Осколки вечности в Академии Судьбы - Елена Княжина

Или сторон намного больше, чем видится?

— Он желал брать кровь лично. Хотел, чтобы я словами подтверждала добровольность, — с унылой миной рассказывала Монис. — Еще предложил перебираться к нему на три лунных ночи, когда… Словом, мне как раз нужно было место для «семейных уикендов», а он хорошо платил. Так все и началось.

— А закончилось в супружеской постели? После удачной охоты в туманном лесу?

Напряженный волчий взгляд въелся в мое лицо. Схватился за мышцы и морщинки… и так же резко отпустил. Удивилась?

Неужто Алекс не рассказывал ей о моем даре, о смысле кольца с иглой, о темном соединении, которое нельзя прерывать?

— Как-то… само вышло, Веро. Слушай, я не первая в ту койку прыгнула! — рыкнула она, отчетливо краснея. — Считай, что… взыграли инстинкты.

Как удобно полукровкам живется на этом свете. За исключением взносов и притеснений, конечно… Всегда можно списать то, что натворил, на звериную половину!

Я невыносимо устала — от слез, переживаний, горьких дум, тягостных воспоминаний… От ночи в лесу на мшистой перине. От успокоительных снадобий и диагностик. Но зачем-то продолжала разговор. Заставляла себя думать, сводить ниточки и расплетать узелки, пытаясь разобраться…

Кто именно предал? С какой целью? И только ли меня?

Все это походило на еще одну хитрость «младшего принца». Он плел странную паутину… Несколько месяцев? Лет?

Сейчас, когда нити сошлись в одной точке, когда я вспомнила часть видений и подслушанных бесед… Не сказать, что картина перед глазами вставала абсолютно ясной. Но хоть слегка прорисовывалась.

Александр начал это очень давно. Принял наследие, договорился о помолвке, прислал кольцо… А потом сделал так, что моя соседка, погрязшая в нужде, вдруг вышла на нужного «клиента». Требовательного, богатого, синеглазого. Настоящего принца из ее фантазий.

Нужно быть очень глупой куколкой, чтобы поверить в совпадение. Даже промысел Судьбы-богини я бы сейчас отмела. Это был чей-то план, и я… мы… Мы с Монис стали послушными пешками в чужой масштабной партии.

На поле все это время был еще один игрок. А его никто не приметил.

Какую цель он преследует? Чего желает на самом деле? Не похоже, что Алекс с «Братьями» заодно.

— И в одну из лунных ночей, пока ты корчилась от страсти на подушках, он тебя завербовал, да? — догадалась я. — Рассказал о своем тайном, «бесценном» вкладе в развитие сообщества полукровок… Впечатлил планами…

— Как ты поняла, что это он? — Монис нервно дернулась, как от хлесткой пощечины.

А я удивлялась твердости своего голоса. Его хриплой, пропесоченной сухости. Четкости.

— Что Алекс нашептывает вам, где и когда сбиваться в стаи? Подсказывает, какими древними заклятьями зачаровать маски, чтобы они проявляли полукровую суть? Вот как-то сама догадалась, послушав ваши собрания на мансарде…

Не сразу догадалась. Лишь сегодня, когда вновь увидела хитрую гримасу Монис. А стоило бы намного раньше.

Живот покручивало голодом. Все-таки сушеные ягоды и крекеры — еда для птиц, и моя хищная капелька намекала, что нам с ней пора подкрепиться нормально. Хорошо бы стейком слабой прожарки или копченой дичью… или еще чем-то свежим и горячим, красным и мясным…

Матерь морфова, Веро, откуда такие идеи?

— Его имя не звучало, — фыркнула Монис и выронила изо рта хвост.

— Звучало, — напомнила ей, потирая булькающий живот. — Другое имя, родовое, унаследованное недавно. Я еще удивилась, кто так упорно продавливает идею Блэра-спасителя… Там была девушка в рыжей маске, помнишь? С хитрой лисьей мордой. Она рассказывала, что для полукровок было честью делиться с Принцем ценными жидкостями…

— Тебя не должно было там быть! — отрезала Монис.

— Это решать Судьбе-богине. Кому что положено. Эзра сказала, подпольщики ждут только команды, готовые атаковать… И команда пришла. На третью полную луну. Лидер указал на папин банк, — монотонно раскладывала я. — Кстати, почему ты не присоединилась к мисс Грифф, Лив и Дорану?

Она угрюмо молчала, точно шерстью подавилась. Видимо, Алекс велел ей не светиться. Или не был уверен в удачном исходе. Или наверняка знал, что нападение обойдется немалой кровью и пленными. Свою шпионку он берег.

— Я должна была раньше догадаться, но и помыслить о таком не могла, — я присела на подоконник и потерла гудящий висок. — Расков один из немногих знал, когда банк отца опустеет от стражи. Он сам… сам назначил дату знакомства с невестой! Сам выбрал незащищенное имение и вынудил графа взять сопровождение. Я куколка, да… Глупая, доверчивая… Но одна несчастная извилина вот здесь еще пыхтит.

Я нервно постучала по виску и обиженно отвернулась. Столько времени считала Монис подругой! Когда она начала шпионить в «Эншантели»? Когда стала отправлять Раскову доносы о том, чем занята его чистенькая невеста? Как давно они сошлись на почве «товарно-денежных отношений»?

Пока была затворницей в замке Честер, я несколько раз навещала брата. Мучимый бредом из-за кровопотери и крепких снадобий, которыми его почивали, Эмиль обмолвился о Сынах. О слежке, о нападении на свадьбу…

Он каялся, что эту информацию у него выпытал Карповский. Жаловался на клыки Валенвайда и требовал наказать упыря. Брат, похоже, совсем не понимал, что рядом сидит сестра. Что это непутевая «ядовитая ягодка» стирает пот с его мальчишеских щек и поджатых губ.

Рассказывал что-то про главную аптеку Эстер-Хаза, про письма с бланками «Эншантели», про шпионство за шпионкой… Последняя весточка была отправлена из Петербурга. В ней говорилось о свадьбе полукровок, о том, что в фермерском ангаре соберется весь магический свет.

Письмо доставили в пустующие земли близ старого разрушенного замка. Трудно не понять, о каком имении с дырявыми стенами и заплесневелыми лестницами шла речь. Там, в низине, действительно располагалась небольшая деревенька… Прямо у подножия холма, из которого выпирало и тянулось шипами к небу наследие Раскова.

Времени сложить шурха с шурхом и получить приплод у меня не было. Тогда мои мысли полностью занимал плененный Эрик. И нетронутое блюдце. И лужа крови из видений.

Но сейчас сомнений не было: Монис всех предала. Невольно. Она, конечно, не ведала, что ее любовную переписку перехватят «Сыны». Что они скопируют привязку с пригласительного и ворвутся в ангар, руша до основания надежды Джил Кавендиш на красивое, безопасное торжество.

Волчица приглашала туда Раскова — видимо, не знала, что Алекс и без ее стараний будет посвящен в тайну. Они с Дороховым приятели.

Скорее всего, она намекнула, что туда заявлюсь и я. Его невеста, последняя леди Честер. Уверена: Монис докладывала Раскову обо всех моих шагах. О чаяниях, о надеждах, о страхах. Выбалтывала секреты, что