Этикет трех сердец - Аурелия Шедоу

почти мгновенно, но сон был тяжёлым, тревожным. Мне снились чёрные нити, серебристый свет и глаза Рагнара, которые закрывались навсегда.

Я проснулась от холода.

Кто-то стоял надо мной. Я хотела закричать, но рука зажала мне рот тряпкой, пахнущая чем-то сладким, приторным. Голова закружилась. Я дёрнулась, но меня держали крепко — двое, нет, трое.

— Тихо, — прошептал голос. — Не сопротивляйся. Тогда не будет больно.

Я узнала голос. Лорд Эдвин.

Сердце ухнуло вниз.

Меня вытащили из кровати — я была в ночной сорочке, босиком. Холодный пол обжёг ступни. Кто-то накинул мне на плечи плащ, грубый, солдатский. Я попыталась вырваться, но руки уже связали за спиной, а голова всё ещё кружилась от дурмана.

— Леди Арабелла… — прошептала я.

— Спит, — усмехнулся Эдвин. — Мои люди подсыпали ей снотворное в ужин. Она не проснётся до утра. Как и твоя милая компаньонка.

— Вы не уйдёте далеко, — я старалась говорить твёрдо, хотя внутри всё дрожало. — Вас найдут.

— К тому времени, как они спохватятся, ты будешь далеко. И твой дар будет служить мне.

Меня вывели в коридор. В доме было темно, только редкие светильники горели в нишах. Стража спала — или её убрали. Я не знала. Знаю только, что никто не окликнул нас, когда мы вышли на улицу.

Карета ждала у крыльца — чёрная, без гербов, с задёрнутыми шторками. Меня втолкнули внутрь. Эдвин сел напротив.

— Ты будешь жить, если не будешь глупить, — сказал он, зажигая фонарь. — Мне нужен твой дар, а не твоя жизнь.

— Вы не получите ни того, ни другого, — ответила я.

— Посмотрим.

Карета тронулась.

Я сидела, прижавшись к стене, и считала повороты. В окно ничего не было видно — плотные шторы не пропускали свет. Только толчки колёс да редкие крики ночных птиц.

— Куда вы меня везёте? — спросила я.

— В моё поместье. Там есть подвал, где никто не услышит твоих криков.

— Вы больны.

— Я прагматичен, — он усмехнулся. — Твой дар может снять проклятие с моего племянника. Или усилить мою власть. Я не позволю тебе достаться кому-то другому.

— Кассиан — ваш племянник. Как вы можете…

— Кассиан — слабак, как и его мать. Они не достойны трона.

Я замолчала. Спорить было бесполезно.

В карете пахло сырой кожей, потом и страхом — моим страхом. Я сжала кулаки за спиной, пытаясь ослабить верёвки. Но они были затянуты туго.

Где же вы? — думала я. — Рагнар, Сайлас, Кассиан… где вы?

Карета замедлила ход. Я услышала, как за окном зашумели деревья — въехали в лес.

— Скоро будем, — сказал Эдвин. — Мои люди уже подготовили круг.

— Круг?

— Чтобы отделить твою магию от тела. Не больно, но неприятно. Ты потеряешь дар навсегда.

Я похолодела.

— Вы не посмеете.

— Посмею, — он наклонился ко мне, и в свете фонаря я увидела его лицо — хищное, с жёсткими складками у рта. — Ради власти я пойду на всё.

В этот момент карета резко остановилась.

— Что там? — крикнул Эдвин кучеру.

Ответа не было.

— В чём дело?

Тишина. Потом — вой.

Волчий вой. Много волков.

— Оборотни, — прошептал Эдвин, и в его голосе впервые послышался страх.

Карета дёрнулась, заскрипела. Кто-то снаружи закричал — лошади заржали.

— Назад! — скомандовал Эдвин, но было поздно.

Дверца распахнулась. Снаружи стоял Сайлас — в зелёном плаще, с горящими глазами. За его спиной — серые тени волков.

— Леди Элисса, вы в порядке? — спросил он.

— Да, — ответила я, и в голосе моём послышались слёзы облегчения.

Сайлас шагнул в карету, схватил Эдвина за ворот, вышвырнул наружу. Тот упал на землю, застонал.

— Уводите его, — приказал Сайлас волкам. — Не убивать. Пока.

Они окружили Эдвина, рычали, но не трогали.

Сайлас перерезал верёвки на моих руках.

— Вы ранены? — спросил он.

— Нет. Спасибо. Как вы узнали?

— Дженни проснулась раньше, чем они думали. Она разбудила меня. А я — волков. Мы пошли по следу.

— Дженни? — я удивилась. — Она…

— Она очень храбрая, — сказал Сайлас. — Я это заметил давно.

Он помог мне выйти из кареты. Ноги подкашивались — я стояла на сырой земле босиком, в ночной сорочке, накинув чужой плащ. Волки окружили нас, прижав Эдвина к дереву.

— Рагнар? Кассиан? — спросила я.

— Они скоро будут, — ответил Сайлас. — Я послал гонца.

Вдалеке послышался топот копыт. На поляну вылетел всадник в чёрном — Рагнар. Он был без камзола, с мечом в руке, и глаза его горели красным.

— Элисса! — крикнул он, спрыгивая с коня. — Ты цела?

— Да.

Он подбежал ко мне, обнял — крепко, почти больно.

— Я убью его, — прошептал он. — Сейчас же.

— Не надо. Сайлас уже схватил его.

— Он должен ответить.

Рагнар отпустил меня, подошёл к Эдвину, приставил меч к его горлу.

— Ты умрёшь, старик.

— Не торопись, — раздался голос с другой стороны поляны.

Кассиан выехал из-за деревьев — на белом коне, с отрядом стражников. В лунном свете он казался призраком — бледный, решительный, с ледяными глазами.

— Лорд Эдвин, — сказал он, спешиваясь, — вы арестованы за похищение леди Элиссы Вэнс, за покушение на убийство лорда Рагнара Вулкана и за заговор против короны.

— Ты не имеешь права, — прошипел Эдвин. — Я твой дядя.

— Ты предатель, — ответил Кассиан. — И ответишь перед королевой.

Стражники окружили Эдвина, взяли под руки. Он не сопротивлялся — только смотрел на меня с ненавистью.

— Ты ещё пожалеешь, — прошептал он, когда его уводили.

— Нет, — ответила я. — Это вы пожалеете, что родились на свет.

Эдвина увели. Волки разбежались по лесу. Сайлас, Рагнар и Кассиан остались со мной на поляне.

— Ты дрожишь, — заметил Рагнар, снимая свой плащ и накидывая мне на плечи. Плащ был тёплым, пах дымом.

Глава 34. Вызов к королеве

Солнце светило прямо в лицо, но я не чувствовала тепла. Я лежала на кровати, глядя в потолок, и перебирала в памяти события ночи: чёрная карета, связанные руки, лицо Эдвина в свете фонаря. Волки Сайласа, меч Рагнара, холодный голос Кассиана, арестовывающего дядю.

Я не спала. Только дремала урывками, просыпаясь от каждого шороха.

Леди Арабелла вошла бесшумно, но я услышала её шаги. Она была уже одета, в строгом сером платье, волосы убраны. Под глазами — тени, но держалась она прямо.

— Ты не спала? — спросила она.

— Нет.

— Я так и знала. — Она села на край кровати, взяла мою руку. — Королева прислала гонца. Она хочет видеть тебя сегодня утром.

— Сейчас? — я села, чувствуя, как кружится голова.

— Через час. Ты должна поехать.

— Я не готова.

— Ты никогда не готова, — наставница сжала мои пальцы. — Но поедешь. Королева ждёт.

— Что она хочет?

— Не