Рождественский Пегас - Зоя Чант

Он фыркнул и зарылся лицом в ее волосы. Они еще были влажными и пахли озерной водой, но сквозь этот запах проступал ее собственный — сладкий и дикий. Олли. Его Олли. Он провел рукой по ее спине, и она подняла голову.

— М-м?

— Просто проверяю. То ли ты согреваешься, то ли я замерзаю за компанию.

Она весело хмыкнула и поймала его руку.

— Мне ты холодным не кажешься.

— Ну, правило работает в обе стороны. Если бы ты всё еще леденела, я бы почувствовал…

Она ловко просунула ногу вверх и прижала ступню к внутренней стороне его бедра. Джексон едва сдержал крик.

— Ладно! Всё, я не мерзну. То есть не мерз, пока ты не приложила свою льдину.

Он дотянулся до ее ступни и сжат ее в ладонях, пытаясь довести температуру хотя бы до отметки выше нуля.

— Тебе стоило сказать. После озера тебя всю нужно держать в тепле.

— Думаю, мои ноги просто помнят, что они — единственная часть меня, не покрытая перьями даже в человеческом облике. — Олли пожала плечами и пошевелила пальцами. — Но ты продолжай, мне нравится.

Он нашел ее вторую ногу и проделал то же самое. Она пристально смотрела на него, положив ладонь ему на щеку.

— Спасибо, — тихо сказала она.

— За что? За спасение жизни?

— А, это… — она сморщила нос, а затем ее лицо стало серьезным. — Я за то, что дал мне второй шанс. В этот раз я тебя не подведу. Обещаю.

— Олли, ты не… — Джексон замер. Он знал, что любые споры сейчас разобьются о стальное упрямство Олли. Поэтому вместо возражений он сказал: — А я обещаю, что в этот раз не сбегу.

— Ты не сбегал, ты…

— И ты меня не подводила. — Он оставил ее ступни и взял ее за руку. — Мы оба были сбиты с толку, нам обоим было больно. Но мы не сможем начать сначала, если будем вечно вытаскивать на свет старые ошибки.

— То есть ты признаешь, что я была неправа.

— Только если ты признаешь, что я был трусом, который сбежал, лишь бы не смотреть в лицо своим чувствам.

— Ты не тру… ох. Я поняла, что ты делаешь. — Олли перекатилась, оказавшись сверху, и улеглась ему на грудь, подперев подбородок ладонями и притворно хмурясь.

— Вот и славно, — проворчал он, улыбаясь ее недовольному виду.

— И что еще хуже — я действительно это понимаю. — Она вздохнула, сдувая со лба непослушную прядь. — Неужели это и значит поступать по-взрослому?

— Боюсь, что так.

— У-у-у. — Она улыбнулась, но в глазах промелькнула тень грусти. — Я всегда думала, что обретение пары — это такой важный этап. Официальная галочка в пункте стать настоящим взрослым.

— Ага, а своя квартира и работа — это так, детские забавы.

— Ты понимаешь, о чем я.

И он понимал. Он и сам так думал. Что статус пары Олли наконец позволит ему вырасти и чего-то добиться в жизни. Олли взяла его лицо в ладони.

— Перестань.

— Что перестать?

— О чем бы ты там ни думал. Ты сейчас к себе несправедлив. — Ее пальцы прочертили линию вдоль его челюсти. — У тебя здесь появляется такая складка, в углу рта.

— Хочешь, я опишу, как меняется твое лицо, когда ты начинаешь себя за что-то грызть? — парировал он.

— Только попробуй! — На мгновение на ее лице промелькнула усмешка. — Впрочем, не нужно. Мы ведь договорились: мы взрослые люди. Никаких обид на прошлое. Идет?

— Отличное правило.

Она склонилась к его губам и замерла. Ее лицо было так близко, что ресницы щекотали его щеку.

— Кстати, о взрослых вещах…

Кожа Джексона мгновенно вспыхнула, и электроодеяло тут было ни при чем.

— М-м?

Кончики пальцев Олли были как солнечный свет на его лице.

— Мы могли бы попробовать всё иначе. В этот раз.

— Эй! — Олли легонько щелкнула его по подбородку. — Правила, помнишь? Но если ты не хочешь, я пойму…

Он все еще не твоя пара, ты же знаешь напомнила сова. Олли лишь крепче зажмурилась. Знаю. Но он — это он.

Джексон притянул ее к себе и поцелуем заставил все остальные слова исчезнуть.

Глава 16

Олли

Когда Джексон наконец перестал ее целовать, у неё кружилась голова.

— Чисто для справки, — проговорила она туманным голосом, — это было «да»? Погоди. Или «нет»? Если ты не то чтобы не хочешь…

В ответ он снова ее поцеловал — этого, честно говоря, следовало ожидать.

— Я просто хотела уточнить… — пробормотала она ему в губы, поддразнивая.

Он мягко прикусил ее нижнюю губу, и по позвоночнику прошел электрический разряд возбуждения.

— Ты собрала достаточно информации?

— Больше, чем в прошлый…

Джексон утробно зарычал.

— И кто тут теперь нарушает правила?

Она запустила руки в его волосы, удерживая его голову и пристально глядя ему в глаза.

— Я не обижаюсь, — сказала она, и это было правдой. Наконец-то. Голова кружилась не только от поцелуев. — У меня есть вся нужная информация. Больше, чем в прошлый раз. Теперь я точно знаю, во что ввязываюсь. — Она прижалась к нему, чувствуя бедром его твердое желание. — В этот раз я не ошибаюсь.

Та самая проклятая складка снова мелькнула в уголке его рта и исчезла так быстро, что она подумала, не померещилось ли ей.

— Я люблю тебя, — повторила она на случай, если всё же не померещилось, и какая-то часть этого роскошного мужчины всё еще оставалась в плену мрачных теней, порой набегавших на него. — Ты — всё, чего я хочу.

— А ты — всё, чего я когда-либо желал. — Его рука замерла в дюйме от ее щеки, словно, несмотря на бушующее между ними пламя, он всё еще сдерживался. — У нас всё получится.

Это не было вопросом, но она всё равно ответила:

— Да.

Он ласково коснулся ее щеки, и его мозоли приятно поцарапали ее нежную кожу.

— Моя Олли.

Сердце Олли подскочило к самому горлу.

— Мой Джексон.

Он был ее. Не ее истинным паратoм, не заветным кусочком души, который выбрала бы ее сова, а просто — ее. И она не собиралась снова его терять.

Но он всё еще не твой парат напомнила сова. Олли лишь крепче зажмурилась. Знаю. Но он — это он. И он мой.

Она потянулась всем телом, прижимаясь к нему. Он изменился в тех мелочах, которые она подметила раньше, но кое-что осталось прежним. Его сильное, крепкое тело. Его руки, теплые и шершавые на ее коже. Глаза Джексона потемнели, зрачки почти полностью поглотили темно-карие