Охота на принцессу - Елизавета Владимировна Соболянская

неизменно оставляла при себе. Всё же Эллена действительно хороша, и ей нужно найти себе достойного мужа. А то, что на неё с восхищением смотрит принц соседнего государства… После трёх подряд побед на соревнованиях на неё многие смотрели так же. Но успокоения эта мысль не приносила.

Восхищаться Элленой мог кто угодно, кроме Розана. Лигурийский принц будет восхищаться мной, и точка!

Герцогиня размахнулась и пустила кольцо в полёт. Пролетев отмеренное расстояние, оно наделось ровно на штырь.

Эллена сделала жест рукой, знаменующий её победу. А я сжала губы в тонкую полоску.

Ничего. Это ещё ничего. Мой бросок – впереди.

Кастор и Розан промазали. Оба. То ли и вправду не смогли попасть, то ли предпочли уступить прекрасным дамам. Но они выбыли из игры, и мы с герцогиней остались один на один.

Слуги отсчитали три шага и перенесли деревянный меч на новую дистанцию.

Казалось, гости затаили дыхание, ожидая наших бросков. Эллена прищурилась, и кольцо полетело вперёд, чтобы уверенно нанизаться на штырь.

Герцогиня снисходительно взглянула на меня и уступила место.

Я глубоко вдохнула и выдохнула. Прицелилась и бросила.

Зрители закричали от восторга – мы обе прошли этот тур.

– Давайте сразу девять шагов, – предложила Эллена, – чего время тянуть?

Все замолчали, ожидая моего решения. Если я откажусь, прослыву трусихой, которая бросила вызов герцогине, но отступила на полпути и пошла на попятный. Если соглашусь – могу промахнуться.

Я взвесила оба варианта и приняла решение. Я не трусиха!

Кивнула, соглашаясь на предложение Эллены.

Слуги послушно сделали девять шагов и установили новую дистанцию. Это уже было далеко. На такое расстояние я прежде никогда не бросала. Теперь передо мной расстилалась терра инкогнито – неизведанная земля.

Я сглотнула, нервничая и мечтая, чтобы соперница промахнулась первой, и мне не пришлось кидать кольцо.

Эллена же, казалось, не ведала никаких сомнений. Она сосредоточилась. Среди зрителей воцарилась абсолютная тишина. Снова прищур и бросок с резким выдохом. И снова попадание.

Я чуть не застонала, когда зрители закричали от восторга. Сжала зубы, меня это не смутит.

Эх, кому я лгу? Успех Эллены выбил меня из колеи. Я уже совсем не была уверена в победе и ругала себя за глупость – ведь могла же отказаться. Хозяйка мероприятия не обязана участвовать в соревнованиях. Моё дело – награждать победителей. И что меня дёрнуло заявить о своём желании?

Теперь уже я не помнила ни восхищённых взглядов Розана, которые тот бросал на герцогиню. Ни её самоуверенной улыбки, которая напрочь лишила меня разума.

Я думала только о том, что меч находится слишком далеко. Что я не смогу рассчитать этот бросок. Что обязательно недокину или перекину. И тогда окончательно опозорюсь в глазах Розана. А Эллена, наоборот, будет для него героиней этого дня. Может, он даже влюбится в неё…

Мои сомнения сыграли со мной дурную шутку. Я забыла о чётком плане. О крепости руки. О правильном положении тела. Забыла обо всём, кроме того, что должна победить Эллену, иначе буду выглядеть глупо в глазах принца.

И это стало моей ошибкой.

Я встала неправильно и размахнулась слишком сильно. Вместо выдоха при броске сделала вдох. Движение получилось смазанным, ему не хватило резкости. И кольцо ушло далеко в сторону от меча, перелетев его на несколько шагов.

Это был настоящий провал.

Неимоверным усилием я удержала слёзы поражения. Улыбнулась подошедшей герцогине, хотя всё внутри меня кричало от унижения.

Я была уверена, что Эллена сейчас скажет мне что-то едкое, чтобы окончательно втоптать меня в грязь. Но она меня удивила.

Эллена меня обняла. Слишком ошарашенная, чтобы подумать, я обняла ее в ответ, ощутив, что несгибаемая герцогиня… неимоверно устала?

– Вы сильный противник, ваше высочество, – произнесла она и уважительно склонила голову. – Я буду очень рада ещё раз сразиться вами на летних соревнованиях. Уверена, её величество сочтёт вас достаточно взрослой.

– Спасибо, я тоже буду рада снова с вами сразиться, – пробормотала, не зная, что и думать.

Герцогиня назвала меня сильной соперницей и сказала, что хочет снова со мной состязаться? Мне ведь не послышалось? А еще, сама Эленна была вовсе не рада ни соревнованиям, ни призу, хотя улыбалась и внешне радовалась серебряной вазе, как дитя десерту.

Моя злость отступила. Вместо болезненной ревности внутри появилось спокойствие. Принц герцогине не нужен, ее гнетет что-то другое. А значит, я могу искренне порадоваться ее победе.

Несмотря на проигрыш, всё внутри ликовало. Этот урок я запомнила навсегда – сильных противников уважают.

Награждая победительницу, я улыбалась и чувствовала себя вовсе не проигравшей. Напротив, я одержала победу – над своей неуверенностью.

– Вам очень идёт улыбка, ваше высочество, – тихо проговорил Кастор, склоняясь над моей рукой.

После вручения призов я объявила, что пикник окончен, и гости потянулись во дворец. На следующий день была назначена церемония венчания, так что все собирались отдохнуть, а вечерние развлечения сводились лишь к ужину и посиделкам в музыкальной гостиной.

Я велела передать, что перегрелась на солнце, и никуда не пошла. Было слишком больно смотреть на то, как Розан любезничает с дамами, а Кастор… он почему-то раздражал, хотя был безупречно вежлив и уделял мне много внимания.

Матушка зашла ко мне перед сном – убедиться, что со мной все в порядке. Я крепко-крепко ее обняла, предчувствуя серьезные перемены. Все же свадьба Оливии стала очень важным событием для всех нас.

Глава 12

На другой день камеристка и две горничные явились в мою спальню на рассвете. Поскольку Оливия выбрала нас всех подружками невесты, нам следовало одеться и появиться в комнатах сестры на последнем «холостяцком» завтраке.

Наши платья были одинакового зеленого цвета – чтобы Оливия в своем золотом наряде сияла среди нас, как золотая роза среди зелени.

Риане и Деризарии камеристки распустили волосы и украсили их легкими цветочными венками. Их задача – осыпать молодожёнов лепестками роз.

Мы с Алианой понесем шлейф Оливии. Нам волосы на висках заплели в тонкие косички, перевитые золотыми нитями, и закрепили на затылке золотыми же гребнями.

Принцессы напоминали стайку изумрудных птичек с золотыми хохолками, когда торжественно шли по коридору к покоям сестры.

Там царила суета. Дамы нервничали, бестолково метались по комнате, и кто-то уже умудрился порвать шнурок на корсете невесты и раздавить несколько хрупких цветов флердоранжа, приготовленных для прически Оливии.

Панику остановила мама. Она вошла – как всегда величественная и красивая, покачала головой и отправила дам в оранжерею,