Хозяйка тёмного эльфа - Элис Айт

натанцевалась, а Нисе, очевидно, надоело сидеть под деревом. Она наконец встала, взяла сестру за руку и повела к спальне, оглядываясь на дом. Посмотреть на сад ей в голову не пришло. Мы с Аштаром так и остались незамеченными.

Когда племянницы исчезли в галерее, я выдохнула и подняла упавшую накидку. Пальцы дроу вновь заманчиво скользнули по моей спине, пробуждая волну жара.

– Рядом больше никого нет. Мы могли бы перейти и к более интересным занятиям, – шепотом начал Аштар.

Я уже хотела вновь его оборвать. Ну в самом деле, неужели этот самоуверенный наглец не понимает с первого раза? Да я за эти несколько минут, кажется, его и не раз, и не два успела осадить. Сколько можно упорствовать?

Но слова умерли на языке, а желание прогонять эльфа становилось слабее с каждым мигом, в который его ладони касались через тонкую ткань моей кожи. Я напомнила себе об Элае, вызывая в уме его лицо и золотые глаза так настойчиво, словно хваталась за соломинку. Однако стоило представить себе принца, в груди разожглась злость.

Элай не ласков и не галантен. Он любитель брякнуть что-нибудь похабное, как при нашей последней встрече в библиотеке, и прилюдно шлепнуть по заднице приглянувшуюся ему танцовщицу. Позволив прикоснуться к себе, я почти наверняка получу только грубое соитие и мгновенно угаснувший интерес.

Да даже если принц окажется хоть сколько-нибудь внимателен и нежен, он не тот, кого я хочу видеть рядом с собой. Разве его руки всего четверть часа назад будоражили мое воображение? И вот те самые ладони ласкают меня, а я намереваюсь прогнать их обладателя.

С чем ты останешься, Мелевин, когда твои молодость и красота уйдут? Хелсаррет со своими интригами бросит меня, как только стану для него бесполезна, поиски убийц могут ни к чему не привести или не дать удовлетворения, на привязанность Элая тем более надежд нет. У меня даже не будет воспоминаний о губах, которые меня целовали. Только мечты…

Аштар, чувствуя мою нерешительность, с каждым мигом становился все смелее. Он провел ладонями до моих бедер, и правая рука скользнула внизу под сорочку, а левая, наоборот, поднялась выше и накрыла грудь. От прикосновения к соску меня словно прошило молнией. Я чуть сильнее прижалась к дроу и в тот же миг ощутила, как горячее дыхание опаляет мою шею.

– Мелевин, – голос эльфа стал ниже и приобрел хрипотцу, от которой закружилась голова. – Когда-то давно я мог предаваться подобным играм часами, но после года в плену у меня появились определенные пределы. Либо ты пошлешь меня к демонам прямо сейчас, либо я уже не смогу остановиться.

– Так не останавливайся, – шепнула я.

Он резко, рывком развернул меня к себе. С этого момента на разум как будто накинули пелену. Все стало казаться ненастоящим. Я пропала, сгорела в охватившей нас обоих страсти и перестала контролировать себя. Аштар – вот кому я теперь принадлежала.

Дроу впился в мои губы с такой ненасытностью, словно не целовал, а пытался напиться чистой колодезной воды после многих суток блуждания по пустыне. Его ласки, только что такие аккуратные, стали настойчивыми, по-звериному грубыми. Язык вторгался в мой рот, сплетался с моим языком, но это странным образом не вызывало у меня отторжения. Его жадность, наоборот, заставляла тело трепетать.

Ладонь Аштара скользнула между лопатками, прошлась по моей шее и утонула в волосах, прижимая мою голову так, чтобы я не могла отвернуться или податься назад, избегая поцелуя. Но я и не пыталась.

Раньше я не представляла, что мужчина может так желать женщину. И мне хотелось еще. Прямо сейчас.

Что-то вдруг затрещало, и я запоздало поняла, что это ткань сорочки. Эльф был слишком нетерпелив, чтобы снимать ее так, как положено. Накидка, упавшая с плеч, уже опять лежала на траве, а теперь и легкое ночное одеяние сползало на землю. Миг – и я стояла посреди ночного сада совершенно голая. Пройди сейчас мимо кто-то из слуг, он бы сильно удивился.

– Аштар… – робко произнесла я.

И вновь меня словно унесло рекой.

Вслед за сорочкой на траву полетели короткая кольчуга дроу и поддевка под нее. Оставшийся в одних штанах, он подхватил меня на руки и прижал спиной к померанцевому дереву. Я обхватила эльфа ногами и не смогла сдержать стон, когда его пальцы принялись играть с моим соском.

– Ашта-ар! – выдохнула я.

– Что? – выдохнул он в ответ.

Мы встретились глазами, и от его взгляда у меня пробежали мурашки.

Там горело пламя. Неугасимое, ненасытное…

– Не томи, – попросила я.

Его губы раздвинулись в коварной улыбке.

– Всё, как пожелает госпожа.

В тот же миг он в меня вторгся. Тело было готово принять его, оно жаждало этого, и я выгнулась от экстаза.

Дальше все было в прямом смысле в сильных руках Аштара. Он двигал меня навстречу и выскальзывал, чтобы в следующий миг толкнуться обратно в мое лоно. Я могла лишь постанывать и крепче сжимать ноги, чувствуя, как приближается пик удовольствия. Даже если спину в этот момент царапала кора померанцев, я этого не ощущала. Мир без остатка заполнило предвкушение.

– Быстрее, – шептала я, срываясь на стон и впиваясь ногтями в плечо дроу. – Быстрее!

И Аштар двигал бедрами, сводя меня с ума. Оргазм накатил волной. В зажмуренных от удовольствия глазах заплясали цветные огни. Я изгибалась, стонала сквозь зубы, кусала себя за губу, удерживаясь от рвущегося наружу вскрика. Мы же не в спальне, демоны побери! Вон там за деревьями, фонарь, а возле него в арке стоят охранники!

Сдерживаться стало сложнее, когда я услышала хриплое дыхание эльфа и короткий стон. Толчки стали чаще не просто потому, что Аштар старался удовлетворить мое желание. Он тоже был близок к тому, чтобы излиться в меня.

Когда это произошло, мне окончательно сорвало голову. Я не думала, что уже начавшийся оргазм способен стать сильнее, но это произошло. Я не помнила ничего. Может быть, я в самом деле кричала. Может быть, сумела ограничиться стонами. Мир вновь стал проступать через туман схлынувшего удовольствия, лишь когда дроу, тяжело дыша, опустил меня на траву и сам лег рядом.

Успокоился ли он? Нет! Его пальцы продолжали гладить мои бедра, живот