Сто шагов до счастья - Ольга Гусевицина

но Мариша тут же услышала торопливые шаги, догоняющие её. Усилием воли она заставила себя не оглядываться, пока идущий не поравнялся с ней и она не почувствовала запах одеколона, который вдыхала в автобусе.

Это был Макс! И пусть весь мир ещё немного подождёт! Она ведь не звала его. Он сам захотел её проводить, и от этого на душе стало радостно.

Не сговариваясь, они остановились в полумраке рядом с поворотом, ведущим к её дому.

— Тебе хотелось бы вернуться в прошлое? — Мариша первая прервала молчание, вспомнив Купалье.

— Очень. — Он на мгновение задумался и добавил грустно: — Недели на две назад.

— До того, что случилось на Новый год? — Она опустила пакет на землю рядом с собой.

Макс лишь кивнул, а потом улыбнулся, склонив голову набок.

— Подумаешь! Распишусь — разведусь. На тебе женюсь! — неожиданно выдал он. — Пошла бы за меня, предложи я тебе руку и сердце?

Макс сказал это с такой надеждой в голосе, что Мариша замерла. Она не могла понять: это его очередная шутка или он говорит всерьёз?

— Нет! — сорвалось с губ Мариши раньше, чем она подумала, как это будет звучать, и поспешно добавила: — Ты набедокуришь опять, и что мне потом делать?

— Больше этого не будет! — тут же отозвался Макс. — Отец в тюрьме сидел. Я не хочу, не тянет!

Неожиданно из-за дома вывернула мужская фигура. Когда она приблизилась, стало понятно, что это Костик. Мариша накинула капюшон и отвернулась, надеясь остаться неузнанной в новой куртке. Обменявшись с Максом рукопожатием и ничего не значащими фразами, Костик собирался было уходить, как вдруг налетевший порыв ветра сорвал с её головы капюшон.

— Мариша, это ты с ним?! — скривился он.

— Нет, Дева Мария, — огрызнулась она.

— Ну-ну, — хмыкнул Костик. — Ладно, бывайте.

Мариша ничего не ответила, вновь накинув капюшон на голову.

— Скользкий тип, — буркнул Макс, когда спина Костика почти растворилась в темноте.

— Видеть его рожу не могу, — сморщила Мариша нос, словно его пребывание рядом испортило воздух.

— А мою можешь?

Она на секунду задумалась, но потом, решив, что нет смысла молчать, честно ответила:

— Знаешь, я раньше всегда хотела видеть тебя!

— Я тоже! — тут же подхватил Макс. — Веришь?

— Хочется верить…

Она чувствовала — он не врёт. Повинуясь безотчётному желанию, Мариша решительно сделала шаг к нему, взяла за руку выше локтя, и Макс замер. Казалось, он даже не дышал. А Мариша изумилась, вмиг забыв, зачем приблизилась, — под тонкой осенней курткой Макса, видимо, была лишь рубашка! А ведь на улице так холодно. Пусть январь и не радовал морозом и снегом, но от ледяных порывов ветра она даже в тёплой одежде и зимней куртке уже начала замерзать. А он ни разу не пожаловался, даже виду не подал, что ему холодно!

— Макс, Максим… — она вложила в эти два слова всю нежность и любовь. — Ты же замёрз. — Мариша сжала его руки ещё сильнее. — Нужно идти по домам, а то мне тебя прямо жаль.

Макс порывисто вдохнул воздух, протянул к ней свои ладони, словно собирался обнять за талию, но вместо этого сжал кулаки и сделал маленький шаг назад, освобождаясь из её рук. Мариша вздохнула, пытаясь понять, что не так. Почему он отстранился?

— Хорошо. Тогда до встречи в клубе. — Макс всё же коснулся её ладоней, сжав их на мгновение, и она почувствовала пронизывающую его дрожь. — Я не пойду дальше, чтобы тебя не подставить, — виновато произнёс он, отпуская её руку.

Мариша лишь кивнула. Как же его было мало, этого короткого прикосновения! Но она улыбнулась, подхватила одиноко стоящий в стороне пакет и быстрым шагом направилась к дому — ведь через несколько часов они снова увидятся!

В клуб она не шла, а летела, решив, что сегодня позволит себе чуть больше, чем всегда. И не успела, зайдя в здание, снять куртку и повесить на вешалку, как увидела в зеркале отражение Макса. Он, улыбаясь, поймал её взгляд, подмигнул и, изменив лицо с радостного на угрюмое, направился в бильярдную. Мариша понимающе кивнула. Её вполне устраивала эта маска.

Она веселилась, как обычно, а за час до конца дискотеки выловила Соню и попросила её передать Максу, что она уходит домой. Надела куртку, вышла на крыльцо и неторопливо направилась в парк. Макс догнал её уже у самой дороги.

— А что ты так рано уходишь? — Он протянул руку и смахнул с куртки Мариши снег.

— Надоело… — Она неопределённо повела плечом.

— Тогда пойдём, — Макс махнул рукой, словно приглашая за собой.

Мариша кивнула, и они неспешно пошли в сторону её дома. На улице было тихо. Хлопья снега плавно опускались на чернеющий асфальт и таяли от его тепла. Макс принялся рассказывать историю, а она слушала, не перебивая, и улыбалась. Совсем не хотелось ни о чём думать. Можно было просто идти и наслаждаться моментом. Даже представить, что ничего плохого не случалось.

Но, стоило им оказаться на её улице, реальность вновь потребовала свои права обратно. Вспомнив о неприятной встрече с Костиком, Мариша свернула в соседний с её домом двор.

Они зашли в беседку, стоявшую возле старого раскидистого вяза, и Мариша внимательно посмотрела на Макса. Словно смутившись, он отвёл глаза и сгрёб со скамейки снег.

— Ну и что ты хочешь мне сказать? — коротко глянув на неё, он бросил снежок в дерево.

— Просто решила на тебя в последний раз посмотреть, — Мариша пожала плечами, наблюдая за ним.

— Почему последний? — Макс непонимающе свёл брови домиком.

— Просто меня здесь не будет около месяца. Ты женишься, — голос Мариши дрогнул. — Или исчезнешь на пять лет.

И первое, и второе означало почти одно и то же — она больше никогда не сможет вот так, как сейчас, быть с ним рядом. Ни позвать, ни подойти. Больше он не будет ей принадлежать.

— Может, ты и права. На днях меня заберут под следствие…

Лицо Макса исказилось горькой гримасой. Мариша вздохнула. Ну почему у неё вечно всё не как у людей? Хотела просто поговорить с ним, а в результате всё опять скатилось к посленовогодним событиям.

Она сделала шаг к нему, желая дотронуться до плеча, но Макс отступил в сторону, уходя от прикосновения. Он крутанулся на каблуках, и Мариша замерла, удивляясь тому, как его лицо стало беззаботным, словно детское. Будто он просто сменил маску.

— Только давай сейчас не об этом. — Макс кинул в неё крошечный снежок и принялся рассказывать смешную историю.

Мариша слушала и понимала: ей безразлична вся та ложь или правда, которую о нём говорили. Сейчас ей хотелось