Огненные сердца. Все, что осталось от нас - Кира Сорока

Я думала, что любила Тима. А потом все ушло. Остались лишь теплые воспоминания о наших отношениях. Временами было совсем неплохо. Тимофей всегда был нежен со мной, не скупился на комплименты, однако моя душа никогда не болела из-за него.

С Егором все по-другому. Моя любовь к нему причиняет бездну боли. А еще море самых разных и очень острых чувств и эмоций.

Слышу шаги в прихожей и вскакиваю с колен Егора. Пересев на кровать, встречаю появившуюся в дверях бабушку вымученной улыбкой.

– Мы почти закончили.

– Нет, мы совсем закончили, – произносит Егор, вставая со стула. – Прово́дите меня, баба Валя?

– Может, поужинаешь с нами? Хочешь? – Бабушка вдруг проявляет гостеприимство. Нечасто она такая. Только с теми, кто ей действительно понравился.

– Благодарю, но мне пора.

Бабушка идет в прихожую, а Егор опускается на корточки возле меня и заглядывает в глаза.

– Если я останусь, то боюсь, не смогу себя контролировать. И ты снова будешь в ужасе от меня. – И хотя он улыбается, тон у него довольно зловещий.

Не сможет себя контролировать? Это он о чем?

– До завтра, мышка. – Егор протягивает руку и гладит мою щеку подушечками пальцев.

Поднявшись, он выходит из комнаты. Через минуту хлопает входная дверь. А я еще долго сижу, не в силах подняться.

Увы… В моей голове не умещается все это…

18

Гроз

Алина держит меня за горло не только при свете дня, но и ночью. Мне снится долбаный футбол, ее бывший парень и она.

Я будто бы снова очутился в прошлом. Мы вновь воюем за нее. На чертовом футбольном поле мы с Золотаревым размалевываем морды друг другу, а Алина просто стоит в стороне и осуждающе смотрит на меня.

Толпа фанатов звонко скандирует:

– ТИМ! ТИМ! ТИМ!

И лишь мои друзья – Макс, Дамир и Дан – что-то кричат в мою поддержку. Но их голоса тонут среди воплей болельщиков Тимофея.

Когда я вырубаю Тима, Алина бросается к нему.

– Что же ты наделал?! – кричит она на меня.

Мне становится как-то стремно, потому что я вновь ее подвел. Вновь продемонстрировал неадекватность.

Тимофея уносят с поля на носилках. Алина уходит следом.

Зашибись, вашу мать!

Просыпаюсь весь в поту. Тру лицо, пытаясь стереть остатки долбаного сна. Хватаю телефон и шокированно пялюсь на темный экран. Мой айфон разряжен. Похоже, я проспал.

Вскочив с кровати, шагаю в гостиную. Настенные часы показывают половину восьмого утра. Полчаса до уроков. Решаю поехать на занятия на тачке. Хотел подвезти Алину, но она наверняка уже в школе.

Чертов сон не отпускает, и я стараюсь держаться за воспоминания о вчерашнем дне. Алина на моих коленях, ее горячая кожа под моими губами, неровное дыхание… Наш поцелуй…

Мне показалось, что я потерял рассудок, когда она ответила. Я успел позабыть, насколько сладкие у нее губы.

Выходя из БМВ, привлекаю внимание подружки Купидонова. У Савельевой загораются глаза, когда она замечает меня. Скользнув взглядом по машине и поправив волосы и шапку, она уверенной походкой направляется ко мне.

– Егор, – улыбается она, уверенно глядя на меня. – Хорошо, что я тебя встретила.

– Думаешь? – Я обхожу ее, направляясь к школе.

Милана торопится за мной.

– Да, мне нужно задать тебе один вопрос. Хотя нет. Два вопроса.

– Спрашивай.

– Во-первых, объясни, пожалуйста, что произошло между тобой и Максимом. Из-за чего вы подрались?

– Почему бы тебе не спросить об этом у своего парня?

– Я спрашиваю у тебя.

Мы доходим до школьного крыльца. Я останавливаюсь, потому что не желаю разговаривать с этой блондинкой в стенах школы.

– Твой парнишка решил претендовать на мое, – цежу я. – Это все, что я могу тебе сказать. И пока я вежлив, лучше не дави.

Недовольно сощурив глаза, Милана кусает губы, но в итоге кивает.

– Тогда вопрос номер два. Что ты сделал с Жанной? Почему она игнорирует меня?

Я усмехаюсь. Думаю, Жанна еще долго будет всех игнорировать. Именно таким был мой ультиматум. Это наказание за ту драку. Жанна теперь будет изгоем, потому что я так сказал. Иначе весь класс узнает о ней то, что она тщательно скрывает. И скрывает уже давно. Информация, которую я нарыл, заставит ее быть гораздо скромнее.

У всех есть свои скелеты в шкафах. Абсолютно! У всех!

– Я так понимаю, что и о Жанне ты ничего не скажешь… – хмурится Милана.

– Видимо, да.

– Что ж… – морщит она нос. – Ладно, как знаешь. Увидимся на уроках.

Она быстро взбегает по ступенькам и скрывается в дверях. А я на пару минут задерживаюсь на крыльце, жадно втягивая морозный воздух.

Меня немного трясет. Сейчас я увижу ее.

Что Алина написала в проекте? Как закончила его? Думала ли она обо мне после того, как я ушел?

Я решил дать ей немного времени и личного пространства. И после того, как ушел, даже не звонил и не писал. Однако Алина моя зависимость, и я нуждаюсь в подпитке. Сильно нуждаюсь.

Захожу в школу. Едва поднимаюсь на второй этаж, вижу идущего навстречу Купидонова.

– Чувак, я с миром, – говорит он, раскрывая ладони. – Надо поговорить.

– Сейчас?

– Да.

Сначала я хочу его послать, но то, что говорит Купидон дальше, заставляет меня передумать:

– У меня есть кое-что важное о твоей Столяровой.

– Да? Ну пойдем.

Мы идем в правое крыло и останавливаемся возле подоконника. Макс швыряет на него рюкзак и начинает что-то искать. Я стою в ожидании, подперев стену плечом.

– Чтоб ты знал: на льду я просто пошутил. Прикол, понимаешь? – заявляет вдруг Купидон, не прекращая поиски.

Не скрывая ярости, смотрю на этого урода.

– Ты сказал, что Халидов тоже забил, поэтому я должен поделить с ним Алину. Считаешь, это прикол?

– Не думал, что ты так отреагируешь. Как чертов псих, ей-богу, – усмехается Купидонов.

О-о-о… Ты еще ничего не видел, друган. Не знаешь, каким психом я могу быть.

Наконец он вытаскивает из рюкзака смартфон и недолго в нем копается.

– Короче, вот, смотри. Слова здесь излишни, – он протягивает телефон мне.

Нехотя смотрю на экран. А там – просто финиш…

Алина. Голая Алина. С таким же голым парнем. Они стоят нос к носу. Так, словно через секунду случится поцелуй.

В башке начинает гудеть, перед глазами все плывет. Голос Купидонова слышится словно сквозь вакуум.

– Слухи о том, что Столярова с кем-то встречается, – не слухи. Короче, ты зря за нее сражался. Она принадлежит вот этому смазливому пареньку.

Я выхватываю телефон из его рук и сжимаю так, что он жалобно трещит в моих