Праздники пар - Элизабет Прайс

Диас посмотрел на прыгающего сумасшедшего.

— Ты хочешь сказать, что она тебя никоим образом не привлекает?

Мужчина фыркнул, и Диас поднял палец, чтобы заставить его замолчать.

— Учти, что это женщина, которую я люблю, и практически любой ответ может негативно отразиться на моём внутреннем ягуаре.

Диас сверкнул клыками, и Тед сглотнул, выжидая момент, чтобы решить, что он хотел сказать.

— Она привлекательная женщина, — начал Тед медленным, сдавленным голосом, лишь слегка вздрагивая от рычания, исходящего из груди Диаса. — Но она не для меня.

Ноздри Диаса раздулись, прежде чем он кивнул.

— Достойный ответ.

Мужчина выглядел сильно облегчённым.

С другой стороны, Диас выглядел задумчивым.

— Кажется, я знаю, кто виноват во всём этом.

* * *

Борис наблюдал за сном Сесиль так долго, как только мог, прежде чем заставил себя покинуть спальню. Он и представить себе не мог, что когда-нибудь у него в постели окажется такое прекрасное восхитительное существо. Даже если это было не так, как он надеялся.

Он и его медведь пускали на неё слюни с того момента, как он её увидел. Его привлекала не только её внешность. Помимо того, что она была красивой, Сесиль была милой, заботливой, внимательной… блядь! Она сделала его таким твёрдым. Он неловко сел на диван, желая, чтобы его нежелательная эрекция исчезла.

Однако она заслуживала большего, чем он. Его жизнь до сих пор едва ли можно было назвать образцовой. Его много раз арестовывали, но так и не предъявили обвинений. Главным образом потому, что он запугивал любого, кто мог свидетельствовать против него, и заставлял молчать. Он работал наёмным мускулом для любого, кто платил ему, не заботясь о том, кому он причинял боль.

Но когда его приёмная сестра заболела, она умоляла его начать новую жизнь. Это была мольба на смертном одре, он не мог сказать «нет». Когда она действительно выжила и вылечилась, она с радостью заставила его сдержать своё обещание.

Это была тяжёлая работа, потому что ни одна приличная компания не хотела его нанимать, а ему досталась дерьмовая работа ночного сторожа в неблагополучном районе города. Конечно, он хорошо поработал. «Ни один из торговцев наркотиками, которые занимались бизнесом, не задерживался после того, как встретил его тёмной ночью». Это помогло Борису получить следующую работу, которая, в свою очередь, помогла ему в следующей, пока он не был нанят по контракту с модной охранной фирмой и фактически не обнаружил, что охраняет грёбаное АСР — людей, которых он изо всех сил старался избегать в своей прошлой жизни.

Он наслаждался своей работой. По большей части это было легко, и время от времени ему приходилось ломать головы. Конечно, когда мимо него пробирались чёртовы лепреконы — это было немного сложно.

Но была одна вещь, которая делала эту работу лучшей в мире — Сесиль. Его медведь согласно зарычал.

Обычно его не привлекали такие женщины, как она, он предпочитал дерзких, стройных брюнеток с ртом, от которого краснел бы даже моряк. Сесиль была леди. Она была гибкая и высокая — ничуть не меньше его размера, но высокая для женщины, с тонкими, деликатными чертами лица, бледной кожей и волосами, как пряденое золото.

Всё в ней звало его зверя. Но она была слишком хороша для него. Она была элегантной и утончённой. Чёрт, она ложилась спать в шёлковой пижаме, читала книги для удовольствия и занималась составлением цветочных композиций в свободное время. «Какого чёрта она увидит в таком жестоком ублюдке, как он?»

Со своим зверем, тоскующим по хрупкой лебёдке, Борис не мог не помечтать о ней, опасно сворачивая на территорию преследователя, учитывая, что его поздние ночные пробежки всегда заканчивались её домом. Хотя он не мог сожалеть об этой снисходительности. «Если бы он не был там прошлой ночью...»

Когда он увидел огонь, его сердце почти остановилось. Он благодарил каждое чёртово божество, о котором только мог думать, за то, что он был там. Мысль о том, что его лебёдка сгорит дотла, преследовала его, заставляла его зверя нервничать и постоянно ходить назад-вперёд.

Возможно, кто-то пытался её убить, но он не видел связи между инцидентами.

После того, как её чуть не ограбили, нападавшего так и не нашли — нигде не было его следов. Не было никаких доказательств того, что пожар был поджогом или несчастным случаем в этом отношении. Пожарный следователь ломал голову над этим. А что касается машины в гараже, то она была без номеров и как будто исчезла после того, как вылетела оттуда. Все инциденты были странными и отдельными, и единственные две общие вещи в них были они вдвоём.

Итак, он сделал единственное, что мог сделать, чтобы успокоить своего медведя, и привёл её домой в свою берлогу, окружив её собой. Теперь она дремала в его постели, в его футболке, и этого было недостаточно. Его медведь уговаривал его пойти туда, раздеться, нырнуть под одеяло и показать ей, чего ей не хватало последние несколько месяцев.

Борис услышал зевок и замер, наблюдая, как Сесиль неторопливо входит в комнату. Она потянулась, и футболка поднялась опасно высоко до бёдер. Её длинные ноги оказались слишком большим искушением, поэтому он сосредоточился на точке прямо над её ухом.

— Мм-м-м, как долго я спала? — пробормотала она.

— Час, — проворчал Борис, слегка поёрзав на диване.

Вид её полуобнажённой никак не мог подавить его необузданные желания. Хорошо, что она не могла учуять, как он был возбуждён.

Сесиль сплела руки.

— Надеюсь, я не сковываю твой стиль, находясь здесь.

Он склонил голову набок, но ничего не сказал.

— Я имею в виду, надеюсь, ты не думаешь, что не можешь делать то, что обычно делаешь, пока я здесь.

Борис нахмурился.

— Смотреть бои ММА?

— Я имею в виду, если у тебя есть девушка… — её голос затих, а алебастровые щёки вспыхнули.

— Нет.

Его зверь заворчал по этому поводу. Была только одна женщина, которую он хотел, и он смотрел на неё.

— О.

Сесиль неловко поёрзала, прежде чем метнуться через комнату, чтобы сесть рядом с ним. Она поджала под себя ноги, и он затаил дыхание от того, что она была так близко к нему. Её колено задело его бедро, и Борис сглотнул.

— Спасибо, что позволил мне воспользоваться твоей кроватью. Уверена, что я не первая женщина, которая там спала, — попыталась она кокетничать, но вышло застенчиво и смущённо.

Его медведь ободряюще заурчал. Флирт был хорошей вещью, даже если она не очень хорошо это делала. Как и он. Обычно он просто ворчал