На перепутье. Даард. - Ника Летта

он теперь узнавал слишком хорошо. Даард машинально коснулся виска. Щетина стала гуще. Мысль о храме возникла сама собой, но он не стал задерживаться на ней дольше положенного. До храма ещё нужно дойти в состоянии, когда можно проверять, а не ломать.

Он только успел подумать, что неплохо бы потребовать у дома полный доклад за последние месяцы, как над столом вспыхнул вестник.

Огненная птичка сделала короткий круг и развернулась в пергамент.

Голос Дахора прозвучал официально и сухо:

— Даард саш Маарц, с этого момента ты восстановлен в должности советника императора ничейных земель. Приказ вступает в силу немедленно.

Даард коротко выдохнул через нос.

Что ж.

Либо Дахор решил, что мир снова держится на честном слове и злости, либо всё стало настолько плохо, что без него уже не обойтись.

Скорее второе.

Он даже не успел толком обдумать формулировку приказа, как зеркало перехода в дальнем углу ожило. Гладь дрогнула, и через мгновение в кабинете появился Дахор.

Даард только успел отложить очередной свиток, когда заметил, что друг двигается без обычной своей выверенной плавности. Это не укрылось от Даарда.

— Вижу, ты не с добрыми новостями, — произнёс он, не вставая.

Дахор даже не попытался ответить привычной колкостью. Прошёл в кабинет, остановился у стола и только тогда сказал:

— Я встретился с ним в подземелье.

Даард сразу понял о ком речь и медленно поднял взгляд.

— С Итоем? Как он там оказался? Ссследил?

— Упал — возразил Дахор. — Я хотел проверить его ещё раз. Без лишних ушей.

— И? Как уссспехи? — скептически поддел его друг.

Император коротко усмехнулся.

— И он снова мне солгал. — вот теперь Даард поднялся.

— В лицо?

— В лицо, — отрезал Дахор. — Спокойно. Почти чисто. Если бы я не знал его так долго, решил бы, что он и сам верит в то, что говорит.

Даард медленно обогнул стол, скользя хвостом по каменному полу.

— Что именно он сказал?

— Слишком мало. И слишком удобно, — отозвался Дахор. — Ровно столько, чтобы увести меня в сторону. И недостаточно, чтобы я мог взять его за горло без лишних вопросов.

Он замолчал. Ненадолго. Но когда заговорил снова, голос его стал тише.

— А потом мой зверь поднял голову.

— Как я понимаю он что-то заметил? — осторожно уточнил советник.

Император посмотрел на него в упор. Ответил не сразу, словно даже теперь эти слова приходилось буквально проталкивать через горло.

— Искру.

Даард не шелохнулся. Только внимательнее всмотрелся в друга. Зрачки Дахора уже вытянулись в вертикаль, хвост тяжело перетекал по полу.

— Желанную, — добавил он глухо.

Последнее слово прозвучало почти с отвращением. Дахор коротко провёл ладонью по лицу, будто хотел стереть с себя сам факт произошедшего, и только потом заговорил снова — уже ровнее, но именно эта выверенность выдавала, чего ему стоит держать голос под контролем.

— Мой зверь увидел в нём желанную искру. В нём, Даард. — он резко выдохнул — В теле друга, с которым делил кровь, грязь, голод и войну.

Когти снова скользнули по дереву, оставив на тёмной поверхности тонкие борозды.

— И хуже всего даже не это.

На Элтаэ подобное не просто не укладывалось в голову — подобное противоречило самой природе вещей. Но по лицу друга было ясно: дело не в нелепости увиденного. Дело в другом.

— Хуже то, — произнёс Дахор тише, — что он не усомнился ни на миг.

Кончик его хвоста коротко ударил по полу. Едва заметно. Но Даард знал его слишком долго, чтобы не понять, чего стоит это мнимое спокойствие.

— Понимаешь? — спросил Дахор, и в голосе впервые зазвенело... унижение. — Он потянулся так, будто нашёл своё.

Даард молчал. Сначала его зверь, теперь и Дахора. Император сжал кулак сильнее. Если это станет известно, половина двора решит, что император сошёл с ума. Вторая половина попробует этим воспользоваться.

— Если зверю можно подсунуть ложную желанную искру… если ему можно навязать зов, которого не существует…

Он недоговорил, но когда поднял взгляд на Даарда в его глазах плескалось ужас, отвращение... и нечто похожее на отчаяние.

— И после этого мне сидеть спокойно и делать вид, что речь идёт просто о побеге?— последняя фраза застряла в горле — Но...

Даард приблизился и коротко, твёрдо положил ладонь на плечо друга.

— Зверь ведь понял, что это ложный след?

Дахор на секунду прикрыл глаза.

— Нет. Не до конца. Он потянулся так, будто... — он осёкся, потом договорил уже тише: — Будто дождался.

У Даарда внутри медленно поднялся холод.

— Итой? — спросил он.

Дахор открыл глаза и посмотрел прямо на него.

— Сбежал.

— После разговора?

— Да. Когда мы поднялись я вышел отдать приказ усилить охрану. Вернулся — палата пустая. Два стража убиты.

Даард сузил глаза.

— И ты всё ещё не уверен, что он в заговоре? — для советника все становилось предельно ясно.

На этот раз Дахор вскинул взгляд резко. Ладонь ударила по столу — не сильно, но так, что свитки дрогнули.

— Я уверен, что он лгал. Уверен, что сбежал не просто так. Но вот в чём именно я уверен меньше, чем мне хотелось бы.... это меня и терзает.

Даард молчал. Дахор отвёл взгляд, будто сам не хотел произносить следующее.

— Я даже думать об этом не хочу.

— О чём?

— Не строй из себя идиота. — император усмехнулся коротко и зло.

Даард как всегда ждал, когда вещи назовут своими именами. Дахор втянул воздух.

— О том, что зверь мог не ошибиться.

Советник первым отвёл взгляд.

— Не мели чушь.

— Я и сам так думаю, — отрезал Дахор. — Но мой змей ... к нему... потянулся.

Последнее слово прозвучало почти брезгливо. Даард скользнул хвостом по полу.

— Это Итой.

— Я знаю, кто это снаружи, — раздражённо бросил Дахор. — Я говорю о том, что зверю было плевать.

Даард ничего не сказал.

— У тебя то же самое с эльфийкой?

Даард поморщился.

— Не сравнивай.

— Почему?

— Потому что она явилась ко мне с артефактом и ложью наперевес... Истинные пары ссстарая сказка.

— Которую давно никто не видел, — хмуро отозвался Дахор.

— И очень удобно вспомнить именно сейчас, когда вокруг заговор, подмены, печати и сбитые инстинкты.

— Удобно, — согласился Дахор. —