Последний призыв - Лисса Рин

– Что за… – клацнул зубами Зарел и попытался подняться, однако визитер легким движением руки опрокинул неуклюжее тело обратно в пентаграмму. Неудачно подвернув ногу, Зарел сначала вскрикнул от боли, а затем разразился отборной бранью. – Ты кто такой вообще?! Я тебя не призывал! – Он быстро пошарил по внутренним карманам безразмерной куртки и, выудив оттуда огромный, грубо стесанный крест, выставил перед собой вверх тормашками.

– Еще бы ты посмел, – брезгливо скривился Андор и приблизился. В его почерневших глазах вспыхнули багровые искры. – Кого собрался тревожить, чучело?

Перевернув дрожащими руками распятие, Зарел неуклюже поднялся и едва не ткнул атрибутом веры в нос раздраженного Андора.

– Я… я не собирался. То есть собирался, но не смог. Не получается, – принялся бессвязно лепетать горе-взывающий, бросая на высокую фигуру в сером плаще подобострастные взгляды. В его глазах мелькнул лучик надежды. – Ты же не Бахамор?

Глаза Андора расширились от удивления.

– Bhaghamore? – недоверчиво переспросил Андор, окинув взглядом самодельный, наспех скроенный алатарь и жалкую имитацию подношений на журнальном столике. – Вы, смертные, совсем всякий страх потеряли Высших тревожить? Да еще таким примитивным образом?

– Какой нашел, – буркнул себе под нос уязвленный Зарел и отвернулся. – Да и какая вообще разница – все равно не работает. У меня ничего не получается с тех пор, как… – Тут он осекся и подозрительно посмотрел на сумеречного.

Глаза Андора сузились.

– С тех пор, как что?

– Ничего, – тут же выпалил Зарел и воровато огляделся по сторонам.

– Здесь был другой предвечный, – отрывисто произнес Андор, принюхавшись, – не так ли? Кто она?

– Она? – не понял Зарел и растерянно огляделся. А затем, вспомнив, хлопнул себя по лбу. – А, так ты, наверное, имеешь в виду ту бесовку?

– Бесовку? – задумчиво повторил Андор и, прикрыв глаза, втянул носом воздух. – Инферия.

– Ой, да какая разница? – раздраженно отмахнулся Зарел. – Тварь – она и есть тварь, как ни назови, – зло сплюнул он и в порыве эмоций замахал руками, совершенно не замечая ничего вокруг. И напрасно. Андор уставился на взывающего немигающим взглядом, и в его глазах разлилась зловещая чернота. – Эта стерва должна была наложить проклятие на моего брата, – продолжал как ни в чем не бывало Зарел, – а сама мало того что ничего не сделала, так еще и высосала из меня все силы. Если хочешь, я тебе ее опишу. – Его дрожащий голос вдруг стал твердым, даже требовательным. Впервые с начала беседы он позволил себе встать перед демоном во весь рост и расправить плечи. – Но взамен я хочу, чтобы ты оказал мне услугу.

– Услугу? Хочешь? – размеренно, словно пробуя каждое слово, повторил Андор. Его лицо исказил зловещий оскал, и он медленно двинулся к Зарелу. – Да ты, я смотрю, забыл свое место, смертный. Уж не знаю, гордыня ли так в голову ударила, или, может быть, корона на тщеславие уже не налезает, но ты, кажется, не совсем понимаешь свое положение. И совершенно не представляешь, с кем имеешь дело. Так я объясню, – зловеще прошелестел Андор – распятие в опущенной руке Зарела громко треснуло и рассыпалось в труху.

Зарел испуганно вскрикнул, вжал голову в плечи и попятился, но неведомая сила подняла высоко в воздух тело жалобно поскуливающего взывающего и хорошенько встряхнула. Затем поднесла поближе к застывшему зловещим изваянием Андору.

– Ты, – зрачки Андора сузились, а глаза налились багровым огнем, – как и весь твой вид, абсолютно ничего не значите ни для одного из существующих миров. Примитивные, агрессивные и безмозглые существа, возомнившие себя богоподобными венцами творения, способные лишь на уничтожение всего, чего коснетесь. Неспособные уберечь ни себя, ни свой жалкий мир, вы существуете до сих пор лишь потому, что пока нам полезны, – Андор приблизил к себе беспомощного человека и, с удовольствием втянув воздух, облизнулся, – чтобы утолять наш голод.

– Не ешь меня! – испуганно взвизгнул венец творения и попытался вывернуться из невидимого захвата, но лишь сильнее запутался в собственной куртке.

К его удивлению, это сработало. По крайней мере, Андор больше не облизывался. И ничего не говорил, молча принюхиваясь. А затем вдруг скривился, чихнул и, прикрыв нос ладонью, отстранил от себя слабо трепыхающееся тело.

– Простите. Я нечаянно, – виновато произнес Зарел и поджал ноги в потемневших от влаги джинсах под себя. – У меня слабый мочевой пузырь.

– Чучело, – брезгливо процедил Андор, и обретший свободу Зарел бесформенным мешком шлепнулся обратно на пол.

– Простите великодушно, – еще раз повторил он и, склонив голову к сложенным на груди дрожащим рукам, застыл испуганным комом. Затем, будто что-то вспомнив, он осторожно приподнял голову. – Вы, кажется, спрашивали об инферии. Если вам все еще интересно…

– Меморий, – перебил его Андор и протянул руку.

– Что? – не понял Зарел и растерянно огляделся в поисках требуемого.

Андор зарычал, и взывающий снова склонил голову в подобострастном поклоне.

– Багровый, какие же вы все-таки… Рукопись с призывом где?

Минуту Зарел глупо таращился в воздух, но потом, видимо, в пустой голове промелькнула догадка: его лицо посветлело – и почти сразу же побледнело, вытянувшись в страдальческой гримасе.

– Ее нет, – буркнул себе под нос Зарел и снова вжал голову в плечи. – Как только бес… инферия ушла, лист с призывом рассыпался в пепел.

Андор удивленно застыл. И расплылся в удовлетворенной ухмылке.

– Весьма предусмотрительно, – хмыкнул он и задумался.

Выходит, он все-таки не зря тогда обратил внимание на эту инферию! Осторожная, но вместе с тем уверенная в себе, еще не ставшая демоном, но уже знающая себе цену, она, несомненно, обладала достаточными навыками и сноровкой, чтобы создать собственный нерабочий меморий и, воспользовавшись наивной глупостью смертных, пробраться в Шеол и вдоволь насытиться эфиром алчного взывающего. А затем, уничтожив меморий и стерев все эфирные следы своего пребывания, тихо вернуться обратно в Хейм.

И ведь она почти так и поступила. За одним небольшим исключением: вместо того чтобы хорошенько насытиться тем, кто сам по доброй воле угодил в ее клыки, она лишь слегка перекусила эмоциями этого никчемыша, а потом зачем-то принялась разгуливать по городу, рискуя попасть в когти цербера. Что, собственно, и произошло. И судя по ее милому, но крайне недовольному взгляду, эта встреча в ее планы точно не входила. Тогда зачем же она осталась? Какую цель преследовала? И что искала? Что или… кого?

О, этот загадочный флер тщательно скрываемой тайны делал милую инферию крайне занимательной мишенью! Мишенью с необычным для предвечного пульсирующим, точно игривый живой родник, эфиром. Такое он видел впервые. И впервые испытал неодолимое желание изучить этот мерцающий пленительным теплым светом эфир поближе. Вместе с