Причина и следствие - Пайпер Рейн

— Не знаю, откуда вы, но здесь никто, кроме судьи Салливана, не паркуется на его месте.

— Судья Салливан, — говорит Тесса. — Там ничего такого не было написано. Откуда нам было знать?

— Она права. Когда мы парковались, нигде не было никакого знака.

— Так теперь мы еще и лжецы, и воры? — спрашивает Боров.

Я кладу свои вещи на деревянную скамью и подхожу к нему.

— Это была ошибка. Мы здесь не местные.

— Нет, не местные, — говорит Боров.

— Из того, что вы говорите, я понимаю, что нашу машину эвакуировали?

— А ты умный, — говорит высокий худощавый парень.

— Сколько нам нужно заплатить, чтобы ее забрать? — спрашиваю я, доставая кошелек.

— Не плати им, это смехотворно. Там не было никакого знака. — Тесса подходит ко мне.

— Попробуйте поискать знак в снегу, леди. — высокий наклоняется прямо к лицу Тессы. — Потому что он там сейчас есть.

— Нет, его там нет. — она топает ногой и выходит из полицейского участка, а я закрываю глаза и делаю глубокий вдох.

— Я сейчас покажу его ей. — коллега Борова идет за ней, а я выхожу вслед за ними, наблюдая со ступенек участка.

Их голоса разносятся эхом по пустой площади, пока они спорят о том, есть ли знак или нет, и я слышу, как Тесса говорит:

— А, вижу. Но его там не было прошлой ночью!

— Женщина, вы думаете, мы могли воткнуть столб в эту мерзлую землю за ночь?

Они спорят всю дорогу обратно.

— Тебе лучше привести свою даму в чувство, — говорит Боров, выходя постоять рядом со мной.

— Мою даму? — я поднимаю бровь.

— Генри не терпит дерьма, а она сейчас его насыпает прилично.

Когда они оказываются у подножия лестницы, я бросаю Тессе взгляд, означающий «успокойся», но она проносится мимо меня и тычет высокого офицера в спину.

— Прошу прощения.

Он поворачивается и нависает над ней.

Она поднимает руки.

— Ладно. Знак был, и я его явно проглядела. Снег его засыпал, но разве не должен быть штраф, который нужно оплатить, или вы нас просто так эвакуировали?

Высокий парень скрещивает руки и усмехается Борову.

— Ага, и это обойдется вам в целом примерно в пять сотен, включая штраф и плату за эвакуацию и хранение.

Рот Тессы открывается.

— Это смехотворно. Вы знали, где мы находимся. Вы могли прийти и попросить нас переставить ее. Вы все это делаете потому, что он вчера победил вашего друга. — она тычет его в грудь. — Давайте уже повзрослейте, черт возьми.

Вот дерьмо.

Высокий смотрит на Борова, и тот кивает.

— Повернитесь, мисс. — у другого офицера на лице усмешка, словно он наслаждается этим.

— Я не буду поворачиваться, — говорит Тесса. — Вы не можете играть с людьми только потому, что это какой-то захолустный городишко. Вы не можете на ходу придумывать собственные правила, которые вам удобны.

Он берет ее за локоть и поворачивает.

— Эй, — говорю я, подходя, чтобы остановить его. — Вам не нужно ее арестовывать. Я заплачу штраф, и мы уберемся из вашего городка. Обещаю, мы никогда сюда не вернемся.

Тем временем Тесса извивается, пытаясь вырваться, пока он надевает на нее наручники, без умолку твердя о своих правах.

Как это так быстро вышло из-под контроля?

— Не могу поверить, что вы меня арестовываете. Это полная чушь, — говорит Тесса, пока он ведет ее по коридору.

Я подхожу к Борову, который самодовольно посмеивается.

— Сколько, чтобы ее выпустили и вернули машину?

Он прямо-таки смеется мне в лицо, моя челюсть сжимается, кулаки сжимаются по бокам.

— Можете пока отправиться обратно в B&B, потому что ей нужно предстать перед судьей, а он будет не раньше понедельника.

— Но сегодня же суббота, — говорю я, как идиот.

— Именно. Добро пожаловать в город Рождество, штат Вайоминг. Надеюсь, вам понравилось у нас. — он скрещивает руки, моя голова бессильно падает вперед, и я потираю переносицу.

Что ж, прощай, планы добраться домой к Рождеству.

ГЛАВА 15

ТРЭ

За пределами полицейского участка я достаю телефон и открываю семейный чат. Здесь чертовски холодно, но я не могу больше находиться рядом с Боровом. Боюсь, что могу сделать что-то, что окажусь в камере вместе с Тессой.

Трэ: Я задержусь.

Мама: Что сейчас случилось?

Младшая сестра: Я слегка беспокоюсь о твоих навыках выживания.

Трэ: Хорошие новости, я выиграл вчера конкурс по распитию гоголь-моголя.

Младшая сестра: Не верю. Фотки или не было.

Мама: Окей…

Трэ: Машину эвакуировали за ночь.

Младший Брат: Она же прокатная, брось ее.

Трэ: Вторую водительницу арестовали после того, как она нахамила копам.

Младшая сестра: Я обожаю эту женщину. Скажи, что везешь ее на Рождество.

Трэ: У нее свои планы.

Что-то внутри меня екает, когда я печатаю эти слова и думаю о том, что Тесса, возможно, будет делать с другим мужчиной, чтобы встретить этот рождественский сезон.

Младший Брат: Брось ее и приезжай домой. Сегодня же день сахарного печенья.

Мама: День сахарного печенья может подождать.

Младший Брат: МАМ!

Мама: Хватит вести себя как четырехлетка.

Трэ: Простите, ребята.

Папа: Мы все понимаем. Это достойно уважения — убедиться, что эта женщина доберется до места. В отличие от твоего брата.

Мама: Папа прав. Твои усилия того стоят, когда ты доберешься. Но поторопись.

Трэ: Я стараюсь. Обещаю.

Мой телефон издает звук нового сообщения, которое я пока игнорирую.

Мама: Мы любим тебя и береги себя.

Трэ: Я вас тоже люблю.

Я перехожу в сообщения, чтобы посмотреть, кто только что написал, и вижу, что это моя младшая сестра.

Младшая сестра: Какая она?

Трэ: Кто?

Младшая сестра: Девушка, тупица.

Трэ: Она не девушка.

Младшая сестра: Хватит уворачиваться.

Трэ: Она милая.

Младшая сестра: Дерзит, да?

Трэ: ОНА ПРОСТО НЕ СТЕСНЯЕТСЯ ВЫСКАЗЫВАТЬ СВОЕ МНЕНИЕ.

Младшая сестра: Звучит так, как будто такой человек тебе нужен в жизни.

Трэ: Мне нужно идти.

Младшая сестра: Однажды, старший брат, однажды это случится.

Трэ: Не надейся. Пока. Увидимся через несколько дней.

Младшая сестра: Ты такой невеселый.

Трэ: Я солдат. Я не должен быть веселым.

Младшая сестра: А вот тут ты ошибаешься. Увидимся.

Я кладу телефон в карман куртки и смотрю на маленький городок Рождество, штат Вайоминг. Не уверен, что даже знал название этого городка, но теперь название B&B «Рождественские Шарики» обретает больше смысла.

Плюс, здесь есть Закусочная «Олень», Кафе «Красная полоска» и Шоколатье «Гора Омелы». Я люблю Рождество, но триста шестьдесят пять дней в году… я не так в этом уверен.

Спускаясь по ступенькам, я понимаю, что есть только одно место, куда