Порочный бывший муж - Элена Макнамара

– Главный. В «Строчках», – цедит сквозь зубы Надя. – А в наш отдел придёт какая-то стерва под шестьдесят. А меня, кстати, никто повышать не собирается. Подскажи хоть, кому дать, чтобы взлететь по карьерной лестнице за одну ночь, как ты! – скабрезно ухмыляется Надя.

В поле моего зрения попадает Кирилл. Он выходит из здания, обменивается приветствиями с мужчинами у входа. Торопов, как и всегда, выглядит отлично. Одет с иголочки. Свеж и бодр.

Вновь смотрю на девчонок.

– Так самый главный тут Торопов. Ему и давай, Надюша. Он любвеобильный мужчина. Наверняка у него найдутся для тебя и энергия, и желание. Ты, главное, не ходи вокруг да около. Сразу раздевайся – и в бой.

Ох, как же меня несёт… Надоело выслушивать всякую ересь от коллег!

– Лесь, ты чего такое говоришь? – ошарашенно спрашивает Ритка.

– То, что вы хотели услышать, – обхожу их и оборачиваюсь. – Торопов – мой бывший муж, если что. Но это не отменяет того факта, Надя, что ты можешь решить все вопросы через постель. Попробуй.

И мне очень хорошо… От их лиц ошеломлённых.

Надя меня даже в любовницы к Леониду Максимовичу записывала. Ей вообще везде мерещатся какие-то коррумпированные схемы. По блату, через постель, занесли – частые слова в её лексиконе.

Но сейчас меня действительно назначили на должность практически по блату. Не нужно мне этого…

Иду прямиком к Торопову. Он меня давно заметил и спокойно дожидается, отойдя немного в сторону.

– Судя по твоей решительной походке, назревает очередной конфликт, – пытается пошутить Кирилл.

– Да, угадал.

– Давай только не здесь и не сейчас, – бросает взгляд на наручные часы. – Позже, Лесь, – внезапно сжимает мои плечи ладонями и склоняется к уху. – У нас теперь очень много времени, бывшая жена. Наболтаемся. Потерпи. Ммм… Ты приятно пахнешь.

С самодовольным выражением лица отпускает мои плечи и уходит. А я остаюсь стоять на подгибающихся коленях.

Чувствую, как мою спину прожигают десятки взглядов. Медленно разворачиваюсь, чтобы оценить масштаб катастрофы. Ну точно. Все, абсолютно все смотрят на меня. Прекрасно. Теперь я самая обсуждаемая фигура этого съезда. Вот хоть сквозь землю провались.

Лёва машет мне рукой, и я с благодарностью в душе спешу к нему. В конференц-зале мы садимся вместе. Кирилла здесь нет.

– Леонид Максимович домой уехал, ты знаешь? – шёпотом спрашивает Лёва.

– Нет. А что случилось?

– Вроде как плохо себя почувствовал. Ему ночью врача вызывали, а потом он сразу уехал. За ним сын приезжал.

– Господи… – прижимаю ладони к груди. – Надо ему позвонить.

– Я звонил. Не берёт пока… Ты, кстати, эту дуру Надю не слушай, – меняет тему Лев. – Завистница она. И злопамятная стерва. Вы с ней – как с двух разных планет.

– И с какой я? – пытаюсь улыбнуться.

– С Венеры, конечно, – расплывается в улыбке Лёва. – А Надька – марсианка.

Сжимаю губы, чтобы не рассмеяться.

– Перестань…

– Не перестану. Ты вчера так много для меня сделала, Лесь. Взяла мой рисунок и практически втюхала Торопову. И теперь у меня есть шанс попасть в отдел самых крутых дизайнеров. Спасибо тебе большое!

– Ты заслуживаешь это место, Львёнок.

У меня печёт в глазах. Только сейчас до конца осознаю, что «Прайма», каким мы его знали, больше не будет. Лев уйдёт. Леонид Максимович тоже. И я буду непонятно где.

Начинается семинар. Как и вчера, конспектирую для себя какие-то важные тезисы. Когда наступает десятиминутный перерыв, Лёва приносит нам перекус. Хоть я и не завтракала сегодня, но кусок в горло не лезет. Отдаю свой бутерброд Льву, сама убегаю за кофе к автомату в холле.

Выбираю чёрный и послаще. Прикладываю карту. «Ошибка». Всё слетает. Повторяю ещё раз. Чёрный, прибавить сахар, карта…

«Ошибка».

Обречённо смотрю на автомат. Похоже, кофе не будет.

– Аппарат принимает наличку, – говорит за моей спиной Кирилл.

От вибраций его голоса, дыхания, аромата парфюма во мне вновь просыпаются воспоминания. Наш секс, ласки его порочные… и то, как он искусно мне врал.

Медленно отхожу в сторону, не глядя на бывшего мужа.

– Подожди, – придерживает меня за локоть. – Куплю тебе кофе.

– Мне ничего от тебя не нужно, – поднимаю на него глаза. – И Миле тоже от тебя ничего не нужно, – тщательно проговариваю каждое слово. – И в должности главного редактора я не нуждаюсь. Обойдёмся без подачек.

Кирилл смотрит на меня из-под хмурых бровей.

– Уверена, что это подачка? Мне казалось, что ты хороший специалист в своём деле, и достаточно квалифицирована, чтобы получить эту должность.

– Лёва же будет получать свою на конкурсных условиях, – усмехаюсь. – А я каким образом перепрыгнула эти условия, мм? Не иначе, как босс подсуетился.

Он криво ухмыляется.

– Ну, может, и подсуетился, – разводит руками. – Откажешься?

– Откажусь.

– Нет, не выйдет.

– Почему?

Но Кирилл не спешит отвечать. Поворачивается к аппарату, покупает два кофе. Я напряжённо жду.

– Пойдём на улицу, Лесь.

– Мне на семинар надо…

– Босс тебя освобождает. Пойдём.

Взяв оба стаканчика, идёт на выход. Плетусь за ним. Останавливаемся возле беседки. Кирилл вручает мне стаканчик, и я не без удовольствия делаю глоток бодрящего напитка.

Торопов опускается на лавочку. Проводит ладонью рядом с собой, словно смахивая пыль.

– Садись, Леся.

И я сажусь. Потому что нет смысла бегать.

– Я тут кое-что изучил, – он достаёт из кармана телефон и, глядя на экран, продолжает: – Насколько мне известно, ты живёшь в квартире родителей, и сама оплачиваешь счета. Они переехали на дачу. Их пенсии с трудом хватает на продукты. Прибавим к этому бассейн, куда ходит Мила. Или он муниципальный? – переводит на меня взгляд.

Не отвечаю. Не могу. Горло сжалось от спазма.

– Хотя тренер вроде бы платный, да? Плюс логопед, дефектолог. Ну я уж молчу о питании. Ребёнок должен есть много фруктов и всяких полезностей. Опять же одежда. Сейчас это недёшево. Ну там игрушки всякие, велик, ролики… Гаджеты, в конце концов. На всё это нужны деньги, Лесь. А твоя зарплата – сорок две тысячи рублей в месяц. Я делаю вывод, что моя дочь либо не доедает, либо носит обноски из секонд-хенда. Ну либо ты трахаешься с кем-то за деньги. Что скажешь, Лесь? Какой вариант верный? Или, может, Шатов тебе помогает, мм? Так его зарплата до недавнего времени была не намного больше твоей. И он платит сейчас автокредит. Восемнадцать тысяч каждый месяц. Помочь тебе он вряд ли может.

Я молчу. Язык прилип к нёбу. В горле – ком. В глазах начинает печь от непрошеных слёз.

Обидно. Больно. Несправедливо.

Кирилл делает глоток кофе. Шипит, обжигая губы. Ставит чашку на скамью и вновь смотрит на меня.