Мы сегодня не умрем, приходи завтра - Саммер Холланд

Правда, теперь прикидываю: а я сам не скучный? Футбол и банда, банда и футбол. Все, темы закончились.

Когда мы останавливаемся перед входом в здание, Лили вдруг поворачивается и сама обнимает меня, прижимаясь лицом к моей груди. Ее тонкие руки обвивают талию, а мое горло сжимается: что-то внутри застревает, и вытолкнуть это может только короткий смешок.

Лили понимает меня неправильно и пытается отстраниться, но я не пускаю ее, обхватывая за руки и удерживая их на месте.

– Куда-то собралась? – спрашиваю я.

– Нет, я… Ничего.

Мысли в ее голове мечутся настолько громко, что я их почти слышу. Но сейчас неподходящее время для долгих объяснений.

– Проводить тебя до двери?

Я глажу ее по волосам, и Лили совсем немного расслабляется, отвечая на мое прикосновение. Это еще приятнее.

– Не хочу домой, – вздыхает она.

– Я тоже, поверь, но… Кое-кто завтра утром должен быть на работе.

Подумав, добавляю:

– А кое-кто уже сегодня.

– У тебя дела по ночам? – поднимает голову Лили.

– Да, и чаще, чем хотелось бы. Но не переживай, скоро снова увидимся. После работы будь дома, я зайду.

– Мы с девочками хотели встретиться завтра… Еще не знаю где.

– Пойдем наверх, – предлагаю я, – запишешь мой номер и позвонишь, как определитесь. Может, мы присоединимся.

В лифте Лили тянется за поцелуем, и это большая ошибка: теперь я не смогу оторваться от пухлых мягких губ, которые нежно, но требовательно захватывают мои. Мы идем по коридору, как слипшиеся пингвины. Хотя плевать, мне сейчас так хорошо… Пусть время замрет и не мешает плыть в этом бесконечном удовольствии.

Даже остановившись у ее двери, мы оба не торопимся разрывать поцелуй, наоборот, Лили приоткрывает рот, впуская мой язык, а ее пальцы забираются мне под футболку, впиваясь в кожу.

Мне едва не срывает крышу, но удается удержаться в здравом уме: Лили много чего боится и, если я сейчас начну ее раздевать, будет переживать еще больше. Нельзя, она не готова.

Так что я только крепче прижимаю ее к себе и, как бы ни хотелось схватиться за эту круглую манящую задницу, держу руки у Лили на талии. Тело реагирует на поцелуй совершенно однозначно – еще один признак того, что я сделал правильный выбор.

Чужие губы чутко подаются навстречу моим движениям, а пальцы скользят по коже, выбираются из-под футболки, поднимаются к плечам и потом – выше.

Ладонь ложится мне на затылок, как будто Лили хочет одним жестом показать, что не только она моя, но и я больше не принадлежу одному себе. Волна возбуждения прокатывается по телу, и приходится повернуть бедра вбок, чтобы это не было так очевидно.

Лили гладит мой затылок, и как только ногти царапают шею, я с трудом подавляю стон. Замедляюсь, аккуратно заканчивая поцелуй, но все равно напоследок зарываюсь пальцами в густые волнистые волосы, от которых снова пахнет свежим хлопком.

Не сегодня. У нас впереди куча времени, и торопиться – только испортить. Наконец замерев, я открываю глаза и отстраняюсь.

Господи, какая же она красивая. Даже в тусклом свете коридора ее взгляд искристо сияет, а потемневшие от поцелуев губы кажутся еще пухлее обычного. Лили проводит пальцами по моей щеке, и я бездумно перехватываю ее запястье, по очереди целуя каждый пальчик, а потом прижимаюсь губами к раскрытой ладони.

– Тебе пора спать.

Голос выходит хриплым и глухим, но она отвечает почти таким же.

– Ты хотел дать мне свой номер.

Я не прохожу в квартиру, хоть Лили и оставляет дверь открытой. Она достает стопку писчей бумаги и карандаш, но я забираю их и сам, придерживая лист на дверном косяке, записываю по памяти номер сотового.

– Как определитесь, куда пойдете, позвонишь мне, – строго напоминаю ей. – Я буду с Кемалом и Тристаном.

– Еще твои друзья? – лучисто улыбается Лили.

– Они тебе тоже понравятся, не переживай.

Я наклоняюсь за последним поцелуем.

– Кто сказал, что мне понравился Мур?

– Разве нет?

Она хитро прикусывает губу и получает легкий удар пальцем по носу.

– Очень жаль, – делаю грозный взгляд я, – но придется передумать. Лишнего лучшего друга у меня нет.

– Спокойной ночи, Феликс.

– Спокойной ночи, Лили.

Когда за мной закрывается дверь, я наконец поправляю джинсы, надеясь, что стояк быстро пройдет, и возвращаюсь к лифту.

Сегодня у меня есть еще одно дело, и откладывать его не стоит. Спустившись вниз и обойдя обе наши высотки, я захожу в свой дом, но поднимаюсь не на семнадцатый, а на десятый этаж.

Конечно, сейчас слишком поздно для дружеского визита, но Кемал поймет, а его семья все равно живет в основном на наши заработки, у них нет выбора.

Дверь этой семьи не похожа ни на одну здесь: младшая сестра Кемала занимается рисованием, и отец разрешил ей добавить на их дверь едва заметный восточный узор. Я стучу и, пока жду ответа, привычно рассматриваю аккуратные тонкие линии.

Замок тихо кликает, и в проеме появляется обеспокоенный мистер Яхия. Ему далеко за сорок, волосы с проседью нимбом обрамляют усталое лицо, на котором уже залегли глубокие морщины.

Рабочий район не щадит никого – моя мать тоже рано постарела от тяжелого труда.

– Феликс? – удивляется мистер Яхия.

– Добрый вечер. Кемал дома?

– Да… Да. Сейчас позову. Зайдешь?

– Нет, спасибо. Не хочу беспокоить.

Я делаю шаг назад, в темноту, чтобы не маячить в проходе, но долго ждать не приходится. Кемал появляется в коридоре в шортах и футболке, длинные волосы стянуты в пучок на макушке, а в руках – очередная толстая книга.

– Срочное? – опирается на косяк двери он.

– Типа того. Хочу обсудить с тобой первым.

Кемал оглядывается на комнаты позади него.

– Девчонки уже спят.

– Пойдем на крышу, – предлагаю я. – Ключи у меня.

Со вздохом Кемал убирает книгу на полку в коридоре, накидывает на плечи спортивную куртку и прихватывает с собой пачку сигарет.

Как только мы доходим до лифта, я чувствую на себе цепкий взгляд и отвечаю на него кивком.

– Ты что, со свидания? – усмехается Кемал. – Весь какой-то… растрепанный.

– Сам знаешь, что оттуда, – пожимаю плечами я. – Вот отвел ее домой.

– Если ты вытащил меня, чтобы поделиться чувствами, я сброшу тебя с этой крыши, – обещает он.

– Пошел в жопу, – беззлобно огрызаюсь я. – Чувствами буду делиться со своей девушкой.

– У вас уже все официально?

Лифт медленно движется наверх, и когда наконец останавливается на последнем этаже, ноги привычно ведут меня к лестнице. Сидеть на крыше ночью даже круче, чем днем: кажется, что небо, затянутое облаками, сквозь которые с трудом пробивается лунный свет, совсем