Пепел на моих крыльях - Рина Белая

Она тут же попыталась повторить его плетение, но ничего не вышло. Энергия дрожала, колыхалась, но не желала сплетаться в нужную форму. Она пыталась перескочить этап, сразу создавая лоскут, но без основы — без нитей — это было невозможно.

Он видел ее сосредоточенный взгляд, легкое напряжение во всем теле и особенно в пальцах, но ни разочарования, ни досады — только интерес.

Поэтому он медленно соткал одну-единственную нить, позволяя ей не только увидеть сам процесс, но и понять свою ошибку. Она тут же последовала за ним, старательно повторяя. То и дело замирала, вглядывалась в его плетение, затем шаг за шагом выстраивала свое. Она была сосредоточенной, упрямой, полностью поглощенной процессом.

И в этот миг она забыла, что считала его врагом. Пусть лишь на мгновение. Но он уловил это — отсутствие напряжения, отсутствие сопротивления. И позволил себе насладиться этим коротким моментом.

Он настолько увлекся новыми ощущениями, что пропустил тот момент, когда эльфы появились во дворе.

Она тоже почувствовала их присутствие, и тепло поприветствовала эльфов. А его, как и раньше, просто проигнорировала.

Он мысленно выругался, резко обернулся и бросил на ушастых злой, полный раздражения взгляд.

/Альтана/

Я простилась с этим местом и направилась в путь. «Дракон» последовал за мной, как и ожидалось. А вот то, что эльфы тоже отправятся вместе с нами — стало для меня полной неожиданностью.

Я была уверена, что они помогут мне, взамен получат пару уроков боевых искусств и мы быстро распрощаемся. Но нет, похоже, они решили остаться.

Впрочем, в этом были свои преимущества. Лаэрон всегда носил с собой лук, был умелым охотником и готовил настолько вкусно, что о голоде можно было не беспокоиться. К тому же, он прихватил с собой пару тушек, которые теперь висели, перекинутые через его плечо.

Кроме того, Лаэрон обладал удивительным талантом снимать напряжение. Простыми вопросами, легкой беседой — он словно ненавязчиво вплетал спокойствие в саму атмосферу.

— Альтана, могу я поинтересоваться, куда мы идем? — спросил он спустя несколько часов пути, когда мы сделали привал, давая мне и Ваэринэлю небольшую передышку.

Эльф все еще был слаб — лицо бледное, движения осторожные, словно любое лишнее усилие могло окончательно его измотать. Он явно нуждался в отдыхе, но, похоже, осознавал, что остановка могла значить лишь одно — отстать и потерять нас из виду. А этого он явно не собирался допускать.

Поэтому решение за него приняла я.

Мы остановились на небольшом зеленом холме, где раскидистые деревья давали приятную тень, а мягкая трава устилала землю.

Лаэрон ждал ответа. Я подняла взгляд на эльфа, раздумывая, что можно ему сказать, а о чем лучше умолчать.

И прежде чем я успела решить, он вдруг улыбнулся и спокойно произнес:

— Ты можешь ничего не говорить. Так наше путешествие становится не просто дорогой, а путем в неизвестность.

Последние слова он произнес с такой завораживающей интонацией, что я невольно улыбнулась.

— Я иду на север, в храм Ветра.

— Храма Ветра больше нет, — жестко бросил «дракон». — Есть только руины.

Я подняла на него взгляд.

— Значит, моя цель — руины.

Он резко дернул головой, словно мои слова его разозлили.

— Это не имеет смысла. Там ничего нет. Ни знаний, ни силы. Только камни и пыль.

— Ты ошибаешься. — сказала я, едва сдерживая раздражение. — Может, храма и нет, но сущность Первозданного дракона осталась.

Его глаза сузились.

— Ты не принадлежишь храму Ветра.

Я невольно нахмурилась, пораженная его словами.

— А к какому храму, по-твоему, я принадлежу? — медленно произнесла я.

На секунду он замешкался и, впервые за время разговора, в его голосе мелькнула неуверенность:

— К храму Света.

Я удивленно вскинула брови.

Возникающее между нами напряжение, готовое перерасти в спор, неожиданно сгладил Лаэрон.

— Альтана, ты знаешь, куда идти? — спросил он, переводя разговор в другое русло.

— Да, — твердо ответила я.

Но «дракон» не отступал.

— Ты слышишь его зов?

Я не слышала никакого зова. Не было голосов, что звали или направляли меня, но в этом и не было нужды — я просто знала, куда идти. Но как объяснить это трем мужчинам, которые пристально смотрели на меня, ожидая ответа? Сказать, что меня ведет интуиция? Это смешно!

Поэтому я соврала.

— Да, я слышу его зов, — спокойно сказала я.

/Аш'Шарракс/

Да о чем она вообще говорила?

Ее слова звучали как полный бред. Храм Ветра? Сущность Первозданного дракона? Зов? Все это осталось в прошлом. Ничего из этого больше не существовало.

Ровно как и мира драконов.

— Эриолар пал в схватке с Гриморраком. Энергия Бездны разрушила храмы, стерла сущности Первозданных драконов. От мира, который ты помнишь, остались лишь обломки, следы прошлого, не имеющие ни силы, ни смысла, — сказал он.

Он был жесток в своей правде, но пусть так. Это было лучше, чем дни, недели, а то и месяцы бессмысленных скитаний в поисках того, чего больше не существовало. Лучше сейчас разбить ее иллюзии, чем позволить ей гнаться за призраками прошлого. Вот только…

Ее лицо застыло, слова поразили ее, но не сломили. Взгляд оставался упрямым, словно она действительно слышала некий зов, понятный лишь ей одной.

Глава 15

/Альтана/

Впервые я смотрела ему прямо в глаза — спокойно, уверенно, без тени сомнения.

— Кто такой этот Гриморрак? — спросила я.

— Титан Бездны, — ответил «дракон» и, выдержав паузу, пояснил: — Он управляет энергией Бездны — древней магической силой, которая разрушает все, что обладает магией, включая драконов.

Я тут же вспомнила о мелких тенях, о которых они говорили, и спросила:

— Мелкие тени — это его творение?

— Да, — коротко ответил он. — Это самые слабые из Падших. Но они всегда нападают большими группами, и в этом их опасность.

Я задумалась.

Падшие, Гриморрак… Эти слова были мне незнакомы.

Когда мы с Селарией летали в храм Воздуха, то часто посещали хранилище. В древних свитках хранились легенды о зле, что пожирало души и магическую энергию, стремясь нарушить равновесие в мире. Но у него не было ни имени, ни формы — только безликая угроза, оставленная в записях как напоминание о чем-то давно ушедшем.

Мои размышления прервал голос Ваэринэля. Он сидел под деревом, опираясь на его ствол спиной.

— Я застал падение Эриолара, — произнес он, глядя куда-то вглубь себя. — Тогда я был всего лишь юношей, не осознающим всей важности происходящего. Но вскоре мир начал меняться. Магия, некогда пронизывающая его во всей полноте, стала покидать