Королева Вечности - Л. Дж. Эндрюс

Его смелые рассуждения несли здравый смысл, и теплая, подобная безоблачному лету надежда загорелась в груди. Бесспорно, Скади совершила нечто чудовищное, похоже, тем самым разрушив не одну завесу, скрывавшую остров от любопытных глаз.

Глубоко дыши. Сосредоточься.

Я перечислила все, что смогла выведать у Ларссона: его магию, позволяющую похищать способности других, соучастие в распространении Тьмы, любовницу – морскую ведьму. Раскрыла Гэвину истинное лицо Хеша и его умение проходить через поставленные вокруг острова защитные барьеры с помощью неизвестного мне заклинания, наложенного на лорда клинков.

К моменту, когда я закончила, Гэвин беспокойно метался по комнате. Проведя руками по густым черным волосам, он присел на край кровати.

– Моя мама свято верила в эльфов. Мне она постоянно повторяла, что они по-прежнему населяют морские глубины и живут на своих величественных островах с горами, возвышающимися до самых небес, откуда видны залы Богов. Очевидно, эльфы обладают могущественной силой, однако мне не дает покоя тот факт, что они встали на сторону Хранителя костей.

Эти слова побудили зашевелиться где-то сидевшие смирно в глубине моего нутра ядовитые колючие лозы, теперь оплетавшие все внутренности жгучей ненавистью к Ларссону, к Фион, беззаботно игравшим с жизнями как с ничтожными пешками. Они дерзко забирали все, не отдавая взамен ничего.

– Итак, все это дело рук Ларссона? – Гэвин пересек комнату и осторожно коснулся большим пальцем линии моей скулы.

При воспоминании об этих мерзких прикосновениях, о том, как лживый рот касался кожи, по позвоночнику прокатилась крупная дрожь.

– Он угрожал заклеймить меня, завладеть моим телом и оставить метку для Эрика, если… если мне вздумается сбежать отсюда.

– Подонок. – Наклонившись ко мне, Гэвин продолжил: – Ливия, что бы он ни твердил, не смей верить ни единому его поганому слову. Я знаком с Эриком Бладсингером с самого детства, и он ни с кем еще не чувствовал себя настолько свободным, как с тобой. Признаться, никогда не думал, что произнесу подобные слова за своего короля, но, кажется, он понятия не имеет, насколько сильно любит тебя.

– Знаю. – Смахнув очередную предательскую слезу, я выпрямилась. – Ларссон недалеко ушел. В общем, я откусила ему часть уха, поэтому он напал на меня.

Губы Гэвина расплылись в широкой улыбке, создавая на лице симпатичные ямочки.

– Раз так, не рассказывай моему королю, но, кажется, ты заставила и меня влюбиться в тебя.

Весело усмехнувшись, я оттолкнула его, упиваясь хоть на мгновение появившимся проблеском света среди непроницаемого мрака.

Поднявшись, Гэвин подошел к окну и прислонился к краю, стараясь не привлекать внимания дозорных за пределами дворца.

– Там дежурит стража, но мне известны пути из дворца, – поделилась я с ним.

– Я смогу выскользнуть из комнаты. Голос притянет меня к воде, находящейся поблизости от намеченной цели. Попробую пробраться по коридорам и посмотреть, куда они выведут.

– Разве ты не сумеешь просто забрать меня? Кажется, так ты когда-то помог Сьюэллу сбежать из камеры.

Гэвин продолжал внимательно изучать дверной косяк, словно планируя, с какой стороны лучше атаковать.

– Верно, Эрик специально оставил в камере воду, но я не перемещался к отцу через нее. Вместо этого одурманил стражников сонным сквозняком и украл у них ключи. Потребуется очень много воды для безопасного перехода с кем-то, поэтому нужно в первую очередь пробраться к морю. Безопасность – вот на чем мы должны сосредоточиться, Ливия. Вспомни, чем обернулось перемещение с твоим кузеном.

– Постой, разве не Бездна искромсала его?

– Отчасти, однако плохо спланированное перемещение со мной усугубило ситуацию. Мой голос буквально рассек его кожу, а в совокупности с безжалостностью Бездны до сих пор не понимаю, как он вообще остался в живых. Пойду посмотрю, что там, хорошо? – Он склонил голову в сторону двери.

Я крепко вцепилась в его руку.

– Прошу, будь осторожен, Гэвин.

Гэвин достал из поясного мешочка небольшой стеклянный пузырек, обвитый тонкой бечевкой и закупоренный потрепанной пробкой.

– Что это?

– Яд, разлагающий легкие при чрезмерно глубоком вдохе. Срабатывает в считаные мгновения.

– Ты без веской причины таскаешь с собой яд?

Он выразительно прищелкнул языком.

– Неужели считаешь, что Эрик никогда не прибегал к моим способностям? Я работаю тайно, и люди даже не подозревают о моем присутствии. У меня вошло в привычку выслеживать изменников, плетущих интриги, и не позволять им встречать новый рассвет.

Разум подсказывал, что нужно было прийти в ужас при одной только мысли, что Гэвин убивал без малейшего угрызения совести, однако не панический страх поглотил мою грудь, а искренняя признательность, ощущение родства с костяным лордом воспылали бушующим пламенем, утихомирив душевные терзания. Теперь я точно знала, что Эрик, взойдя на трон еще совсем мальчиком, никогда не был одинок, пусть даже временами ему казалось обратное.

И сейчас он был не одинок.

Выйдя из умывальной комнаты, Гэвин зачерпнул небольшую порцию холодной воды из ведра и осторожно брызнул, позволяя каплям спускаться по двери, ведущей в спальню. Вернувшись с набранной водой в ладонях, он расплескал ее по половицам, наблюдая, как струйки медленно проскальзывали под щелью в двери, скрываясь по ту сторону.

Затем Гэвин проворно вытащил с пояса нож и второй кинжал.

– Этой воды достаточно?

– Вполне. – Он передернул плечами, выпустив длинный глоток воздуха. – Я скоро вернусь. В противном случае восстань и стань их кошмаром наяву, Ливия.

Не успев даже пожелать ему удачи, я в ошеломлении уставилась на кожу Гэвина, сошедшую блестящими каплями, и мужчина стремительно исчез в образовавшейся у двери луже. В одной руке я покрутила маленький нож, оставшийся от Гэвина, а в другой крепко сжала кинжал.

Спустя несколько мгновений, не более чем пару вдохов, раздались неразборчивые ворчания, за ними громкие проклятия, и что-то тяжелое, похожее на тело, врезалось в дверь. Жуткий треск навевал яркие образы ломающихся шей, а влажный и сиплый кашель невольно заставлял представлять, как Гэвин запихивает в глотки охранников дозы своего смертельного яда.

И вдруг воцарилась мертвая тишина.

Очередной вдох, и засов дрогнул. Одной рукой я опустила лезвие кинжала Гэвина вниз, а другой приставила нож ближе к груди.

Распахнулась дверь, и в дверном проеме, тяжело дыша, появился Гэвин; вражеская кровь забрызгала его подбородок и кисти рук. Стоило ему бросить оторванную руку, влажно шлепнувшуюся на половицы, как тошнотворное жжение вскипело в желудке.

– Все чисто… моя королева. – Его зубы окрасились кровью, но в глазах пылал мрачный азарт.

За спиной костяного лорда валялись четыре тела, растерзанные и превратившиеся в кровавые кучи.

На горле одного проступали темные, словно кора на деревьях, вздувшиеся вены. Второй выглядел точно так же, лишь пена, стекавшая с его губ, окрасилась в розовый