Его безумие - Эми Лия

руки над головой, вспыхивают яркой вспышкой, дергаются в мощном рывке, как от удара молнией, я лишь дезориентировано смотрю на два обруча, что по по-прежнему обхватывают запястья, но уже не прикованы к стене.

Не стреляй

В глаза будто насыпали битого стекла, не могла сфокусироваться на чем-то определенном, ловя зайчиков и мутные тени на светлой стене. Не сразу вспомнив, где нахожусь, я с трудом села и обнаружила рядом Вада. Он больше не дергался, не хныкал. Казался спокойным, равнодушным. Вот только глаза были пусты. Стеклянные как два хрустальных шара, без примеси похоти, алчности и кривляний.

Ко мне, тонкой змейкой от его лба, текла струйка красной жидкости, что норовила испачкать мои ступни. Я отползла дальше. Руками двигая свое тело назад, пока не рухнула с матраса и угодила во что-то липкое и тёплое. Прилив отвращения подсказывал мне, что это может быть выхлоп из этих ублюдков, что массировали свои органы на мою несчастную сестру, получая извращённое удовольствие от изнасилования беззащитной девушки. Осознав состав этой гадости, я подскочила как ужаленная, поскользнулась на мокром бетонном полу и рухнула обратно, только уже лицом вниз.

Черт. Хорошая новость состояла в том, что это не то, о чем я подумала, а плохая… другие подонки тоже оказались мертвы, пока я пребывала в трансе от множества ударов, которые успела нанести Ваду.

Нет, тут получается две хороших новости. Их нет. Тварей — что мучали нас здесь, с привычным для себя остервенением- больше нет!

Знакомым жестом, меня ставят на ноги, взяв за край моей одежды.

Марк недоволен. Хмурится, с брезгливым видом оглядывая влажное помещение, пока его взгляд не натыкается на Вику. Она ещё прикована. Абсолютно обнажена и мелко содрогается всём телом, ловя на себе внимательные мужские взгляды.

Взгляд Марка нечитаемый. Вика замерла перед ним как зверёк перед змеей и кажется, даже покачивалась в так с его дыханием.

Её руки тянутся к его штанине, но громкий скрежет металлической цепи останавливает её ладони в паре сантиметров от него.

Марк возводит пистолет на уровень с её лицом и я вижу, как сужается её зрачок. Она как кошка ластится к его руке, но достаёт только до чёрного металла, не замечая, что её жизнь находится на одной чертовой ниточке. Ему плевать на неё, на прилив нужности той, что когда-то была его женщиной. Он предпочитает не замечать её щеняче-влюбленный взгляд, оружием откидывая её голову, безошибочно вновь находя её лоб.

— Не смей. — я говорю тихо, боюсь громкими словами спровоцировать рефлекс. А он у него уже выработан. Убивать для него не ново! — Она моя сестра. Моя семья и твоя теперь тоже. Убери от неё руки.

Их взгляды скрещены. Сестра не слушает меня, не слушает и он. Между ними происходит свой, негласный диалог и Марк размышляет. Минуты множатся, а его ствол всё так же нацелен на её лицо.

Прошлое.

Вика.

Тогда он не казался ей таким страшным. Лучший друг её старшей сестры. Друг, что часами торчал в её комнате, тупо уставясь в экран её компьютера, наблюдая нелепый фильм. Хотя сама Вика догадывалась, что смотрел он вовсе не кино, а наглым образом, взглядом, раздевал её сестру!

Но точно ли взглядом? Эти мысли грызли её, не давали покоя.

Психанув, она выбросила учебник, который ей нужно было вызубрить для поступления в вуз и резко откинулась на спину, накрывая голову подушкой. Это не помогло сбить нервозность от присутствия рядом Марка.

Следом за учебником полетела уже и подушка.

«Ничего страшного же не произойдёт, что я одним глазком к ним загляну? Скажу, не пишет ручка, и одолжу у Алины». — имя сестры обожгло язык. Когда её стало интересовать, чем они занимаются за закрытой дверью?

Вика сделала несколько шагов к двери и развернувшись, пошла обратно к кровати. Это повторилось ещё раз.

«Я схожу с ума!» — она вцепилась в пряди волос и подобно раненому зверю, металась по своей комнате, стараясь вслушиваться в звуки по ту сторону её комнаты.

Стало тихо, монотонные голоса перестали создавать шум, через тонкие стены, что окончательно снесло здравый смысл у девушки.

Распахнув дверь, она кинулась по коридору, и замерла у двери сестры. Пальцы потянули вниз ручку двери, но та не поддалась.

НЕ ПОДДАЛАСЬ!

Дыхание участилось. Всем корпусом она прильнула вперёд, с глухим стуком впечатываясь в дверь ушной раковиной — слишком тихо.

Она чертыхнулась, злясь на себя, что сама лично, настояла на замках без скважин. Как она теперь узнаёт, что там происходит?

Точно. Запасные ключи есть внизу.

Она бросилась к лестнице, на ходу сбивая вазу, что стаяла напротив двери Алины и мешала наверное всём, кто был вынужден протискиваться в узком коридоре через стены и эту бесполезную декоративку.

На первом этаже, в ключнице не нашлось желаемого. А это значило, что Алина могла забрать дубликат себе.

Блядство.

Нервы были на исходе. Ключ мог быть у матери. Она часто наведывалась в её комнату и нередко открывала её для Марка, который заезжал за старшей сестрицей и будил её на ранние пары.

С каких вообще пор, он начал приезжать так часто?

Перемены ой как не нравились Вике.

В комнате, матери не оказалось. Она прошмыгнула к её прикроватной тумбочке и удача — нашла злосчастный ключ. Его специально отметили зелёным лаком, чтобы не запутаться.

Но не успев обрадоваться своей находке, вздрогнула от прямого взгляда в спину.

— Как часто ты сюда заходишь? — голос матери сочится ядом, заставляя девушку вжаться в тумбочку, чуть ли не залезая на неё верхом.

— Я-эм. Я здесь просто так. — мать не верит и она чувствуя, что ложь ей больно аукнется, переобувается на ходу. — Алина с Марком уехали и закрыли дверь. А я вспомнила, что забыла у неё забрать конспекты по экзаменационным вопросам, что будут на вступительных экзаменах. Она же уже сдала всё то, через что придется пройти мне.

— Ты должна расписывать всё сама. Как можно быть такой бестолковой, чтобы вместо того, чтобы готовиться, надеяться на кого-то. — Вика тут же злится. Лицо покрывается красным, но она лишь стыдливо опускает глаза, чтобы мать не видела её злости.

Между прочим, Алина тоже не сама готовилась к вступительным. С ней всё время сидел Марк и девушка была уверена, что именно он поспособствовал, чтобы из всех вузов — куда Алина подала документы — её приняли в тот, где учился сам Маров. Он сам с ней занимался. Помогал!

Но матери на это плевать.