Дерзкая для имперца: союзники поневоле - Наталья Нежданова

Вот только на меня его ораторский дар перестал действовать ещё там, в древлянском княжестве. Горький урок, что человека должно оценивать исключительно по его делам, а не по словам, я затвердила на всю оставшуюся жизнь.

— Мы выступим одновременно с разных направлений и никакая стража не сможет нам противостоять! — вещает мерзавец. — Наши люди неожиданно устроят заваруху сразу в нескольких местах Ларенцы!

— Может быть, получится освободить моих родителей! — шепчет мне на ухо Фабиэн.

Все слушают, внимая каждому слову. Ох и пожалеют же они потом, да поздно будет, — соображаю я. — Но как же мне до Фабиэна достучаться?

Глава 27

Наконец, сходка заканчивается. Выходим на улицу в темноту и холод. Тоже проблема, ведь болтаться ночью по городу опасно.

От грабителей-то мы запросто отобьёмся. Но ведь можно и на стражу нарваться. А учитывая события последнего времени, нас наверняка сочтут подозрительными и задержат для установления личности. Добропорядочные граждане по ночам дома спят.

— Пошли к Далии, — предлагаю я. — Неудобно, конечно, поднимем человека с постели, но она поймёт.

— Ей точно можно доверять? — спрашивает Фабиэн.

— Не волнуйся! У меня с ней давние и прочные взаимоотношения.

По дороге рассказываю ему про Ригера и события в древлянском княжестве.

— Ты точно уверена, что это именно он? — сомневается Фабиэн.

— Однозначно!

Весь остаток пути он молчит. Думает. Это хорошо.

Подходя к трактиру, сначала выглядываем из-за угла, нет ли на улице патруля городской стражи. И вдруг замечаем каких-то подозрительных типов. Вот один из них шагает к двери Далии и дёргает за ручку. Потом подходит к окну и начинает возиться с прикрывающими его ставнями.

Переглядываемся с Фабиэном. Указываю на себя и того, кто у окна. Он кивает и смотрит на остальных. У одного из них в руках топор, у другого мешок. Прижимаю палец к губам. Лишний шум нам не нужен.

Выскакиваем из-за угла и бросаемся на воров. Фабиэн просто сбивает их с ног и добавляет пару ударов воздушным кнутом. Своего противника я обездвиживаю останавливающей защитной техникой. Теперь пару минут он не сможет ни пошевелиться, ни даже слова произнести.

Те, что упали, потихоньку встают на четвереньки и отползают. Потом поднимаются на ноги и улепётывают, сверкая пятками.

Обездвиженный мной стоит и взирает на нас полным ужаса взглядом.

— Надо выяснить, откуда они такие взялись! — говорю я.

Вскоре узнаём, что некие люди, впрочем, неизвестные нашему пленнику, собирают повсюду дезертиров, бродяг и беглых крепостных, после чего небольшими группами переправляют в окрестности Ларенцы.

Тут явно затевается что-то нехорошее.

Убедившись, что он ничего больше не знает, Фабиэн отпускает незадачливого злоумышленника, сопроводив советом поскорее убираться из города и хорошим пинком под зад.

Коротко стучу в дверь трактира и становлюсь лицом к щели между ставнями, чтобы Далия меня увидела и открыла. Наконец, слышим шум отодвигаемого засова.

— Что случилось? — спрашивает перепуганная женщина.

— Воры в трактир лезли, вон, даже замок у ставни покорёжили. Хорошо, мы мимо проходили, разогнали их с помощью магии, — объясняю я.

Далия хватается за сердце и зовёт нас войти.

— Сейчас чай поставлю, холодно-то как! — причитает она.

Пока греется чайник, она едва ли не со слезами сетует, что страшно боится. Тем более, в доме даже нет мужчины. Да если бы и был, что сделает один человек против целой банды?

— Так договоритесь с соседями на вашей улице и дежурьте ночами по очереди! — предлагаю я. — Тут у вас столько лавок и мастерских.

— Да как можно! — ужасается Далия. — Если мы так сделаем, нас объявят мятежниками и сурово накажут. И потом, мы же налоги платим! Значит, нас империя должна защищать.

Ага, защитит она вас. Когда убьют — тогда и приходите! — вспоминаю я дурацкую присказку из своего родного мира.

Пьём чай и ложимся спать. Фабиэн внизу на лавке, меня же Далия ведёт наверх, в комнату для гостей и укладывает на комфортную мягкую постель. Искренне сочувствую своему спутнику. Но пусть привыкает. Неизвестно, какие сюрпризы подкинет ему жизнь.

После насыщенной событиями ночи спим почти до обеда. Едва просыпаемся, в трактир приходят наши друзья из академии. Ликия приводит Шана.

— Пожалуйста, пусть он поживёт с нами! — умоляет Далия. — Он хотя бы залает, если кто полезет!

Скрепя сердце, оставляю ей своего пса. Понимаю, если какие-нибудь грабители вломятся в трактир, они ведь и малышку Танию не пощадят.

Аж слёзы наворачиваются, когда ухожу в академию. Но Шан послушен моим командам, да и Танию любит.

Фабиэн мрачен и сильно расстроен. Я разрушила его надежды. Знаю, что у меня вряд ли получится как-то его утешить. Но главное — он мне поверил.

— Представляешь, что станет с твоими родителями, если ты присоединишься к ним в тюрьме? — втолковываю я ему.

Обдумываю услышанное на сходке мятежников. Я искренне не понимаю, что за сила стоит за всем этим. И даже Фабиэн не может прояснить ситуацию.

В одном лишь уверена — такие, как Ригер, служат злу. И я точно не на их стороне.

Ликия забрасывает меня вопросами, почему я не ночевала в общежитии. Мой ответ, что я гостила у Далии, её явно не устраивает.

— А Фабиэн?

— Причём тут Фабиэн? — недоумеваю я.

И тут до меня доходит, что она имела в виду. Неужели она может думать про нас такие глупости? Не ожидала.

— Как ты относишься к Фабиэну? — спрашивает вдруг она.

— Нормально.

— И всё?

Кажется, я поняла, почему моя подруга об этом спрашивает.

— Я точно в него не влюблена! — отвечаю ей. — Он не в моём вкусе. Просто друг, которому я помогаю. Ты же знаешь про его родителей.

— Поклянись!

— Клянусь! Хочешь, посмотри с помощью ментальной магии, я тебя не обманываю.

— А он в тебя?

— По крайней мере он ничего такого мне не говорил!

Кажется, она к нему неравнодушна. Но разве это плохо? Надеюсь, Фабиэн переосмыслил свои прежние предрассудки и его не смутит то, что Ликия — из купеческого сословия.

Я же точно не воспринимаю его как мужчину. Если уж на то пошло, среди наших соседей по чердаку есть гораздо более привлекательные парни.

И всё-таки Арис явно на меня какую-то порчу навёл. Когда я