Ромео и Джульетта на книжной улице - Поппи Александер

– Дорогая, я иду обедать к другу, а не отправляюсь с рюкзаком вокруг света, – с легким раздражением успокоила ее Фло, мазнула губы помадой, закрыла тюбик и положила в сумку. – Тебе не кажется, что твоя паранойя по поводу маньяков слегка неуместна? Мы знакомы больше года.

– Ты права, я просто немного волнуюсь. – вздохнула Джулс и чмокнула Фло в щеку. – Терри ждет, иди.

В послеполуденный час в магазине царила тишина, покупатели почти не заходили. Фло уехала на свидание, Чарли заступил на смену в лавке здорового питания чуть выше по улице, где ему полагалось жалованье; Джулс радовалась, что у их добровольного помощника есть оплачиваемая работа. Скучая в одиночестве, она протерла пыль, расставила книги на полках и, устроившись за кассой с чашкой чая, приступила к чтению гримуара, расшифрованного Чарли.

После выцветшего оригинала с неразборчивыми каракулями распечатка была настоящим чудом ясности. Чарли заменил F на S, что значительно облегчало чтение, а оригинальное написание в основном сохранил. Большинство записей не имели ничего общего с колдовскими заклинаниями из шекспировских историй: Джулс не встретилось ни одного глаза тритона или лягушачьего пальца.

С помощью гугла Джулс выяснила, что многие травяные рецепты не имеют ничего общего с магией и суевериями, а представляют собой вполне действенные или, по крайней мере, безвредные народные средства. Лаванда и розмарин использовались для самых разных целей, вероятно, из-за повсеместного распространения и доступности. Страдающим от головной боли предлагалось пожевать кору ивы, либо, как писала Бидди, можно настоять ее на спирту и дать больному ложку полученной настойки. Снадобье наверняка горькое и отвратительное на вкус, однако изыскания в гугле показали, что Бидди права, поскольку ивовая кора содержит салициловую кислоту – главный компонент аспирина.

В другом рецепте, который скорее мог вылечить, чем убить, предлагалось дать больному с лихорадкой сыр с голубой плесенью, прямо с личинками. Опять же, невкусно, и личинки – это уже перебор, а плесень – по сути, природный антибиотик, так что Бидди фактически давала пациенту с бактериальной инфекцией примитивный антибиотик. Удивительно.

Среди вполне логичных рецептов попадались и сомнительные советы, вызывавшие улыбку, включая очаровательный, хотя абсолютно не научный: если хочешь влюбить в себя мужчину, положи ему под подушку прядь своих волос, чтобы он увидел тебя во сне. Джулс никого не хотела околдовывать в этом смысле, а вот если бы нашелся способ заставить Романа внезапно покрыться ужасными бородавками или облысеть за одну ночь, то могла и не удержаться от искушения. Она фыркнула и покосилась на магазин через дорогу, куда как раз в этот момент вошли несколько хихикающих девчонок.

Вот гад! Всего каких-то два месяца назад они потратили бы свои денежки у Капельторнов.

В этот момент подъехало такси, и оттуда вышла Фло, счастливая и довольная.

– Ну как? – спросила Джулс, едва та ступила на порог.

– Что тебя интересует? – с озорной улыбкой ответила она, потом смягчилась и стала рассказывать. – Очень приятно посидели. Нас было четверо, так что это абсолютно не романтическое свидание. Пришли еще Мунго с Дианой, и мы отлично повеселились. Диана – настоящая душа компании. Она способна даже утреннее чаепитие в церкви превратить в веселую вечеринку.

– А что вы ели? Он действительно научился готовить?

– Несомненно! – с гордостью воскликнула Фло. – Мы ели запеченную спаржу с пармской ветчиной и домашним голландским соусом – просто изумительно. А в качестве главного блюда – великолепная марокканская баранина с кускусом и специями. Из книги Йотама Оттоленги, которую я посоветовала Грэму пару месяцев назад. Я тебе скажу, как есть: из беспомощного новичка, который не умел сварить яйцо, он превратился в шефа, способного соперничать даже с Фрейей.

– Да ну, не может быть? – усомнилась Джулс, вспомнив по инерции, что нужно погладить ненавистное желтое платье для завтрашней свадьбы.

– Ну, я немного преувеличиваю, до Фрейи ему далеко, она ведь высококлассный профессионал, – признала Фло.

– А на десерт что было? – спросила Джулс.

– О, тут отличилась Диана: принесла огромный трайфл, пропитанный алкоголем, – сказала Фло. – Ты замечала когда-нибудь, что солидные мужчины обожают десерты своего детства? Мальчики просто смели его, а я терпеть не могу трайфл. Зато душевно поболтала с Дианой, – продолжала она. – Бедняжке ужасно стыдно, что ее книжный клуб якшается с нашим врагом.

– И правильно, – заявила Джулс. – Пусть передаст своей компашке, что в следующий раз мы устроим фуршет с шампанским и тортом. Мы все равно лучше… Ты устала, наверное, – добавила она, заметив на щеках Фло лихорадочный румянец.

– Да, меня чуток развезло, – призналась тетушка. – Не привыкла пить днем.

– Пойди вздремни, я сама тут справлюсь, – предложила Джулс, которой не терпелось вернуться к Бидди Капельторн с ее заклинаниями и узнать, о каких странностях предупреждал Чарли. Не тут-то было: начали заглядывать покупатели, что, конечно, радовало, но продолжить чтение она смогла только вечером, после закрытия.

Глава 14

Джулс устроилась в кровати с чашкой какао и распечаткой на коленях. Среди рецептов, имеющих более или менее разумное научное объяснение, попадались суеверные заклинания, забавные и безвредные. Из прочитанного стало ясно, что Бидди занималась и акушерством: помогала роженицам, давала советы по питанию для беременных, предлагала травяные сборы для всего на свете – от стимуляции выхода последа до увеличения количества грудного молока.

Судя по всему, Бидди играла важную роль в жизни общины, ведь она единственная в округе лечила простых людей в непростую эпоху, когда жизнь была «суровой, тяжкой и короткой». Поскольку о муже или детях в книге не упоминалось, эта женщина, видимо, обеспечивала себя сама. Если только ей не досталось какое-то наследство – ведь двести лет спустя Капельторны уже входили в местную аристократию и считались знатным семейством, близким ко двору. Похоже, потомки Бидди сделали удачные партии.

Джулс подумала, что в патриархальных кругах своего времени столь заметная личность могла вызывать жесткое неприятие. Чарли отказался раскрывать интригу, лишь глазами лукаво поблескивал, однако, судя по разбросанным в тексте датам, книга охватывала временной период лет в пятьдесят. Если Бриджет начала писать свой труд в молодости, то закончить могла, когда ей было далеко за шестьдесят. Так что же ее остановило? Умерла от старости? Вряд ли она была совсем уж древней старухой, хотя следовало принимать во внимание, что в те далекие времена люди жили несравнимо меньше, даже те, кто имел доступ к базовой медицинской помощи. «Врач, исцели самого себя», – улыбнулась Джулс. Читая, она постепенно начинала ощущать близость к таинственной авторше гримуара – своему предку. В голове роились мысли, и она отмечала на полях,