Второй ребёнок короля - Лилия Орланд

— Не твоё дело! — выкрикнула я, и вожак довольно осклабился.

— Я ж говорил, что девка, — сообщил он через плечо. — Сейчас позабавимся.

Ему ответил довольный гогот. Шайка была не прочь поразвлечься.

Мой взгляд отчаянно шарил по зарослям сорняков и вытоптанной траве, в поисках орудия защиты. Я собиралась продать свою жизнь и честь как можно дороже.

В шаге от меня валялся разбитый горшок. Я подняла два крупных черепка и, перехватив поудобнее, выставила перед собой.

Щербатая ухмылка вожака стала ещё шире, довольнее и страшнее.

— Люблю строптивых, — сообщил он, с любопытством разглядывая оружие в моих руках.

— Не подходи! — предупредила я, когда он опять двинулся ко мне.

Мужик снова осклабился и сделал ещё шаг. Мои слова его только раззадоривали. Тогда я тоже шагнула вперёд, махнула перед собой осколком и тут же отпрянула. Однако манёвр не удался.

Спиной я наткнулась на сетчатую ограду, которая спружинила и толкнула меня прямо в распростёртые объятия щербатого.

Он тут же обхватил меня огромными ручищами и вжал лицом себе в грудь. Ноздри заполнил смрадный запах застарелого пота, табака и прогорклого масла.

Я изо всех сил ударила громилу своим оружием по бокам, стараясь вонзить острия как можно глубже. Мужик вскрикнул неожиданно тонко и выпустил меня. Правда ненадолго. Лишь затем, чтобы выдернуть осколки из моих рук, обдирая кожу.

По пальцам брызнуло что-то тёплое. Запахло кровью. Но я не успела поздравить себя и порадоваться, что нанесла поражение сопернику.

— Ты пожалеешь об этом, — прошипел громила, хватая меня за шею своей ручищей и прижимая к ограде.

За его спиной я уловила шум и какое-то шевеление, но не смогла разобрать. Воздуха не хватало. Задыхаясь, я схватилась за его ладонь, пытаясь оторвать от своего горла. Но мужик лишь отмахнулся и положил сверху вторую руку, усилив нажим на мою шею.

Шум позади громилы нарастал. Кто-то вскрикнул. Раздался звон металла.

Однако он тоже был слишком увлечён, чтобы обернуться. Убрать его руки мне было не под силу. Но я всё равно пыталась. До тех пор, пока нехватка воздуха не стала критической.

Пальцы разжались, руки повисли вдоль тела. Я начала проваливаться в небытие.

Последним, что я видела, были безумные глаза вожака. Маленькие, с красными прожилками сосудов, исполненные лишь одной мыслью — довести начатое до конца.

Этими глазами на меня смотрела сама смерть.

Вдруг глаза выпучились, удивлённо уставившись на меня. Зрачки расширились донельзя и медленно сузились до чёрной точки.

Громила захрипел и завалился на бок, отпустив мою шею. Я тоже, покачнувшись, начала оседать на землю, потому что тело стало мягким и податливым. Однако упасть мне не дали. Сильные руки подхватили меня и прижали к твёрдой груди.

— Всё кончилось, ты в безопасности, — зашептали мне в самое ухо.

Поток кислорода хлынул в лёгкие. Я задышала полной грудью и тут же закашлялась. Горло болело невыносимо.

Не знаю, сколько мы так стояли. Я, надрывно кашляя и всё равно вдыхая всё новые и новые порции кислорода. А Велейн, продолжая удерживать меня на ногах, потому что сама держаться я была не в состоянии.

Спустя бесконечно долгое время, когда я наконец сумела вдохнуть без надрыва, Арьед произнёс:

— Нам надо идти. Здесь было слишком шумно.

Его голос окончательно помог мне прийти в себя. Я подняла взгляд на Арьеда. Он стоял весь такой невозмутимый и ждал, пока я смогу идти сама. Злость поднялась со дна моей души и заполнила меня целиком.

Мне было плевать на какой-то шум. На то, что кто-то мог услышать и заглянуть сюда.

Я была не просто зла. Я ненавидела Велейна в этот момент.

Я ударила его в грудь кулаком. Затем вторым. И глядя ему в глаза, закричала.

— Как ты мог?! Ты бросил меня! Оставил одну! Этим… — с каждым словом я снова и снова ударяла его в грудь. Старалась сделать как можно больнее. Однако Велейн почти не шевелился от моих ударов.

Только голову опустил, будто боясь смотреть на меня.

Наконец я выдохлась. Силы покинули меня окончательно. Замахнувшись для очередного удара, я лишь оперлась на Арьеда, чтобы не упасть.

— Как ты мог? — повторила я, всхлипывая. Слёзы обиды и разочарования потекли по щекам.

— Прости, — очень тихо сказал он. — Прости меня. Подонков было слишком много, и я решил заманить их в ловушку.

— Используя меня в качестве приманки? — я снова всхлипнула.

Слова выходили из горла с хрипами, будто громила повредил там что-то своей огромной ручищей. Мне было очень больно. Но болело не только тело, болела ещё и душа. Из-за предательства Арьеда, которому я доверилась.

— Прости меня, — снова повторил он, вдруг крепко-крепко прижав меня к себе и прошептав так тихо, что я никак не должна была услышать: — Обещаю, что этого больше не повторится. Клянусь своей душой, что никогда не обижу тебя.

Но я услышала.

Подняла к нему заплаканное лицо, несколько мгновений смотрела на жёсткое, будто высеченное из камня лицо. Затем взгляд переместился на губы. Они выделялись, будто их создавали отдельно от лица.

И создатель уделил губам намного больше времени и внимания. Вырезал тщательно, прорисовывая каждую линию, каждый изгиб, делая их совершенными.

В голове было легко и пусто, когда я поднялась на цыпочки и потянулась вверх, прикасаясь своим ртом к этим совершенным губам. Несколько секунд ничего не происходило. Арьед оставался неподвижен.

А ко мне вдруг начало возвращаться сознание, и я поняла, что совершила нечто из запрещённого списка. Такое, чего никогда не должно было произойти.

Я уже качнулась с носков на пятки, чтобы опуститься на грешную землю, как вдруг мужские руки пришли в движение, подхватывая меня. Правая ладонь скользнула вверх по моей спине, укладываясь ровно между лопаток и прижимая меня к себе. А левая легла на подбородок, удерживая его и не позволяя отстраниться.

А затем совершенные губы обрушились на мой рот с требовательным поцелуем. Я только и успела, что вдохнуть воздуха, а затем полностью растворилась в ощущениях. Потерялась в них. Потому что эти губы сводили меня с ума. Касались то нежно, едва ощутимо. То требовательно и властно.

Мои ноги опять подкосились. И лишь сильные мужские руки удерживали меня в вертикальном положении.

Когда губы вдруг замерли и отстранились, я, не осознавая, что делаю, но испытывая мучительное разочарование, потянулась следом.

Хриплый голос вернул меня на землю.

— Надо поторапливаться, сюда идут.

Арьед схватил меня за руку и потянул за собой. Я оглянулась и ещё замутнённым взглядом окинула место, где испытала самые ужасные и самые