Единственная повелителя орков - Елена Сергеева

Ликах наблюдал за всем этим, но благоразумно не задавал новых вопросов. Но судя по его прищуренным плутоватым глазам, позже он решил попытать меня на эту тему. Все же одно дело самому повелителю орков вопросы задавать, или знахарке, которая из твоего зада стрелу доставала.

Хотя, у меня были сомнения, что он различает как-то эту разницу. По мне, у него совершенно отсутствовал всякий такт и почтение к власть имущим. Но это уже были его проблемы.

А вот я ждала Таагана и волновалась все больше. Я успела расчесать свои волосы и даже просушить их немного. Вот переодеться не получилось. Запасной одежды в которую я могла бы завернуться, не было. А лазить по сундукам я постеснялась. Просто завернулась в большое одеяло и села на ковер.

Лечь побоялась. Не хотелось мне уснуть, не дождавшись повелителя. А еще присутствовал странный страх, что если без него глаза закрою, то и все это может простым сном оказаться, и я снова очнусь в своем маленьком домике, а может и того хуже — рядом с теми жестокими эльфами.

Понимала, что это глупость, подобного страшиться, но держала веки раскрытыми и упрямо ждала возвращения повелителя. А еще я собирала разные кусочки своих проявившихся воспоминаний, пытаясь собрать из них хоть что-то целое.

Не получалось. Мало их пока было.

Мне не хотелось делать выводы без точных знаний. Я опасалась ошибиться и пойти по неверному пути. Терпение. Мне нужно было его очень много. Сейчас ведь все хорошо?

Почему же так тревожно мне? Почему кажется, что моя память — это ключ к предотвращению большой беды, которая вот-вот может настать. И не только орков затронет.

Почему вспомнились глаза того эльфа, что пытал меня о лекарстве от веялки. Почему они не хотят, чтобы эту заразу победили? Загадка.

Ведь они нашли свой рецепт. Почему не хотят делиться и спасти детей других рас? Это ведь дети! Они ни в чем не виноваты!

Устало потерла виски. Голова чуть побаливала.

Какая же жестокость. Я рада, что духи не дали мне вторую жизнь снова в теле эльфийки. Если там настолько ужасные нравы, то неудивительно, что я всем сердцем потянулась тогда к Таагану и влюбилась в него.

Что же помешало нам быть вместе? Ведь до войны эльфы вполне мирно сосуществовали с орками. Именно внезапность атаки тогда удивила всех. Никто ведь не знал точной причины.

А я теперь, кажется, знаю.

Моя смерть…

Тихий шелест полога, известил о том, что мое ожидание подошло к концу. Я было вскинулась вверх, но запуталась в одеяле и осталась сонно моргать на вошедшего Таагана.

— Меора? — удивленно замер он у входа. — Почему не спишь?

— Тебя ждала, — улыбнулась ему несмело.

В тот момент когда я ехала с ним на его лошади и чувствовала спиной его твердое тело, все казалось намного проще, а сейчас словно опять нас откинуло друг от друга на разные берега бурной реки. И снова нужно искать способы сблизиться.

Его долгий пристальный взгляд на меня. Ерзаю на месте от волнения, пальцы теребят край плотной шерстяной ткани.

Он такой сейчас… чужой. Незнакомый снова. В глазах отголоски непонятных мне эмоций. Как же сложно все начинать сначала!

Я все же встаю и делаю первый робкий шаг ему навстречу, кутаясь в сползающее тяжелое одеяло.

Не замечаю стремительного рывка Таагана ко мне. Он словно в темную тень размазывается и вдруг оказывается рядом со мной. Так быстро, что моргнуть даже не успеваю.

Его тяжелые ладони осторожно ложатся на мои плечи.

— Я поела и помылась, — зачем-то говорю я. — Потом ждала… Ты ведь сказал, что скоро придешь…

— Меня задержали, — он ощупывает глазами мое лицо и хмурится. — И про то, что нужно было обработать твои ушибы ты снова забыла.

Закусываю губу от досады. Он прав. Я так хорошо пригрелась, что не хотела лишний раз двигаться.

— Ты совсем не думаешь о себе, — вздыхает он. — Как и раньше…

Вдруг резко обхватывает руками и порывисто прижимает к себе.

— Я рад, что ты меня дождалась. Что мы оба дождались… Духи, как же я счастлив! — хрипло выдыхает он.

Мы стоим так долго. Мне кажется целую вечность, но я готова еще одну вечность провести в его сильных и таких желанных объятиях. Как я жила все это время без ощущения его рук на теле, без голоса его глубокого, резкого и такого манящего своей низкой хрипотцой.

И запахом его мужским степным надышаться не могу.

Тааган проводит рукой по моим еще влажным волосам, и подхватывает меня на руки.

Сердце забилось быстрее от его потемневшего взгляда. И тени затрепетали на стенах.

Повелитель осторожно укладывает меня на свое большое ложе. Просто несколько широких одеял сложенных друг на друга, но для меня не ничего роскошнее и удобнее. Вздрагиваю невольно, когда сильные руки разворачивают меня из того кокона, в который я успела завернуться.

И не замечаю, что Тааган хмурится все сильнее. Опускаю глаза вниз. Пара огромных синяков все еще чернеет на ребрах. Они разрослись и края уже позеленели.

— Но у меня ничего не болит, — пытаюсь возразить я, когда Тааган встает и направляется к моей сумке.

— Меора, не спорь, — негромко произносит он, подхватывает мои вещи и возвращается ко мне.

— Что тут поможет?

Я выкладываю нужную мазь в горшочке и тут до меня только доходит, что я сижу полностью раскрытая и без одежды перед ним. Как-то отвлеклась на другое.

Запоздало прикрываю грудь неловким жестом, на что орк только поднимает уголки рта.

— Меора, — он уже открыто мне улыбается. — Теперь я снова побуду твоим лекарем. — Ложись.

И только когда все мои по новому выявленные царапины и синяки густо смазаны заживляющей мазью, мой “лекарь” успокаивается. И вроде не было в его прикосновениях ничего неприличного или порочного, но у меня под кожей уже горит все.

Так легко перед глазами та ночь встает. Ночь зеленой луны, когда мы повстречались. Его руки, губы, хриплый горячий шепот на моей влажной шее, его сильные глубокие толчки и мои крики на краю оглушительного удовольствия, наши переплетенные пальцы и скрытая нежность в его суровых темных глазах.

Но Тааган, закончив процедуру лечения, снова заворачивает меня в одеяло и ложится рядом со мной.

Это так естественно, что у меня даже мыслей о неправильности не возникает. Тревожит только, что Тааган снова отводит глаза