Не женщина - загадка! - Светлана Нарватова

Вставила ключи в замок зажигания, завела двигатель, вцепившись взглядом в компанию и не отпуская. Чтобы у малолетних придурков и тени сомнения не возникло: “если вдруг что” — по газам я, конечно, дам… но не так, как сказал мне Зак.

По компании в ответ на мой собранный, решительный взгляд прокатилось уважительное “О-о-о!” вперемешку со смешками. Джоуи-шут в знак восхищения продемонстрировал мне большой палец, а Малыш Боб весь растекся в одобрительной ухмылке…

Я подавила тяжелый вздох — этого следовало ожидать. В подобном обществе (в их социальном срезе?) резкая чика, способная за своего мужика кого-то там сбить тачкой, это самый шик, и мы только что в глазах этих ребятишек существенно подросли, но…

Но в том-то и дело, что с них, придурков, станется реально это проверить. Чисто ради проверки.

Мне, взрослой, благополучной, сытой Марше Сандерс от этого было не только страшно, но и горько.

— Поехали, — скомандовал Зак, хлопнув задней дверцей форда и устраиваясь на сиденье позади меня.

Я приготовилась к головомойке за нарушение инструкции по технике безопасности — заслуженной, чего уж там, но всё равно же обидной!

— Ты молодец, — неожиданно выдал Морелли, пока я трогалась с места, подчеркнуто вальяжно, чтобы случайно не уронить свою репутацию резкой чики неуместной суетливостью, что вы, что вы. — Отлично справилась с неуправляемой бандой малолеток, не уверен, что я бы смог с ними так договориться.

— Дедушка называл это “искусство дипломатии из слабой позиции”.

Я заложила широкий разворот по бывшему газону (крутые чики не втискиваются машиной в игольное ушко бывшей подъездной дорожки и вообще не ограничивают себя рамками) и продолжила:

— А бабушка — “искусство быть посланным в район гениталий, а вернуться отдохнувшим и с сувенирами”.

Зак хмыкнул на заднем сиденье, и в этот момент за спиной хлопнуло, — я вздрогнула от неожиданности, — и зазвенело разбитым стеклом.

Мы с Заком оглянулись вместе: так и есть — последнее целое окно в заброшенном коттедже теперь щерилось клыками осколков…

— Вандалы… — хмуро буркнул Морелли.

— Вандалы, — философски согласилась я.

Только какими им еще быть в рамках их бытия? И поспешила сменить тему:

— Ты, кстати, тоже молодец! Классно придумал с горящим Бенну. Как ты это сделал?

Кажется, сменила тему и отвлекла Зака я даже слишком удачно: он закаменел лицом. Нехотя, словно через силу, выдал:

— Оно само…

Я бы обиделась. Правда. Но вместо этого у меня заныли зубы и нехорошо пробрало холодком по спине.

— Ладно. Не хочешь — не говори.

Черт. Он таки пироман?.. Он таки пироман. Мой дом. Мои книги. Я пустила его к себе жить и сейчас везу домой серийного поджигателя, да?

Ладно. Ладно, Марша, не накручивай и не нагнетай. Морелли себя пока контролирует. Любая патология развивается последовательно и логично, и до тех пор, пока он не устраивает возгораний, которые не может погасить, еще есть время.

Значит, просто нужно будет дома поднять эту тему. Поговорить, объяснить. Поставить, в конце концов, условие! Или он лечится, или и дальше закапывает голову в песок — но только свою.

Я посмотрела на Зака в зеркало заднего вида, стараясь выглядеть беззаботной, и торопливо отвела взгляд. На душе было нехорошо и скребли кошки. Размером примерно со сфинкса у подножия пирамиды Хефрена: в целом, понятно, как люди вроде Зака Морелли реагируют на ультиматумы… Да что уж, достаточно представить, как на подобный ультиматум отреагировала бы я сама!

Железнодорожный переезд работал в этом месте как магический портал: переехали — и оп-с, вы уже не в разрухе и ожидании неприятностей, а среди чистых тротуаров, ухоженных клумб и аккуратных домиков с гаражами и зоной барбекю на заднем дворе.

Стоя на красном, я лениво разглядывала окраину Бургер-Тауна, района, заселенного преимущественно этническими немцами. Недвижимость здесь я не потянула, даже если бы рассматривала в принципе: в черте города, застройка для среднего класса, с приличными соседями и развитой инфраструктурой в виде аптек, салонов красоты, благопристойных едален и лютеранских кирх... Где-то здесь, кстати, живет Алистер.

— Оп-па! — вырвалось у меня непроизвольно.

Зак на мой возглас среагировал мгновенным переходом в сидячее состояние, оглядел доступное пространство, проследив, куда прикован мой взгляд.

— Что случилось?

Хотела бы я знать, что случилось!

— Парочку на парковке ресторана видишь?

Возле ресторана, между вишневым крокодилом кадиллака и солидным коричнево-болотным ситроеном, стояла Алисия. И, судя по выражению ее лица, чрезмерной артикуляции и размашистым жестам, собиралась вцепиться в глотку своему собеседнику.

Тот был виден мне сугубо со спины, но и эту сухощавую фигуру в классическом пальто, трость у нее, фигуры, в руках, и сам болотный ситроен я знала отлично. И личность собеседника уверенно могла опознать и с нынешнего расстояния: даю сто из ста, что это Алистер Коулмен, мой бывший начальник, бывшей наставник, ныне же — почетный пенсионер!

Алистер резко развернулся, дав мне убедиться в том, что это действительно он, и решительно шагнул к машине…

Зак, как и я, вывернув шею, пристально наблюдал за ними, но тут включился зеленый, машины тронулись, и я так и не узнала, чем кончилось дело.

— Что не так с этой парой? — полюбопытствовал Зак, когда перекресток и парковка перед ним остались позади

Честно деля внимание между Морелли и дорогой (дороге — больше, Заку — редкие взгляды в зеркало заднего вида), я поделилась:

— Тетка с лицом взбесившейся кобры — моя начальница. Та самая, которую я подозреваю примерно в двух третях смертных грехов. С уверенностью исключаю только чревоугодие и лень. Это из-за нее я не могу просто написать заявление о пропаже браслета из хранилища. А ее собеседник — мой наставник, предшественник на должности и первый кандидат на мое место, если я вдруг уйду. И он, чтоб ты знал, на пенсии!

— А что они не поделили?

— И это — главный вопрос нашей викторины! — подражая матерому шоумену, воскликнула я. — Хотя нет, Алисии с кем-то поссориться проще, чем упасть с бревна. Главный вопрос сегодняшней викторины — какие у них вообще могут быть общие дела? Нет, Коулмен по-прежнему влиятельная персона в наших кругах, плюс он говорил, что дает частные консультации и экспертные заключения, так что дела у них могут быть, не спорю…

Я аккуратно вильнула фордиком, объезжая еле ползущий шевроле, и выровнялась в своей полосе.

— Но учитывая твои проблемы в музее, действительно, лучше бы знать, что их связывает…