владельцев, я смог увидеть женщину по-настоящему. На самом деле, это была Мерти Лаве. Прямо передо мной. На коленях… — Терин погрузился в воспоминания. Они вернулись к еде, оба думали о своем и молчали.

Наконец Терин спросил:

— А когда ты в следующий раз увидел живую?

— На Сойчиоре.

— Только тогда? — удивился Терин. — Но ты же как раз оттуда вернулся, когда мы познакомились в сети.

Гарид немного сокрушенно поморщился.

— Мне было некомфортно давать кому-то знать, чего я хочу, в то время. Я не стыдился этого, понимаешь, просто это было личным. — На самом деле, будучи совсем молодым человеком, мысль о том, что его сексуальность будет выставлена напоказ, была для него проклятием. Куда лучше было отправиться на двуполую планету, где можно было сохранить приватность своих наклонностей.

— О, а сейчас ты, конечно, сама скрытность! — Терин доел свою порцию и теперь играл с бутылочками из-под соусов.

— По сравнению с тем, каким я был тогда, сейчас я звезда какой-то всемирной сети извращенцев. На Сойчиоре я был чужаком, и было не так важно, что люди знают обо мне.

Гарид отправился на Сойчиор, планету — столицу сектора, под предлогом изучения новых методов мелиорации. Его исследования показали, что из доступных ему планет эта с наибольшей вероятностью могла обеспечить разнообразие сексуального поведения. Как обычно, его расчеты были безупречны. Всё, о чем он когда-либо слышал, практиковалось на Сойчиоре открыто, как и многое из того, о чем он не слышал вовсе. Он был ослеплен женщинами, заворожен их телами, и ему пришлось призвать на помощь всё свое терпение и самоконтроль, чтобы не выставить себя дураком перед ними, прежде чем он выучит язык и социальные нормы, и узнает правильные способы подхода к ним. К счастью, его огромный рост и внешность выделяли его даже в этой космополитичной столице, и женщины сами находили его.

— Женщины повсюду… ого… — Терину никогда не хватало денег на межпланетные перелеты.

— Они разгуливали на свободе и носили одежду, понимаешь. Потребовалось время, чтобы сообразить, где искать покорных.

Какое-то время Гарид упивался простым сексом — сексом с кем-то, у кого были правильные части тела, хотя он тщательно избегал любого поведения, которое могло бы намекать на серьезные обязательства. Он спросил женщину, которая была наиболее дружелюбна и открыта, где можно найти склонных к подчинению.

Он мог бы найти эту информацию в сетях или где-то еще, но боялся, что его ограниченный словарный запас заведет его не туда. Женщина направила его сначала в виртуальные голографические сети, а затем, увидев, что он