Бывшая истинная генерала драконов - Наталия Журавликова

Но посмотрев на ладонь, увидел кровь. Темную, липкую.

Меня ударили по голове, или я упал в отключке? Совсем на меня непохоже, я столько не пью.

На неверных ногах добрался до двери, открыл ее и столкнулся с братом.

– Дарион! – простонал я с облегчением. – Расскажи, что со мной случилось, ничего не помню!

– А мне откуда знать! – брат выглядел возмущенным. – Я даже не видел, как ты появился. И никто не видел. Только служанка услышала, что из твоей комнаты доносится шум, примерно час назад. Выждала, не стала заглядывать, и вот только что мне сообщила. Я пришел проверить, что за звуки.

– Вот гракханов хвост, – выругался я, – кажется, я перебрал. Только где, когда и как – не помню. Хорошо хоть домой добрался. Не понимаю, что на меня нашло.

Дарион ввалился в мою комнату и присвистнул, оценивая размеры разрушения.

– Ну, что на тебя нашло, я прекрасно понимаю, – брат положил руку на мое плечо, – то, что выдумали Ханли, должно быть тебе ужасно неприятно.

– Ты о чем? – насторожился я.

– О том, что герцог Брайт Ханли пригласил на отбор для своего сына твою бывшую невесту Лейлу Мелени. До нас вчера дошли эти слухи.

10.2

Грион Карц

– Ты, верно, что-то путаешь, Дарион, – возразил я брату, чувствуя, как нестерпимо ломит затылок. Неумеренное винопитие – роковая слабость человеческих мужчин. Как меня угораздило ей поддаться?

– Разве мог герцог прочить в жены сыну ее?

– Формально никаких противоречий, – брат смотрел на меня с печалью, – Лейле вот-вот исполнится двадцать один, возраст, после которого в отбор попасть практически невозможно. Особенно, если уже ходила у кого-то в невестах. А королевская кровь, которую она передаст детям, ценится высоко. Глупо становиться женой захудалого барона или купца без имени.

Кровь, которую она передаст детям.

Я ненавижу Лейлу Мелени за ее вероломство, за боль, что она мне причинила.

Но разговор о ней как о племенной кобыле меня коробил.

Схватившись за голову, я вспомнил наконец о том, что Лейла отдалась Брайту Ханли.

До чего же бесстыдно с его стороны сейчас пытаться подсунуть сыну свою любовницу!

Они будут предаваться блуду под носом у Алефа. И ещё вопрос, чьих детей родит Лейла.

Я застонал, не в силах сдержать порыв.

– Тебе плохо, брат?

Дарион сжал мое плечо.

– Да, некрасиво по отношению к тебе получилось. Но пойми, это всего лишь политика.

Дарион, как и все остальные, не знал, почему я с такой поспешностью разорвал помолвку. Я не рассказывал об измене Лейлы никому.

Кроме… кроме Незабудки, под чьей маской она же и скрывалась.

Какая злая ирония судьбы.

– Грион, что это у тебя на руке? – вскрикнул Дарион.

Да, я ведь так и не одёрнул рукав, и проклятая метка огнем горела на коже.

– Это… это невозможно! – потрясенно продолжал брат. – У тебя новая метка истинности! Небеса дают тебе второй шанс! Кто же твоя избранная?

Дарион развернул меня к себе за плечи, возбуждённо вглядываясь в мое лицо.

А потом вдруг отпустил меня и отступил назад:

– О, небесные драконы. Это снова она? Лейла Мелени?

Я кивнул.

– Но я не знал, что это она. Мы оба с ней были в масках.

– Грион, чтобы метка так четко прорисовалась, нужен поцелуй.

Брат сложил на груди руки.

– Он был, – вздохнул я. И рассказал брату о том, как соприкоснулись наши руки в танце. Как обожгло меня от этого недолгого контакта. Как я пытался говорить с ней. А потом силой поцеловал.

– Поверь, Дарион, если бы я знал, кто скрывается под маской Незабудки, покинул этот отбор еще до того, как совершить непоправимое!

– Да что с тобой такое? – воскликнул брат. – Твоя вина в убийстве генерала не доказана. Война завершена, наши королевства снова в состоянии перемирия. Разве не будет символичным и ваше с Лейлой примирение?

– Ни за что на это не пойду! – сказал я с горячностью и неосторожно тряхнул головой, вызвав в ней новую вспышку боли.

– Тебя смущает, что отбор дошёл до половины и будет неэтично требовать снять одну из его фавориток? – прищурился Дарион.

– Да хотя бы это одно! – подтвердил я, все так же не желая говорить правду.

– Уверен, если обсудить проблему с герцогом Ханли, Лейла просто не получит очередной браслет. Не обязательно вываливать истинную причину на суд общественности.

Дарион подпрыгивал на месте, предвкушая счастливое примирение предназначенных друг другу мужчины и женщины.

– Мы сейчас же приведем тебя в порядок и отправимся к отцу. Ваша с Лейлой истинность благословлена огнём и небом, она нерушима. И этот брак – дело решенное.

10.3

– Оставь это дело! – крикнул я в сердцах Дариону. – Я не собираюсь осквернять себя этим браком!

– Что? – глаза брата округлились. – Как ты можешь такое говорить? В чем провинилось перед тобой несчастное семейство Мелени, которое считало тебя причиной начала войны? Никогда не думал, что разочаруюсь в тебе.

– Можешь думать как угодно, – разозлился я, – но уверяю тебя, у меня есть основания считать, что мизи Мелени не является для меня достойной партией.

– Ну ты и сноб, Грион.

Дарион смотрел на меня с осуждением.

– Да, Лейла Мелени человечка. Но она обладает безупречным воспитанием и образованием, красива, талантлива. В ее венах течет благороднейшая кровь. Какую еще тебе надо жену?

– Такую, что разделит брачное ложе лишь со мной, – не выдержал я обвинений брата. Голова болела совсем уж невыносимо, я начинал подозревать, что дело не только в питье. Кажется, травма на затылке – не просто царапина и мне нужен целитель.

– О чем ты, брат?

Все, теперь этот прирожденный дознаватель вряд ли отстанет.

– Послушай, Дарион, – сказал я устало, – я не могу себе позволить рассказывать такие вещи… придется удовлетвориться тебе вот чем. Я совершенно уверен, что Лейла Мелени, будучи моей невестой, была не против принимать ухаживания другого мужчины. И ухаживания эти весьма близкого рода.

Большего Дарион от меня не добился.

– Ладно, – произнес он задумчиво спустя некоторое время, – оставим пока эту тему. Тебе нужно принять ванну, переодеться.

– И показаться лекарю, – заметил я, понимая, что в глазах темнеет.

– На том и порешим. Завтра я зайду к тебе утром, подумаем, что делать дальше.

– Дарион, мы ничего не будем с этим делать, – я уже был раздражен, – меня волнует только одно. Как стереть эту метку во второй раз.

Брат ушел, качая головой.

Сразу после этого ко мне робко постучались горничные.

– У вас тут прибраться нужно, – сказала старшая служанка извиняющимся тоном, словно это они тут все разнесли.

– Давайте, – разрешил я.

А сам отправился на поиски нашего семейного целителя,