Дитя крови - Дарья Котова

В дверь постучались, и Шелиас отвлекся от своих мыслей.

— Войдите.

На пороге появился Стефан, слегка припорошенный снегом.

— Вокруг резиденции намело, — усмехнулся он. — Послушникам есть чем заняться.

— Здесь же леса и поля, это в Рестании на мостовой все тает, — отозвался Шелиас, мыслями оставшийся с проблемой вампиров. — Что ты думаешь? — спросил он у друга, кивнув в сторону карты.

Стефан нахмурился и подошел к столу.

— Темные гуляют, — с отвращением произнес он. — Не по душе мне все это… Все умирают, но не так. А тут люди исчезают, словно сквозь землю в Глубины проваливаются! Можно объяснить одно исчезновение, два, десять, но у нас уже с полсотни на все людские земли!

Шелиас кивнул.

— Надо предпринять меры.

— Ты думаешь, нам грозит война с вампирами?

— Я думаю, что что-то происходит в мире темных, и это влияет на судьбы простых людей. Но пока мы не поймем что, мы будем бороться лишь с внешним проявлением проблем.

* * *

Эсмин стряхнул с капюшона снег и свернул к неприметной дверце, за которой пряталась крутая лестница. Ею пользовались послушники, которых паладины весь день гоняли с различным поручениями, но сейчас младшие воины трудились во дворе, сражаясь с непогодой и ее последствиями, падающими на головы людей и нелюдей. Поэтому никто так и не встретился Эсмину по пути. Легко преодолев несколько пролетов, полуэльф скользнул в очередную неприметную дверцу и тут же свернул в боковой коридор. Главная резиденция Ордена Света была построена настолько давно, что сами паладины уже не помнили точной даты. Монументальное каменное сооружение очень походило на лабиринт, особенно в той его части, где жили послушники, располагались хозяйственные помещения или комнаты, которыми никто не пользовался. Новичок легко мог заблудиться в этом хитросплетении коридоров и однообразных чуланов, но Эсмин давно вступил в Орден (еще когда она называлась Инквизицией), давно получил титул паладина и давно знал каждый уголок резиденции. Поэтому он с легкостью нашел ту самую комнату, в которой его ждал союзник.

— Ну наконец-то! — прошипел бородатый массивный мужчина с выразительными черными глазами. Брюнет был настоящим великаном, хотя и производил вид добродушного, но недалекого дурачка. Кристофер тоже давно получил титул лорда, но в отличие от Эсмина, выслужиться не пытался, разыгрывая из себя недалекого вояку. Если ты не умел искусно лгать, как один полуэльф, то это было единственным верным решением уберечь себя от гнева Верховного паладина. Не то что бы де Лантар был тираном, но он почему-то не терпел предателей, даже удивительно!

— Не ори, всю резиденцию оповестишь, — чопорно ответил Эсмин, с брезгливостью присаживаясь на край потертого скрипящего стула, который, судя по всему, был сделан еще во времена Великого Нашествия.

— А ты не ворчи, словно престарелый гном. Или все полуэльфы такие зануды?

— Как и всегда, твои шутки могут рассмешить лишь совершенно тупых людей, — огрызнулся Эсмин. — Я по делу пришел!

— Так говори по делу, — с намеком произнес Кристофер, разматывая моток жесткой веревки. Сейчас он вовсе не походил на того простачка, каким его видел почти весь Орден.

— Я придумал, как нам подвинуть де Лантара! — шепотом возликовал Эсмин, мигом позабыв про все "обиды". — Мы подставим его! Заставим совершить что-нибудь плохое — с его точки зрения, — и он сам пойдет и раскается, и подаст в отставку! Ну как?

Кристофер закончил разматывать веревку и принялся вязать из нее какой-то узел.

— Тебе красиво или правдиво? План твой годится в трактире зад подтирать, — грубо ответил человек. — По-твоему, Шелиас совсем идиот? Ты не понимаешь, что ли, какой он принципиальный? Да ты ему к горлу нож приставь, он сам на него насадится, только чтобы никому не вредить. Кровь эльфийская или собственные причуды — не знаю, но с этой стороны мы до него не доберемся, и дураку ясно… Только не тебе, — хмыкнул Кристофер. Эсмин нахохлился.

— У тебя идеи как будто получше!

— Ну уж точно поумнее, — ухмыльнулся человек.

— И какие же? — одновременно с недоверием и любопытством поинтересовался Эсмин, даже подался вперед.

— Так тебе все и расскажи…

Глава 5. Единственная и любимая, или В поисках ответов

— А помнишь, как ты звал меня с собой на охоту?

Марк прикрыл глаза, вызывая в памяти картины прошлого. Те воспоминания навряд ли когда-нибудь сотрутся из памяти, так что Мелитэя могла не переживать.

— Помню, это сложно забыть, — слабо усмехнулся Марк, наслаждаясь нежными прикосновениями хес'си. Ее пальчики, способные оторвать голову орку, сейчас ласково чертили овал лица, поглаживали скулы, касались висков, перебирали стальные пряди.

— Я достаточно тебя помучила тогда, да? — с холодным смехом поинтересовалась Мелитэя и тут же добавила: — Но я ведь так и не совершила главную ошибку — ты достался мне, а не какой-нибудь другой вампирше.

— Алерта готова была отвоевать меня у тебя, но ты не дала ей шанса, — усмехнулся Марк и тут же чуть не лишился всех волос. Он едва сумел вырваться из хватки злой, как полчище демонов, Мелитэи. Мгновенно оказавшись на другом конце комнаты, Марк увернулся от еще не убитого фарфора.

— Как ты посмел вспомнить эту сучку! — рыкнула взбешенная вампирша, отправляю в лицо любимого супруга очередную статуэтку. Тот увернулся, благо являлся лучшим охотником Твердыни, но это не прибавило ему настроения. Вспышки гнева у его дорогой жены происходили регулярно, однако из-за беременности они участились настолько, что Марк не успевал пополнять статуэтки, вазы и другие предметы в покоях, которые Мелитэя могла бы швырять в него.

— Еще и имя ее помнишь!

Попавшийся не вовремя томик баллад ударился в стену ровнехонько над головой пригнувшегося Марка. Понимая, что пора действовать, мужчина молнией метнулся к Мелитэе, замахнувшейся вышитой подушкой. Никогда еще ищейка не двигался так быстро. Обняв любимую, он осторожно повалил ее на кровать, которая, к счастью, оказалась совсем рядом, и, прижав к постели, впился в губы Мелитэи страстным поцелуем. Он то играл с ней, лаская, то прикусывал, показывая, кто сейчас главный. Она мгновенно приняла правила игры, отвечая ему со всем чувством, на которое была способна. Совсем скоро они настолько увлеклись друг другом, что Марку стоило труда отвлечься и сосредоточиться на главном. Он отстранился от хес'си и, чуть нависая над нею, произнес, глядя прямо в багровые глаза:

— Я люблю тебя, Мелитэя. Всю жизнь, только тебя.

Она замерла, наслаждаясь этим мигом.

— О, Марк, тебя невозможно не любить… Ты простишь меня?

— Уже, хес'си, — с нежностью ответил, вновь склоняясь к ней и целуя. Они забавлялись, как котята,