Чемпион. Буду биться за тебя - Катя Кекс

— Илья…

— Что?

— У меня тут посуда.

— Подождёт.

Я целую её в шею. В то самое место, где бьётся венка. Она вздыхает. Откидывает голову мне на плечо. Мои руки скользят по её талии, по бёдрам. Футболка задирается.

— Ну дай мне хотя бы домыть, — шепчет она, голос уже не ровный, дрожит.

— К чёрту эту посуду. Я тебя хочу. Я всегда тебя хотел. Ты даже не представляешь, как сильно.

— Представляю, — Наташка поворачивается ко мне. Смотрит снизу вверх. Глаза тёмные, затуманенные. — Я тоже.

И это «я тоже» — не про любовь. Она ещё не готова сказать это. Но я слышу то, что она не говорит. Слышу в её дыхании. В её пальцах, которые ложатся на мою грудь. В её губах, которые приоткрываются навстречу.

Я подхватываю её на руки. Она ойкает.

— Ты обещал быть нежным.

— Я буду. Сначала.

Я несу её в спальню. Опускаю на кровать. Она смотрит на меня снизу вверх — в моей футболке, с растрёпанными волосами, с румянцем на щеках. И я думаю: «Моя. Только моя. Никому не отдам».

Я ложусь рядом. Не спешу. Я хочу, чтобы она запомнила каждую секунду. Чтобы ни один другой мужик — если вдруг такой появится — не смог дать ей то, что даю я.

Я стягиваю с неё футболку — медленно, как обёртку с подарка. Она не прячется. Просто смотрит на меня. Я провожу губами по плечу. По ключице. Ниже.

— Ты пахнешь мной, — говорю я. — Теперь всегда будешь пахнуть мной.

— Собственник.

— Да. Я собственник. Я хочу, чтобы ты была моя. Вся. Полностью. Чтобы ты ни о ком больше не думала. Чтобы ты хотела только меня.

— Я только тебя и хочу, — вырывается у неё.

И это правда. Я вижу. Я слышу.

Целую её — глубоко, жадно. Она отвечает. Её руки обнимают меня, притягивают ближе. Мои ладони скользят по её телу — везде, где могут достать. Я хочу запомнить каждую родинку. Каждый изгиб. Каждую точку, от которой она задерживает дыхание.

Я вхожу в неё — медленно, бережно. Как вчера. Но сегодня я смотрю ей в глаза. Я хочу видеть каждую эмоцию. Каждую вспышку. Каждую секунду.

— Ты моя, — шепчу я. — Скажи.

— Твоя.

— Ещё.

— Твоя. Только твоя.

И я уже не могу сдерживаться. Нежность перерастает в страсть. Медленные волны — в шторм. Я вбиваюсь в неё, и она стонет — громко не стесняясь. Её ногти впиваются в мои плечи. Её дыхание — рваное, частое. Моё имя срывается с её губ — и я чувствую, как она взрывается. Как её тело сжимается вокруг меня. Как она выкрикивает что-то — то ли моё имя, то ли просто крик.

И я взрываюсь следом. Волна накрывает меня с головой — горячая, ослепительная. Моя. Только моя.

Я рушусь на неё. Дышу. Хриплю. Держу и улыбаюсь. Я, Илья Самарин, трёхкратный чемпион, улыбаюсь как идиот. Потому что она сказала «твоя». Потому что она здесь. Потому что она моя.

Мы лежим под луной на потолке. Я глажу её по волосам. Она прижимается ближе.

— Остаёшься до вечера? — спрашиваю я.

— Илья, не дави на меня, я и так чувствую, словно сама себя предала.

— Забей, это вообще не так. Просто знай, что я хочу, чтобы ты осталась навсегда.

Глава 23

Илья

Я просыпаюсь один.

Протягиваю руку — простыня холодная. Она уехала вчера вечером, как договаривались. «До вечера — и точка». Я пытался уговорить её остаться на ночь. Не вышло. Она упрямая. Я это знаю. Я это люблю.

На подушке остался её запах. Я зарываюсь лицом и вдыхаю. Пахнет шампунем, мной, ею. Я улыбаюсь как идиот. Я, Илья Самарин, трёхкратный чемпион, валяюсь в постели и нюхаю подушку. Если бы Саныч увидел — убил бы.

Я тянусь к телефону. Хочу написать ей. Что-нибудь простое. «Доброе утро». «Скучаю». «Приезжай скорее». Я ещё не решил, что именно. Но экран уже горит. Тридцать четыре пропущенных звонка. Все от Михалыча.

Что за херня?

Я открываю сообщения. Первое — в шесть утра. «Илья, возьми трубку». Второе — в шесть пятнадцать. «Это срочно». Третье — в шесть тридцать. «Открой ссылку». И ссылка. На «Спорт-Инсайд».

Я открываю.

Заголовок бьёт в глаза: «Смерч на крючке: как звезда ММА купил себе девушку, прикрывшись медицинским контрактом». Подзаголовок: «Эксклюзив: история любви, шантажа и манипуляции. Фото, детали, признания».

Я читаю. И мир рушится.

«Всё началось в элитном посёлке Вымпел, куда известный футболист Константин Исаев пригласил массажистку. Девушка, назовём её Наталья, приехала по вызову, но Исаев, по её собственным словам, пытался её изнасиловать. Сосед Исаева, звезда ММА Илья Самарин, вырубил футболиста одним ударом, а через час уже потребовал девушку себе. Буквально: „Драться буду, только если она будет моей“. Эти слова прозвучали в присутствии менеджера Самарина, Виктора Шатова, который немедленно бросился выполнять каприз звезды».

Я сжимаю телефон. Кто. Кто им рассказал. Это знали только я, Михалыч и Костян. Костян? Михалыч? Я читаю дальше.

«Шатов догнал девушку на заправке и предложил контракт на три месяца. Сумма, по данным источника, сопоставима с годовым доходом среднего врача. Девушка, у которой после пожара остались крупные долги, согласилась. Но по условиям договора она должна была быть не только физиотерапевтом».

Пожар. Долги. Это знала только она. Она рассказывала мне. Ночью. По телефону. Больше никто.

Я читаю дальше. И дальше — хуже.

«Самарин, по словам источника, „хотел её полностью“. Он дарил ей розы, симулировал травмы, чтобы она была рядом, завалил её на ковёр — и в итоге добился своего. Девушка боялась его, но терпела ради денег».

Розы. Падение со стола. Симуляция. Это знали только мы. Она и я. Больше никто. Даже Михалыч не знал. Я никому не рассказывал.

Я читаю последний абзац — и внутри что-то обрывается.

«В доверительной беседе с источником Самарин признался, что стал бойцом из-за чувства вины перед матерью, которую не смог защитить от пьющего отца. „Я дерусь, чтобы больше никогда не быть беспомощным“, — цитирует источник слова чемпиона. Похоже, даже железный Смерч не выдержал и открыл душу. Жаль только, что эта душа оказалась выставлена на