Пепел на моих крыльях - Рина Белая

Он чуть склонил голову, задумчиво касаясь эфеса своего клинка кончиками пальцев.

— Старейшины были обеспокоены, ведь наш народ живет и процветает, пока живет магия. Они пытались сохранить ее и даже запечатать, но их усилия были тщетны. Магия уходила, оставляя за собой пустоту.

На мгновение он замолчал, будто вспоминая что-то далекое, и в этой паузе я ощутила едва уловимую горечь.

— Драконов становилось все меньше. Они гибли, не в силах противостоять магии Бездны… — продолжил он тише. — С момента падения Эриолара прошло пять сотен лет. За это время я слышал множество историй об исчезновении драконов, но ни одной — о рождении нового дракона.

Затем он поднял глаза и внимательно посмотрел на меня.

— А ты, Альтана… — он едва заметно выдохнул. — Возможно, ты — первый дракон, рожденный после падения Эриолара.

— Это не так, — сказала я, но Ваэринэль нахмурился. Оно и понятно — мои слова не укладывались в его собственное представление о происходящем.

— Я рождена до падения Эриолара, — сказала я. — Я родилась наследницей древнего рода Небесных Гнезд.

Эльф внимательно посмотрел на меня, будто пытаясь сопоставить мои слова с тем, что видел перед собой.

— Но ты выглядишь очень молодой, — заметил он.

— Меня запечатали в кристалл еще до падения Эриолара, — пояснила я.

— Ты была плохой девочкой? — бросил «дракон» с явной насмешкой. Очевидно, это была его попытка пошутить, но она с треском провалилась.

Я посмотрела на него и без тени улыбки ответила:

— Я умирала.

Повисла тяжелая пауза. Никто не спешил заговорить.

— Может, пока сделаем привал? У нас есть пара кроликов, можно приготовить и перекусить, — предложил Лаэрон спокойно, стараясь разрядить обстановку.

Я отрицательно мотнула головой.

— Нет, — твердо сказала я. — Мы идем дальше.

Едва я продолжила путь, внутри возникло естественное желание перекинуться в драконицу — ее шаги шире, а расстояние, которое она проходит за день, куда больше. Но я тут же отогнала эту мысль, бросив взгляд на Ваэринэля. Он все еще был слаб после ранения, и вряд ли выдержал бы темп дракона. А мне не хотелось оставлять эльфов. С ними дорога уже не казалась такой гнетущей. Их присутствие смягчало тягость общества «дракона».

Мы довольно долго шли молча, каждый погруженный в свои мысли. Лишь назойливая мошкара в воздухе да тихий шелест травы под ногами сопровождали нас в этом молчаливом путешествии.

К обеду на горизонте показался небольшой город. Его стены выглядели старыми, но крепкими, а за ними виднелись крыши домов и дым, лениво поднимающийся из труб.

Мне совсем не хотелось обедать в таверне среди посторонних, поэтому мы решили остановиться на привал за пределами города. Лаэрон предупредил, что отправится в город за лошадьми, а Ваэринэль, не теряя времени, занялся костром и приготовлением крольчатины. Я сидела неподалеку, внимательно наблюдая за каждым его движением.

Когда аромат готовящегося мяса наполнил воздух, я подошла ближе и, присев рядом с костром, бросила взгляд на эльфа.

— Лаэрон собирается покупать лошадей за монеты? — спросила я, невольно жалея, что раньше совсем не интересовалась миром людей. Они всегда казались мне чем-то далеким, незначительным, не стоящим внимания. И вот теперь я оказалась среди них — и совершенно не понимала, как устроен их мир.

— Да, — кивнул он.

— Откуда они берутся, эти монеты? — спросила я.

Ваэринэль слегка приподнял брови, но ответил без заминки:

— Их чеканят люди. Чаще всего из меди и серебра.

— Чеканят? То есть переплавляют металл… без магии?

— Да, — подтвердил он. — Из слитков металла вырезают или отливают круги, а потом наносят на них знаки — чаще всего герб короля или символ дома, который их выпустил.

— И это дает им ценность?

— Именно, — он кивнул. — Люди договорились, что эти куски металла имеют определенную стоимость. Это упрощает торговлю.

— А если у кого-то нет монет?

— Тогда в ход идут товары. В деревнях, например, можно расплатиться зерном, тканями или скотом, но в городах это встречается реже. Все же монеты удобнее.

Я кивнула, принимая это как должное. Как интересно, маленькие куски металла решали, кому и что принадлежит.

— Сколько таких кружков с нарисованными знаками нужно отдать, чтобы получить лошадь?

— От трех до пяти серебряных монет, в зависимости от самой лошади.

Я опустила взгляд, обдумывая услышанное, и разговор сам собой угас. Некоторое время мы сидели молча, прислушиваясь к потрескиванию дров в костре.

Когда мясо было готово, Ваэринэль отделил часть, аккуратно разложив ее на нескольких широких и плотных листьях. Затем осмотрелся по сторонам и, заметив подходящее дерево, точным движением срезал кусок коры. Водрузив на нее приготовленную еду, он протянул импровизированное блюдо в мою сторону.

Это позволило ему передать мне пищу, избегая случайных прикосновений. Эта мысль мелькнула на мгновение и тут же исчезла, уступив место насущным вещам. Я с удовольствием принялась за кролика, наслаждаясь горячим, ароматным мясом.

— Аш'Шарракс, здесь и твоя порция, — сказал Ваэринэль, бросая короткий взгляд на «дракона», сидящего в стороне, под одним из деревьев.

Тот даже не взглянул на еду, лишь холодно отозвался:

— Не голоден.

«Ну конечно. Он ведь предпочитает на обед наследниц Небесных Гнезд, а не какую-то там крольчатину», — подумала я с легкой усмешкой и вернулась к еде.

Едва я успела доесть, как услышала топот копыт.

К нам мчался Лаэрон, верхом на рыжем коне. По бокам от него, привязанные веревками к седлу, скакали еще три лошади.

Я встретила Лаэрона улыбкой и, едва он спешился, спросила:

— Какая из них для меня?

— Гнедая кобыла, — ответил он, кивая в ее сторону.

Я подошла ближе и осторожно коснулась ее носа. Он оказался удивительно мягким и теплым. Осмелев, я провела ладонью по ее морде, ощущая, как она чуть наклоняет голову навстречу.

— Что она любит есть? — спросила я, продолжая гладить ее.

Лаэрон бросил задумчивый взгляд на кобылу.

— Ну… сено, овес, яблоки.

— А кролика?

Он кашлянул, едва сдерживая смех.

— Если хочешь, чтобы она сбежала от тебя в ужасе, можешь попробовать скормить ей кролика.

Я улыбнулась, а кобыла в этот момент громко фыркнула, будто поддерживая его слова.

Пока Ваэринэль был занят приготовлением травяного настоя, Лаэрон решил провести для меня небольшой урок верховой езды. В теории все звучало просто, но на практике оказалось куда сложнее. На шагу я уверенно держалась в седле и спокойно управлялась с поводом, но стоило лошади перейти на рысь, как меня тут же начинало подбрасывать, и я изо всех сил цеплялась за гриву, пытаясь не свалиться. После множества неудачных попыток Лаэрон предложил попробовать галоп, но я лишь рассмеялась — было страшно, да и