Прелесть для владыки, или Хозяйка приюта «Милая тварь» - Лина Алфеева

Нос заныл, я с трудом сдерживалась, чтобы его не почесать. Надо было все же зайти в лазарет. Избежала бы этого разговора.

Эрн принялся придирчиво меня разглядывать, и с каждым мгновением его лицо становилось холоднее и отстраненнее. Наконец, в тишине комнаты прозвучали выводы:

— Твари тут ни причем. Точнее, не те, на которых я подумал. Кто тебя тронул, Абриэль Райн? Кто тебя ударил?

— Не твое дело!

Я вскочила с пола, но Эрн даже не шелохнулся и продолжал возвышаться надо мной.

— Если я спросил, ты должна мне ответить.

— С какой это радости? — я сложила руки на груди и с вызовом уставилась на наглеца.

— Потому что я Авердан! И весь твой род однажды станет мне служить.

— Да ты просто не доживёшь до этого! Ты такой мерзкий, что тебя пробьют, как только узнают, чей ты сын!

Я и изо всех сил толкнула Эрна ладонями в грудь. Удивительно, но он отступил. Я тут же этим воспользовалась и выбежала из номера.

Эрн Авердан

* * *

Светлый Жрец знал о Райнах из Гиблой долины больше, чем Эрн, выросший далеко от этих мест. Сумеречное герцогство всегда было для него всего лишь пятном тьмы на территории светлых. Забавная аномалия, что так бесила соседей. Эрн узнал, что его отец из этих мест, более того, является аж первым паладином тьмы, когда уже вырос и активно изучал магию.

Историю Дельтрана Эрн тоже изучал. Однако наставники логично делали акцент на темных землях и том, что в них творилось. Многие из них ни разу не бывали в Сумеречном герцогстве. Эрн тоже в эти места не рвался. Ему не было дела ни до загадочной магической аномалии, ни до существ, что она порождала.

И о Райнах, что были обречены служить и тьме, и его отцу, он тоже раньше не слышал.

Эрн

Чтобы все выяснить, ему пришлось затребовать сеанс связи с отцом.

Сегодня.

Пока парни из его группы строили глазки темной красотке, он раз за разом активировал артефакт связи Аверданов. И плевать он хотел, что у герцога могло не быть времени на ответ. Ему даже пришлось выбраться с территории Агревуда, чтобы стражи академии не засекли активацию особого артефакта.

Эрн Авердан решил учиться в академии инкогнито. Ректор Кирк решительно это не одобрял, но поделать ничего не мог, поскольку герцог не оставил ему на этот счёт четких инструкций. Сам Эрн не видел особой разницы между статусом полноценного адепта и резервиста. Нужные ему дисциплины оставались доступны, зато у резервиста куратор не стоял над душой, чтобы контролировать каждый шаг.

Эрн считал, что для него все сложилось более чем удачно. Окажись он в связке с сильным, опытным магом, вряд ли смог бы скрыть от него свою демоническую суть, что всегда просыпалась не вовремя и гарантировала проблемы.

В остальном же Эрн, как и его отец, владел уникальным даром. Это была гремучая смесь из тени, тьмы и смерти, присущая исключительно паладинам тьмы. Причем, магия тьмы у измененных была в приоритете, что объясняло, почему Эрну было так тяжело подчинить тени и научиться использовать смерть.

Абриэль вообще в нюансах темного дара не разбиралась. Эрн это понял, когда она предложила ему призвать на экзамен тени, которые были визитной карточкой всех темных лордов. Магия Эрна была изменена тьмой, в этом он недалеко ушел от родственников самой Абриэль.

Но и это было не все.

Наследие матери сделало его наполовину демоном. Он владел разрушительнейшим огнем, который не могла оставить светлая магия стихий.

С демонами в Дельтране боролись радикально: изгнанием и закрытием порталов. Точнее, такие методы использовались прежним королем Гартошем, после смерти которого всем темным пришлось достаточно паршиво. Если бы сопротивление демонам не возглавил темный лорд герцог Киртан Дарт, демонический огонь прокатился бы напалмом по всему Дельтрану.

Так что демонов тут боялись и ненавидели. Если в академии узнают, что Эрн наполовину демон, родовитость его отца не поможет. Эрна попытаются уничтожить, как врага. Никому не будет дела, что Эрн долгое время даже не подозревал, что он демон.

Герцог Авердан понимал, что сыну нельзя являть миру свою демоническую суть, поэтому и предлагал заглушить ее с помощью добавочной магии. И его совсем не смущало, что в Дельтране существовал только один способ получить добавку — отнять ее у живой твари. Причем той, что обладала этой силой, но сама ею никогда не пользовалась. Вот почему на волшебных существ из Сумеречного герцогства велась настоящая охота. Если бы не политика герцога Авердана, бедных тварюшек давно бы истребили.

Взять ту же громовую птицу. Она могла так приложить молнией, что не каждый воздушный щит укроет. Но ловцы на волшебных тварей охотились не на перья, впитавшие энергетический разряд, и не на когти, что могли стать часть грозного оружия. Им были нужны ещё живые и полные магией сердца птичек.

Эрн видел артефакты из сердец громовой птицы у многих паладинов из лагеря герцога. Абриэль от такой картины удар бы хватил, потом ударное возмездие прилетело бы всем владельцам таких артефактов. Эрн не сомневался, что бесстрашная мисс Райн сначала бы атаковала, а потом стала бы оценивать последствия. Она сама была, как та громовая птица. Никогда не знаешь, откуда прилетит и как больно клюнет.

А ведь отец хотел, чтобы Эрн поглотил тьму Абриэль, которая ей явно была не нужна. Эрну бы она точно пригодилась, если он хочет стать сильнейшим паладином и перекрыть свою демоническую суть правильной магией.

Для этого ему было нужно сначала влюбить в себя девчонку и распечатать известнейшим, опробованным на многих темных леди способом. Вот только темные девы после любовного слияния обретали магию, а Абриэль ее бы потеряла. Причем и сама бы этого не заметила. Сложно осознать, чего лишаешься, если никогда об этом не знал.

Зато Эрн знал. И Абриэль ему нравилась. Он бы с удовольствием переспал бы с ней, но без сложных магических комбинаций. Ему не нужна была такая халява.

Отец считал, что он идиот.

Так орал сегодня, словно он отказался от герцогского венца, а не от бонусной магии.

Эрн и жрец возвращались в академию, когда Эрн почувствовал слежку. Но сделать ничего не успел. Он даже закончить руну обнаружения скрытого не смог, когда враг выпустил дротики. Жрец, его безымянный слуга, прикрыл Эрна своим телом. Хорошо, что Абриэль разбирается в ядах и